— Эксперимент номер сорок четыре. Попытка переместить живое существо, с помощью Сферы Переброски используя процесс адсорбции. В качестве вещества в Сфере используется слабый электролит с добавлением оксида циркония. Ну, начали.
Произнеся последнюю фразу в диктофон, Гарри, вместе с Шесом, спрятался за баррикадой и открыл клетку с крысой стоящей на длинном столе. На другом конце стола лежало изобретение Гарри — Сфера (точнее небольшой круг под размер крысы) Переброски, толщиной полтора сантиметра. Зачем нужна баррикада? Ну, после последних сорока трёх экспериментов, особенно после последних семи, Поттер-Эванса внезапно осенило, что лучше бы хорошенько защититься, поэтому и установил её. Подпалины иногда остаются, но зато теперь взрывы не отбрасывают и не обжигают его как раньше. Полчаса назад, когда его гости ушли на прогулку, он провёл сорок третий эксперимент (окончившийся взрывом) и сейчас начал сорок четвёртый.
В это самое время крыса, влекомая куском сыра, подошла к кругу и забралась на него. Почуяв живое существо, несколько рун, которые Гарри нанёс на изобретение, замерцали, слегка вспыхнули и крыса исчезла. Чтобы появиться на другом столе, где находился точно такой же круг.
— ДАААААА!!! ПОЛУЧИЛОСЬ, ВО ИМЯ МЕРЛИНА!!!
Радостно закричав, Гарри перепрыгнул баррикаду и подбежал к своему изобретению, а заодно и к крысе, чтобы исследовать их на предметы повреждений.
— Эксперимент сорок четыре прошёл на ура! Сферы не повреждены, крыса переместилась и осталась живой! Все конечности крысы в целости! Теперь надо проверить количество электролита, затраченного на перемещение крысы весом двести пятьдесят граммов. Мерлин, Я, НАКОНЕЦ, ПРОДВИНУЛСЯ!
— И в чём же ты продвинулся?
Услышав любимый голос, Гарри резко развернулся и в несколько широких шагов оказался возле Гермионы, обнял её и закружился с ней по комнате. Девушка на это весело рассмеялась, обняв Гарри за шею.
— Гарри, осторожнее, а то голова закружится, и мы оба упадём! — не переставая улыбаться, сказала рэйвенкловка.
— Любимая, у меня получилось! — Поттер-Эванс поцеловал свою невесту настолько пылко, что у девушки слегка закружилась голова. — Представляешь? Получилось!
— Представляю, — прошептала девушка, чуть прикрыв глаза и справляясь с головокружением. — А что именно?
— Замена каминной сети! У меня получилось перенести живое существо в целости и сохранности! Смотри!
Поттер-Эванс снова провёл эксперимент, естественно спрятавшись с Гермионой за защитой. Ну, на всякий случай.
— Видела?
— Видела, Гарри. Но ведь ты перенёс только крысу, а ты планируешь перемещать с её помощью людей. Вес, рост и много других факторов могут помешать человеку это сделать!
— Знаю, Миа, но ведь это только начало! Это же означает, что такие перемещения возможны! Столько всего нужно учесть, перепроверить, а потом настроить. Размеры Сферы нужно увеличить, количество электролита, затраченной на одно перемещение, проводимость кристалла…
— Гарри, Гарри!
Гермиона поймала за руку любимого, который уже достал из кармана блокнот, а из-за уха ручку. Глаза Поттер-Эванса не просто блестели, а горели настоящим огнём, словно он вот-вот взлетит на метле в небо после долгого перерыва.
— Гарри, успокойся, глубоко вздохни…и расскажи, что и как у тебя устроено. Если, конечно, не секрет.
— Для тебя, любимая, не секрет, — успокоился Поттер-Эванс. — Честно скажу, чтобы разработать этот прототип, мне пришлось помучиться. У меня чуть мозги не расплавились, когда я пытался придумать что да как. До сегодняшнего дня всё было не очень удачно.
— Я вижу, — улыбнулась рэйвенкловка, указывая на несколько подпалин на лабораторном халате. — А что будет, если на будущие Сферы встанет маггл? Он тоже переместится?
— Нет, конечно. Только маги и сквибы, иначе будет серьёзное нарушение Статута Секретности. Представь, что если в дом волшебника придёт маггл и он переместится? Поэтому настройки идут только на тех, у кого присутствует даже мельчайшие способности к магии.
— А как же крыса?
— Я ей ввёл сыворотку с кровью Лунатика. Поэтому руны на Сфере отреагировали и переместили крысу. А какой простор для творчества? Например, можно откалибровать и настроить изобретение для магов как сигнализацию или защиту от проникновения, или для авроров как альтернатива порт-ключам, ведь они не везде могут действовать.
— А Сферы могут? — чуть приподняв бровь, спросила Гермиона.
— Конечно! Одна сфера соединена с другой при помощи кристалла, в данном случае оксид циркония, с использованием Протеевых Чар. В момент активации рун, сквозь электролит проходит электрический ток и достигает кристалла, электролит начинает испаряться и превращаться в пар, который адсорбируется. В тот же момент, активируется второй кристалл, и между ними открывается проход. Щиты не остановят от такого перемещения. Во всяком случае, я надеюсь на это, но нужны новые опыты.
— Гарри, ты понимаешь, что ты сделал?
Поттер-Эванс вопросительно посмотрел на свою невесту.
— Что-то не так?
— Ты, фактически, создал квантовую телепортацию! Я помню, читала статью, буквально полтора года назад, с описанием протокола квантовой информации, что и назвали квантовой телепортацией.
— Маги уже давно телепортируются с одного места на другое. Что тут такого?
— В том то дело, что они делают это с помощью магии! А у тебя здесь магии, максимум половина! К тому же, перемещение сквозь щиты, что не может сделать аппарирование и порт-ключ!
— Миа, я этого ещё не сделал, — грустно вздохнул Гарри. — Это всё только у меня в голове и в записях, да и шансы на то, что это всё и правда получится — невелики. Чтобы создать прототип, у меня ушло много времени и нервов, а всё, что я пока могу, это переносить на небольшие расстояния крысу.
Рэйвенкловец слегка вздохнул, но уже через три секунды он мотнул головой и снова посмотрел на свою невесту. Глаза парня наполнились решимостью.
— Но это не означает, что я сдамся так легко. У меня есть наработки, прототип, время и деньги. Я найду способ, как улучшить прототип и перемещать людей.
Едва Гарри закончил говорить, как до его губ дотронулись губы его невесты, вовлекая парня в нежный, долгий поцелуй.
— Я верю, что у тебя всё получится, — с улыбкой произнесла Гермиона, когда парочка прекратила поцелуй из-за недостатка воздуха. — Только, пожалуйста, не увлекайся и не забывай, что тебе надо спать и есть.
— Хах, обычно эти слова говорю тебе я, когда наступают экзамены.
— Раз уж я твоя невеста, значит, обязана следить за тем, чтобы ты не перенапрягался. Кстати, ты очень соблазнительно выглядишь в своей рабочей одежде. Когда я на тебя смотрю, мне тяжело думать в правильном направлении.
Поттер-Эванс не задумывался никогда, как он выглядит со стороны во время исследований. На рэйвенкловце были надеты белый лабораторный халат с тёмной подкладкой из кожи дракона, белая рубашка из хлопка (причём, высококачественного египетского хлопка), чёрный галстук и чёрные штаны из чешуи василиска.
— Да вроде ничего особенного, Миа.
— Не знаю для кого как, но когда я тебя вижу, гормоны начинают бурлить со страшной силой. Хотя, должна признать, ты в любой одежде выглядишь соблазнительно.
— Вот как? — хмыкнул парень. — А без одежды?
Девушка мигом покраснела, отведя взгляд и прикусив нижнюю губу, сменила направление разговора.
— Кстати, а что там с лекарством от ликантропии? Ты уже давно об этом не говорил.
Загадочно сверкнув глазами, Гарри взял свою невесту за руку и вместе с ней выбежал из мастерской, направляясь в лабораторию, по пути бросив:
— Шес, не трогай крысу!
Змея, которая как раз приблизилась к крысе, резко дёрнулась назад, смотря на свою не состоявшуюся добычу голодными глазами. Прошипев негромко ≪изверг≫, Шес медленно пополз в подвал, где находилась Старшая змея и готовилась к сегодняшней вечерней охоте. В голове змеи проскочила мысль, что надо бы сегодня снова обвиться вокруг её хвоста и отправиться вместе с ней. Во-первых — можно многому научиться, только следя за тем, как она охотится, а во-вторых — всегда приятно проскочить перед её мордой и поймать добычу первым.
Может показаться, что Шесу не нравится Виса, поэтому он её часто злит, но на самом деле это не так. Для него Виса как старшая сестра, и, несмотря на то, что она сама может справиться со многими проблемами, Шес готов напасть на любого, кто посмеет угрожать Старшей змее. Кроме него никто не имеет права злить Вису.
* * *
Огромный Василиск медленно передвигался по лесу, охотясь и вздыхая про себя. Этот маленький, наглый, несносный змей, фамильяр Старшего, снова устроился у неё на хвосте (думая, что сделал это незаметно) и наверняка опять будет либо мешаться, либо уводить добычу прямо перед носом. Змеёныш слишком буйный, неспособный по-нормальному сидеть на одном месте, и Виса только догадывается, как Старший его терпит в школе.
Замедлившись и поменяв направление движения, Виса вспомнила день, когда змеёныша привели в дом. Этот мелкий, как иногда называет его Старший, ещё шипеть нормально не научился, а уже в наглую пытался остаться в её новом, прохладном, и большом доме. Через некоторое время, он вообще напал на неё, укусив за хвост, отчего она едва не разрушила дом, пытаясь стряхнуть малявку. Нет, больно не было, у него для этого слишком маленькие зубы, это было неожиданно. Вместо того чтобы всё время находиться рядом со Старшим, змеёныш время от времени наведывается в подвал, чтобы её либо позлить, либо прорваться с ней на охоту.
Почему же Виса его терпит? Ну, одна из причин, как говорилось ранее, змеёныш фамильяр Старшего, а вторая причина в том, что он напоминает Василиску себя в далёком детстве. В то время, когда она ещё была маленькой, и любила покидать Тайную Комнату и пугать студентов. Также Виса вспоминала те моменты, когда она попыталась напугать детей, а высокий бородач, друг или брат Старшего, храбро поймал её за хвост и принёс к Старшему. Виса слегка вздрогнула, когда вспомнила, как её начали воспитывать, а потом похвалили, когда бородач покинул Тайную Комнату и оставил их одних.
Поэтому она и терпела малявку нынешнего Старшего. На её воспитание потратили много сил и, становясь старше и умнее, и ощущая, что она может через несколько лет умереть, Виса поставила себе цель — научить малявку быть достойным фамильяром, способным защитить Старшего. Если только не психанёт раньше.
Почуяв запах добычи, Виса напряглась и целенаправленно поползла следом, ощутив, как напрягся и змеёныш. Если бы кто-то посмотрел сейчас на неё (не боясь умереть при этом) то увидел бы жуткий оскал, который не каждый мог бы назвать змеиной улыбкой. Змеёныш думает, что незаметно устроился на её хвосте? Посмотрим, что он будет думать, когда полетит в небольшое озеро через несколько минут.
* * *
Но вернёмся к Поттер-Эвансу. Выбежав с невестой из мастерской, он направился в лабораторию, где показал Гермионе свою крысу, первую выжившую после сыворотки, контрольный образец для производства лекарства. Используя антитела из её крови, Гарри создавал новую сыворотку, колбу с которой он держал сейчас в руке, и использовал на других крысах.
— Представляешь, Миа, выживаемость от введения сыворотки повысилась на двадцать восемь процентов, а агрессивность снизилась на тридцать три. Думаю, ещё пару месяцев, и можно будет тестировать сыворотку на оборотнях.
— Гарри, ты же не будешь проверять его на профессоре Люпине?
— Нет, конечно! Я не такой дурак, чтобы давать ему непроверенный до конца препарат! Есть у меня один кандидат, которого не будет жалко, даже если сыворотка его убьёт. Помнишь, Ремус рассказывал об оборотне, который его сделал таким?
— Помню, — кивнула Гермиона. — Его зовут Фенрир Грейбек, и он напал на мистера Люпина когда ему было пять. Ты хочешь сказать, что он будет твоим кандидатом?!
Девушкой на несколько секунд овладел страх, но до того момента, пока не увидела задорный блеск в изумрудных глазах любимого.
— Именно. На нем я и проверю первый настоящий прототип лекарства, но это не означает, что я буду бегать по полям и искать его. Лунатик мне говорил, что Дамблдор просил его летом попутешествовать по различным странам и разведать, каковы настроения среди оборотней. Я просто дам ему сыворотку и попрошу влить в еду или дать с расстояния, выстрелив, например, из пневматического пистолета. Сыворотка не имеет запаха и вкуса, так что подлить в еду будет очень легко. А там будет видно.
— А что, если сыворотка не сработает?
— Ну, если честно, я не надеюсь, что она сработает. Не верю, что сразу всё получится. Поэтому либо Фенрир умрёт на месте, отчего Волан-де-Морт потеряет одного из последователей, либо потеряет сознание, и тогда у Лунатика будет шанс схватить его и доставить в подвал дома Сириуса, который он мне любезно предоставил. У них там хорошие клетки, специально для таких как он.
— Если честно, звучит немного жутко. Словно ты будешь его пытать.
— Пытать — нет. Но если выбирать — проверять сыворотку на Лунатике или на монстре, нападающем на детей и убивающем их, то мой выбор очевиден.
— А если Дамблдор вмешается? Что если он попытается сделать что-то, что разрушит всё, что вы придумали?
Гарри рассмеялся, осторожно убирая сыворотку на место.
— Мы уже думали об этом. У Ремуса нельзя прочитать мысли, так как он оборотень. Это, знаешь ли, чревато. Если его внутренний зверь почувствует попытку проникновения, то Дамблдор почует на себе мощь зверя вне полнолуния и магия его не спасёт. Я рассказывать не буду, да и защищать свой разум умею и практикую. Сириус, после того как вышел из тюрьмы, наотрез отказался возвращаться в Орден Феникса, который его бросил в тюрьме и даже не наведывались, чтобы лично опросить и узнать обстоятельства дела. Кстати, все вещи фениксов были доставлены в кабинет нашего директора глубокой ночью с помощью домовика Сириуса.
— Почему мне кажется, что здесь не всё так просто? — прищурилась девушка, на что парень рассмеялся.
— Ну, возможно, домовик слегка ≪перепутал ≫, — Поттер-Эванс сделал пальцами кавычки, — координаты кабинета Дамблдора, и в итоге они появились в разных частях кабинета под потолком и с грохотом обрушились на пол, слегка разнеся кабинет. Разве Сириус виноват, что он немножко обиделся и решил устроить шалость?
— Ох, вы как дети. Просто как дети, лишь бы пошалить.
— Может мне напомнить одну девочку с густыми каштановыми волосами, которая очень часто и плодотворно устраивала шалости одному профессору?
Девушка густо покраснела, отвернувшись и прикрыв ладонями пылающие от смущения щёки.
— Это было пару раз!
— Точнее пару раз в день, на протяжении нескольких недель. Напомни мне, кто подстроил ловушку с перьями Локхарту? Кто умудрился повесить перед дверью прозрачный пакет с клеем, в который этот павлин врезался лицом, а потом на него упал мешок с перьями?
— Я, — хихикнула Гермиона, вспомнив, как Локхарт в течение нескольких часов был лысым и прятался ото всех.
— А кто уговорил меня и Невилла подорвать его ≪белый трон≫?
— Тоже я. Но он сам виноват! Выставлять себя таким великим, и портить репутацию нашего факультета, да как он мог?! Ему повезло, что стражи правопорядка его забрали, иначе…
— Знаю-знаю. Ему было бы гораздо хуже.
Гарри обнял свою любимую, привлекая её к себе и уткнувшись лицом в её густые волосы. Девушка слабо вздохнула, когда через минуту лицо Гарри оказалось возле её шеи, а его дыхание приятно обжигало кожу, заставляя девушку застонать.
— Гарри…
— Я знаю, но не могу сдержаться. Ты такая манящая, сладкая, боевая, а главное — ты моя. Иногда мне кажется, что это всё сон, и боюсь проснуться и узнать, что ты с другим.
Гермиона развернулась в объятиях Гарри и обняла его за шею, смотря ему в глаза.
— Ты о том случае с Уизелом?
— Да. Уже столько времени прошло, но я до сих пор просыпаюсь в холодном поту. А если бы всё получилось? Тогда…
— Но у него ничего не получилось, — прервала его Гермиона, легонько поцеловав в губы. — Мы со всем справились и продолжим справляться с тем, что выпадет на нашу долю. Я долго ждала тебя, и ни за что не отпущу теперь.
— Я сам не отпущу тебя, Миа. Но думаю, я знаю, что показал бы боггарт, встретившись со мной. Но Уизел всё равно представляет опасность. Не знаю как, но я уверен, что это именно он разорвал цепь дракона на первом испытании. Вряд ли он рассчитывал, что я справлюсь с драконом, а потом заявлю на него права.
— Думаешь, он может что-то сделать на втором испытании?
— Скорее всего. Но что именно — не знаю. Но у меня есть то, чего нет у него.
— И что же? — улыбнулась Гермиона.
— Ты. Наши друзья и семья. У него этого нет, и уже не будет, и его никто не будет защищать и помогать. А с вами — я преодолею всё, что только случится.
Парочка продолжала стоять в обнимку, слушая, как их сердца стучат в унисон.
— Скоро все придут, — немного жалобно произнесла рэйвенкловка. Она готова была стоять так хоть всю вечность.
— Это да. Но ведь мы всегда можем сбежать куда-нибудь.
— Можем, но ведь ты не можешь оставить гостей одних в своём доме и убежать. Кстати, возвращаясь к твоим разработкам — ты собираешься рассказать об этом мадам Боунс?
— Думаю, да. В конце концов, я стараюсь ради волшебного мира, хотя мне не так уж и сильно хочется оставаться в нём после Хогвартса. Но, это дело будущего, а сейчас — настоящее, и о нём тоже надо думать. Как насчёт того, чтобы за два дня до возвращения в Хогвартс, сходить на свидание? Например, отправимся во Францию или, может, в Испанию?
— Ммм, как соблазнительно звучит. Вижу, кое-кому понравилось путешествовать, да?
— Любимая, если рядом ты, то я готов отправиться на каникулы в Чистилище. Хотя Франция всё-таки предпочтительнее.
— Я с радостью отправлюсь с тобой на свидание. А теперь, нам нужно выходить отсюда, пока все не вернулись и не подумали, что мы занимаемся тут чем-то непотребным.
— Так можно и начать заниматься этим непотребством, чтобы они не только думали, но и знали.
— Гарри!!! — девушку слегка возмутилась и шлёпнула парня по рукам, которые нежно ущипнули её.
Сам рэйвенкловец негромко рассмеялся и, отпустив девушку, пулей вылетел из лаборатории. А следом за ним выбежала смущённая и улыбающаяся Гермиона.
* * *
Спустя полтора часа.
— Ты сам это придумал, Гарри?
— На самом деле, мадам… Амелия, — слегка стушевался Гарри, вспомнив, что тётя Сьюзен просила в неформальной обстановке называть её по имени, — это придумал мой отец. Я лишь продолжаю разрабатывать и улучшать это.
— Должна сказать, что это впечатляет, — потрясённо сказала глава ДМП, смотря, как крыса, раз за разом исчезает в одном месте и появляется в другом. — Говоришь, эта разработка способна проходить через любые щиты?
— В дальнейшей перспективе — да. Сейчас, это — всего лишь написанное на бумаге. Мне приходится в одиночку со всем разбираться и всё проверять.
— А почему ты не пошёл, скажем, в Отдел Тайн?
— Не подумайте обо мне плохо, например, что я невоспитанный или параноик, но я опасаюсь кому-то ещё показывать это. Иногда, даже самый верный человек может быть соблазнён золотом, которое может принести моя разработка. И я не жаден, деньги, которые я могу получить за патент от Сфер Переброски, это дело десятое. Не поэтому я решаю проблемы в одиночку.
— А какие тогда причины?
Гарри снял очки и протёр свои линзы. Мелкие царапины, которые появились от утреннего взрыва, уже пропали, всё-таки, магия неразбиваемости не выдохлась от частых ≪атак≫.
— Понимаете, Амелия, пока я разрабатывал этот прототип, я многое перенёс. Одни только взрывы чего стоили, а уж что происходило с крысами — можете себе представить. От одной только мысли, что кто-то украдёт записи и захочет сам всё произвести, меня бросает в дрожь.
— Считаешь, что тот, кто украдёт твои наработки, не будет следить за безопасностью?
— Да. Ведь ему или ей придётся сражаться не только со мной, но и со временем. Этому человеку придётся делать всё гораздо быстрее, чтобы предоставить работу раньше меня, а сколько людей может погибнуть — не берусь даже считать.
— А что с финансовой частью? Любое исследование требует небольшого количества денег, пока оно находится на бумаге, а когда изобретение начинает создаваться, денег нужно в десятки раз больше.
— Я знаю. Пока что мне хватает того процента, который мне доступен до семнадцати лет, ну и ещё есть дополнительные доходы. В крайнем случае, я обращусь к Люциусу — он заинтересован таким изобретением и готов вложиться в него, так что с инвесторами проблем не будет.
— А для чего ты тогда меня позвал, Гарри, кроме того, чтобы показать эту свою наработку? — спросила Амелия.
— Я не хочу вас напрягать, — смутился Поттер-Эванс, — но мне нужно связаться с мистером Крокером и мистером Боудом. Сам-то я их давно не видел, вон, даже на праздники не пришли, заняты крестражами нашего любимого друга Тома Реддла. Вот и хотелось узнать — можно ли к ним на работу попасть? Ну, или попросить их на пару часов оторваться от работы и встретиться со мной по поводу моей разработки?
— Я завтра могу с ними встретиться, но не думаю, что они смогут оторваться. Поэтому давай сделаем так — если они завтра смогут тебя принять, я пришлю тебе Патронуса и встречу в Министерстве. Я ведь правильно понимаю, что ты хочешь спросить у них насчёт новых тестирований, да?
Гарри кивнул. Когда его прототип заработал, он тут же задумался над тем, где проводить следующие эксперименты по новым расчётам. Когда он пытался перенести крысу, то случались неслабые взрывы, некоторые из которых хорошенько его оглушали и отбрасывали, и это только эксперименты с крысами. Ему нужны опытные люди, у которых можно что-нибудь полезное узнать. В крайнем случае, спросить — где можно арендовать тренировочный полигон? Ведь должны же быть места, где невыразимцы проводят более опасные эксперименты.
* * *
Весь следующий день Поттер-Эванс сидел как на иголках. Скоро закончатся каникулы, и ему хочется до поездки в Хогвартс разобраться с некоторыми вопросами. В полдень, наконец, прибыл Патронус, и уже через три минуты он камином отправился в Министерство. Мадам Боунс встретила Гарри, почти незаметно удивившись такой скорости появления, на что парнишка слегка улыбнулся и сказал, очищая одежду от сажи, что ему не терпится поговорить с невыразимцами. Женщина провела рэйвенкловца к лифту, который опустился в подвальное помещение Министерства и, проведя его до дверей в небольшой кабинет, отправилась по работе.
Гарри постучал и толкнул дверь, попав в кабинет, где за небольшим круглым столом сидел Сол Крокер и что-то писал в пергаменте. Периодически всё зачёркивалось, пергамент становился скомканным и одним броском отправлялся в мусорное ведро, которое перемещалось по комнате и вставало там, куда летел пергамент. Судя по наполненности ведра — это происходило уже давно.
— Мистер Крокер? Я не мешаю?
— М? О, мистер Поттер-Эванс. Амелия говорила, что вы хотите зайти.
Невыразимец убрал ручку (парнишка слегка удивился этому, но ничего не сказал) и посмотрел на Гарри, который уже подошёл к столу и выложил на его поверхность два небольших круга, достав их из карманов своего лабораторного халата.
— Это именно то, о чём вы хотели поговорить?
— Да, мистер Крокер. Вчера мне, наконец, удалось создать первый прототип устройства, для перемещения живых магических существ на расстояние. Правда, пока могу перенести только крысу, но это не предел…
Пока Поттер-Эванс рассказывал об устройстве, названой им Сферой Переброски, Сол взял в руки один из этих кругов и стал рассматривать. Ему сразу бросилось в глаза, что стиль создания не скопированный, а индивидуальный. За то время, что Крокер провёл в Отделе Тайн после того, как его фактически выбросили с работы аврором, через его руки прошло много различных изобретений, и не только английских магов, но также и иностранных.
Изобретение Поттер-Эванса напоминало именно иностранные разработки — маги Англии уже давно перестали показывать свою индивидуальность и почти затерялись в потоке посредственности и обыденности, да хотя бы на мантии посмотреть. Хотя, Дамблдор тут выделяется, слишком яркой расцветкой одежды. Юный маг пытался выделиться из общей массы и у него это получилось. Расположение рун устроены так, что вырисовывается рисунок ворона, но в тоже время не нарушен порядок последовательности каждой руны. При более подробном взгляде, и проверке палочкой, Крокер заметил, что изобретение не полностью магическое — внутри находится что-то, что создаёт магический резонанс при активации рун, но всё остальное чисто маггловское, и сделано в сине-бронзовых тонах.
— Очень интересная разработка, мистер Поттер-Эванс. Самое главное, что это оригинальная работа, чего я не видел уже лет пять.
— Просто Гарри, если можно. А что, за пять лет никто ничего не разрабатывал? — удивился Гарри.
— Да нет, разрабатывали, просто в основном это копирование предыдущих изобретений. Самый лёгкий способ что-то разработать и ещё получать за это деньги, это использовать старое, но в новом ключе.
— Интересный способ. Но это получается, что и моя разработка повтор Каминной Сети, а не что-то новое!
— Не совсем так. Повтором её можно было назвать, если бы ты, Гарри, использовал Каминную Сеть как-нибудь по-другому. Ты же решил использовать принцип перемещения, но пошёл другим путём. Кстати, Министру уже давно поступают сообщения, что Каминная Сеть давно устарела, да и безопасностью не отличается. Ты ведь сегодня перемещался камином, вот и скажи — понравилось?
Гарри негромко фыркнул. Камины ему никогда не нравились, особенно зависимостью от Министерства, о чём он и сказал Крокеру.
— Согласен, Гарри. Все камины контролируются Министерством, и по желанию, могут отключить любой. Но так понимаю, ты не собираешься отдавать свои Сферы во власть вышестоящих, да?
— Не собираюсь. Я даже больше скажу — наложить на Сферы любые Следящие Чары невозможно, так как руны их разрушают.
— То есть, проект создаётся без ведома Министерства. Интересно-интересно, — улыбнулся бывший аврор и нынешний невыразимец, старательно подавляя позывы уставшего организма отправиться спать. Ему было очень интересно.
— Именно. Я, как говорится у магглов, индивидуальный предприниматель и лично оплачиваю создание Сфер. А к вам сейчас обратился по двум причинам: во-первых — хоть вы и работаете в Министерстве и даже отвечаете перед министром, вы по большей части работаете автономно. Я прочитал, как в середине девятнадцатого века Радольфус Лестрейндж, тогдашний министр магии, принял решение о расформировании вашего Отдела, а сотрудники проигнорировали этот указ.
— Да, было такое. Удивительно, что кто-то это помнил и записал. А что же во-вторых?
— Ну, как я знаю, невыразимцы любят различные эксперименты, и явно они не все проходят здесь. Вот я и хотел поинтересоваться — где можно арендовать хорошее помещение для не совсем безопасных исследований? Я могу, конечно, продолжать делать это дома, но, в конце концов, мне не хочется жить в руинах, которые могут появиться вместо дома.
— Есть несколько зданий в Англии. Они стоят на балансе Министерства.
Гарри удивился такой новости.
— Не думал я, что Министерство будет выделять работникам лишние здания. Мне казалось, что наши…э-э-э-м…вышестоящие чины, за каждый галлеон будут беспокоиться.
— Министру пришлось это сделать после того, как несколько невыразимцев погибло. Одна из них — мама вашей подруги.
— Пандора Лавгуд, — тихо произнёс Гарри, в ответ Крокер мрачно кивнул.
Он до сих пор злился, что власти имущие раньше не додумались до этого. Невыразимцам часто приходилось работать в таких условиях, что даже удивительно, что погибших не было ещё больше. Пандору до сих пор тепло вспоминают в Отделе — женщиной она была экстраординарной, доброй и любящей эксперименты. И упрямой тоже, как тут без этого с такой работой. Не было никого в Отделе, кто бы относился к Пандоре отрицательно и когда узнали, что она будет проводить эксперименты у себя дома, почти все пытались отговорить её.
Боуд больше всех убивался, когда узнал о её смерти. Они были лучшими друзьями, Бродерик был даже крёстным у Полумны, дочки Пандоры, но после произошедшего перестал выходить на близкий контакт. Он и сам говорил, что это неправильно, но не мог по-другому. Вначале он потерял сына, потом лучшую подругу, и он просто побоялся, что останься всё, как было, то могут погибнуть и его крестница, и муж Пандоры — Ксенофилиус. Вот и стал держаться подальше от них, но, не переставая оберегать, если что случится.*
— Но раз эти дома на балансе Министерства, то я не могу их арендовать или ими воспользоваться, я ведь не работник, — голос рэйвенкловца вывел Крокера из мыслей, заставив его вспомнить, что он всё-таки на работе.
— Можно, потому что Министерство не следит за тем, что мы там делаем. Ведь прекрасно знают, что наши эксперименты могут быть очень опасными. Так что, здания выделили, но за ними не следят. Если хочешь, можем прямо сейчас переместиться к тому зданию, в котором ты сможешь проводить свои дальнейшие исследования.
Уже пять минут спустя невыразимец и студент Хогвартса стояли возле дома на окраине Лондона. Домик был небольшой, но Гарри и не требовался огромный дом. Самое главное, что оно не его, закрыто Магглоотталкивающими и Сигнальными Чарами и запирается на особый магический ключ, почти как сейфы в Гринготтсе. Теперь, ничто не могло испортить настроение Гарри Поттер-Эванса, даже заканчивающиеся каникулы.
* * *
Как бы сильно Гарри не любил Хогвартс, но в этот раз он не хотел так быстро туда возвращаться. Но делать нечего, пришлось собираться и вместе с Гермионой и её родителями отправляться на станцию Кингс-Кросс. Попрощавшись с Эммой и Дэвидом, парочка прошла через барьер, где они встретились почти со всеми друзьями.
— Гарри, ты в порядке? Что так беспокойно осматриваешься? — спросил Невилл.
— Драко никто не видел? Обычно он чуть ли не в первых рядах стоит.
— Он уже в купе. Вместе с Луной, — ответила Дафна, неся свою сумку и, как обычно, смотря на остальных учеников холодным взглядом.
— С ним всё в порядке? Я его даже не слышу сейчас, а в последний раз ему было не очень хорошо.
— Теперь да. Те последствия, которые он терпел, наконец, закончились, так что теперь ему нужно просто прийти в себя. Магия ещё в течение недели или двух будет нестабильна.
Блейз говорил это так уверенно, что на него все обернулись.
— Чего вы уставились?
— Ты откуда это знаешь? — спросила Гермиона.
— Оттуда же, откуда и вы знания берёте. Прочитал.
— Ого! Ты и читать умеешь?
— Не подкалывай, Грейнджер. С кем поведёшься, от того наберёшься.
— Ха-ха-ха. Очень смешно, Забини.
Разойдясь по своим купе (Луна, как оказалась, сидела в купе Слизерина вместе с Драко) студенты расселись и под их разговоры, алый поезд поехал по рельсам в школу Хогвартс навстречу приключениям и опасностям. Ведь через два вагона от Основателей сидел рыжий Пожиратель Смерти, и медленно вырисовывал новый план, как убить проклятого Поттера, и захватить трофей в виде его грязнокровки. Ему была важна не она сама, как человек, а как трофей — знак его победы над тем, кого он ненавидит всей своей душой.
http://tl.rulate.ru/book/114882/4677229
Сказали спасибо 0 читателей