Нечего и говорить было, что нападение на неё Очистителей по телевизору вызвало немалую реакцию. В том числе из-за самого террористического акта как такового, но и также из-за проявленной нею силы. Судя по всему, сотворить некротический щит, способный без зачитанного заклинания, УПК и любых других процессов или подготовки сдержать огонь освящённых колдовских оружий, считалось большим подвигом. Чего уж другие её фокусы.
Каори только покачала головой. Любой маг первым делом изучает два идентичных по своему значению заклинания, даже если они отличаются по форме, а именно магический снаряд и магический щит. Названия разнились в зависимости от участвующей стихии и того, к какому виду принадлежал пользователь магии, но факт оставался фактом, почти безоговорочно: сначала волшебники учатся «выстреливать» шар магии в цель, и сразу же за этим обязанностью учителя является вбить в голову ученика, как защищаться от вражеских атак. Всё-таки даже сильнейший маг будет бесполезен, если он умрёт.
В этом плане некроманты ни капли не отличались от остальных. Разумеется, воскрешение мёртвых и прочие тому занятия смотрелись эффектнее, и за них же, собственно, некроманты были больше всего известны, однако даже новорождённый некромант, при всём желании способный создать зомби разве что из только-только убитой крысы, сможет призвать некротический щит. Если сила его будет невелика, от многого тот не защитит, но он сможет это сделать.
Просто она была сильнее, чем условное большинство. Собственно, ради этого её и призвали в другой мир. Класс, который ей выпал, обладал во много крат большим потенциалом, чем у обычных людей. Сорок лет она провела накапливая опыт на поле брани, и от её рук пал Король Демонов. Если кто-то считал, что Каори смогут одолеть какие-то идиоты с волшебными пушками, тогда он точно не знал, с кем имеет дело.
Уж так была устроена магия: чем сильнее ты становишься, тем меньше у тебя причин переживать о сборищах придурков, полагающихся на массовость нападений. Будь то шайка гоблинов с клинками или волшебные пули этих пушек — для мага её калибра понадобится целая армия, чтобы оставить на ней хотя бы царапину, и даже тогда речь не шла о победе.
Для того чтобы убить существо магии, требовалось либо разбить его защиту грубой силой, либо обрушить на него столько атак, что те совсем истощат его ману, если не получится найти изъян в броне такое создания. Не имея при себе армии — причём такой, что согласится пойти на жертву, утратив 60–90% своего числа в тактике человеческих волн — или чемпиона, способного превозмочь врага, лучшим вариантом было собрать команду опытных авантюристов, которые слаженной работой и разнообразием навыков смогут истощить противника без серьёзного риска. Если навязать ему ближний бой, тогда его встретит незавидная участь — разве что он специально много времени оттачивал мастерство ближнего боя, — а в глубинах подземелья любая рана без лекаря могла стать смертельной.
Впрочем, она не собиралась щеголять своей силой. Именно так, ибо с её точки зрения Каори ответила весьма сдержанно, всего-навсего призвав щит, который отразил пули, что могли случайно попасть в ведущего или других присутствующих, и сотворив непритязательное, эффективное, несмертельное средство устранения насекомых. Настолько безмозглых, что они пришли даже без всякой защиты от магии смерти, при том что готовились нападать на лича!
На счастье, одним безумством итоги передачи не ограничилось. Один из менеджеров нью-йоркского офиса Фантомлайн — подразделения «Акагава компани», занимающегося «магическими товарами» — смотрел передачу, ведь на ней показывали дочь большого босса, являющуюся одной из потерянных спящих, что не могло не стать ОГРОМНОЙ сенсацией в компании. Его, однако, сильнее интересовало описанное ею различие между УПК и «фокусами», используемыми магами в мире, куда её похитили.
Он отправил клип вице-президенту Фантомлайн, который сразу передал его в головной офис. На родине понадобилось целых полчаса, прежде чем они связались с её отцом, да и то это было из-за того, что он долго говорил с неким оябуном, в своё время задолжавшим ему услугу, для того чтобы тот «разобрался» с Очистителями, посмевшими напасть на его дочурку. Когда же её отец успокоился, он увидел перед собой огромный потенциал для бизнеса в абсолютно новой сфере магической технологии, у которой существовал всего один эксперт на весь мир, причём у него уже и так была с ним связь.
Именно поэтому отец Каори, во время встречи с Лией и Холли в 9 утра для обсуждения итогов передачи, позвонил ей в отеле. Он хотел сделать ей деловое предложение! Ему хотелось создать новое подразделение «Фантомлайн», посвящённое «её» виду магического снаряжения! Подразделения, главой которого станет она!
В этот момент звонок переняла Лия, и вчетвером, на громкоговорителе, они быстро заключили, что наилучшим решением будет сделать Каори независимым контрактором, управляющим собственной студией разработки. Таким образом она сможет давать консультации «Фантомлайн» касательно разработки версии её фокуса для массового производства, одновременно продавая ограниченное количество «премированных» инструментов мастерского качества для «элитной» публики. Также это снизит правовую ответственность, лежащую на фирме, поскольку ей не придётся покрывать расходы студии на этапе разработки.
Выбрать место базировки подразделения оказалось трудно, но в итоге они остановились на Токио, хотя, очевидно, Каори предстояло ещё много экспериментировать с материалами этого мира, ведь почти все известные ей инструменты происходило из работы с компонентами, созданными в магическом мире, а магия этого мира была молода и не акклиматизировала всё вокруг них, по крайней мере пока. Благодаря средствам, которые она получит после того, как суд постановит, что она действительно является той, за кого себя выдаёт, и вместе с сокровищами, принесёнными ею из другого мира, денег у неё было более чем достаточно, чтобы закрыть стартовый заём, который компания её отца выдаст ей в скором порядке, даже не имея доступного к продаже продукта сразу. Даже лучше: этим она получит официальный пост в «Фантомлайн», где сможет работать, параллельно сравнив разные стили снаряжения.
Последующая неделя Каори пришлось терпеть интервью на толк-шоу в Англии, Германии, Южной Африке, Китае и Японии, на чём подошло к концу её обещание дать речь в каждой стране своих одноклассников, и последней из них стала её родина. К счастью, желающих напасть на неё болванов в этих странах не нашлось. Несомненно, свою роль в этом сыграла увеличившаяся охрана, сопровождающая её на пути, однако в том числе многие люди, желающие её убить, наверняка решили переосмыслить свои планы после небольшой демонстрации в самый первый раз.
Хотя всё это было неважно. Она вернулась в место, где всегда была счастлива, даже будучи ребёнком. Благодаря связям отца в своё время ей довелось побывать мико в храме Хиэ. Там она научилась скромности, несмотря на богатство семьи, тем более всегда было приятно чувствовать связь с чем-то большим, чем ты сам.
Каори была благодарна жрецу, позволившему ей вернуться. Она надела кольцо, чтобы подавить свою ауру, и воспользовалась анхом, чтобы превратиться в «человека», пускай даже только внешностью. Те же самые инструменты, благодаря которым она без проблем входила в храмы и святыни другого мира, несмотря на ненависть многих богов к нежити, что лишь немного уступала в этом неприязни божественного к демонам. Её правда обрадовало, когда то же самое сработало здесь, и она смогла пройти через врата тори.
Главный жрец, бывший всего-навсего послушником в последний раз, когда она сюда приходила, то есть ещё перед отбытием в Америку, куда летела по учёбе, встретил Каори на вершине каменных ступеней.
— Здравствуйте, Акагава-сан. Рад видеть вас спустя столько лет.
Она тепло улыбнулась. Хотя бы здесь кто-то приветствовал её потому, что она просто вернулась через долгий срок, и не раздувал ситуацию.
— Сэнсэй. Я тоже рада наконец вернуться.
Осмотрев его с головы до ног, она одобрительно кивнула. Он хорошо носил карингу, а по виду ему можно было дать немногим больше тридцати, хотя на деле тот точно уже перешёл рубеж шестидесяти. Каори чувствовала в нём магию, как та циркулировала по его организму, усиливая тело по принципу ци, так часто упоминаемой в кругах боевых искусств и ранобэ о культивации.
Она перевела свои очи вновь на его глазах, внутри которых безошибочно прослеживался вопрос, и улыбнулась:
— Сэнсей, вы бы стали чудесным воином в другом мире.
— Ха! Бог мой, если бы мне сказали это ученики, я бы заставил их пробежать кучу кругов, чтобы они пустили свою энергию на более полезное занятие, чем лесть. Но раз это звучит из уст той, кто убила мао, тогда должен принять данный комплимент.
Они вместе посмеялись, после чего жрец развернулся, поведя её глубже в храм:
— Кстати, в вашем сообщении вы обмолвились, что хотите пройти очищение. Уверены, что это разумно, учитывая вашу… природу? Предназначение данных сил — избавлять от негативной энергии, но они также изгоняют злых духов и отправляют их на покой.
— И я, в некотором смысле, действительно являюсь мёртвым духом, поселившемся в некогда смертной оболочке, это так. Считайте это испытанием, проверкой того, примет ли меня ками спустя столько времени и после всего случившегося. Обещаю, сэнсей, если я почувствую, что обряд вредит мне, — я мигом остановлюсь.
Жрец понимающе вздохнул:
— Вы ищите собственное место. Многие люди занимались тем же самым, когда пробудили собственную магию. Не зная, отрезаны ли они от ками, если стали маджинами.
Где-то секунду он подумал и в конце кивнул:
— Будь по-вашему, Акагава-сан. Не знаю, хорошее ли это решение, но порой для понимания истины приходится испытывать судьбу. Я помогу вам. Можете воспользоваться ванной мико, она всё там же. Обмойте своё тело, а я пока попрошу мико принести вам одежду.
— Благодарю вас, сэнсей, но у меня уже есть свой наряд. Я изготовила его в другом мире, и, думаю, он подойдёт для обряда.
Уже будучи перед ванной, она потёрла свой анх, и надетое на ней традиционное кимоно, купленное ею по возвращению на родину, исчезло, оставив стоять в раздевалке её нагую фигуру; только анх, кольцо да булавки, удерживающие её волосы, остались на ней. Когда же она вошла в саму ванну, внутри она оказалась совсем не одна: молодая мико пришла раньше неё и уже мылась.
Оглядев её, девочка улыбнулась:
— О, привет. Не видела тебя здесь. Ты новенькая?
И сама улыбнувшись такой невинной интеракции, Каори присела на стул, по обычаю принявшись оттирать своё тело перед заходом в ванную:
— Нет, дитя. Я была здесь мико, когда-то давно, но уже долгое время не могла помогать в служении.
Мико нахмурилась, явно недовольная:
— «Дитя»! Ты не намного старше меня уж точно! Может быть, я и не такая большая в груди, но мне пока тринадцать!
— О, не переживай об этом, малютка. Ты вырастешь, вырастешь со временем. Но, боюсь, я намного старше тебя. А выгляжу я настолько молодо только из-за магии.
— Поэтому вы носите украшения в ванне? — моргнув, ответила девочка.
— Да, иначе бы я выглядела намного старее.
— То есть намного-намного, как тридцать? — На это Каори посмеялась:
— Нет, ещё старше. Сейчас мне пятьдесят шесть.
— Ничего себе! Столько же, как сэнсею! А вы можете научить меня этой магии, чтобы я выглядела так же, когда постарею?
Она вздохнула:
— Будет лучше, если ты научишься быть здоровой и сильной, как сэнсей. Я пошла по другому пути, из-за которого, кстати, и не могла вернуться сюда уже как сорок лет.
— Сорок? Получается, вы знаете вернувшуюся спящую? Сэнсей рассказывал, что она служила мико в нашем храме, когда он был ещё послушником.
— Конечно знаю, девочка. Это я и есть.
— ЧТО? Ох, вау! Боже, что мои друзья скажут, когда узнают! Можно мне сфоткаться с вами?
Она рассмеялась и кивнула. Никто не пытался обыграть её в политику; всего лишь ребёнок хотел удивить своих друзей в школе.
— Хорошо. Когда оденемся, можно будет и сфоткаться.
http://tl.rulate.ru/book/114853/4445854
Сказали спасибо 12 читателей