Вот исправленный и улучшенный текст:---— Значит, ты хочешь сказать, Джеймс Поттер, — опасно сверкнули ее зеленые глаза, сузившись до щелей, — что наш тринадцатилетний сын одолел тебя не один, а дважды, украл твою палочку, не единожды, а дважды, и вывел из строя тебя — взрослого мужчину, аврора — не раз, а…— Дважды? Да, это так, Лили. — Джеймс не отрываясь смотрел на жену через кухонный стол, за которым они оба в данный момент сидели. — Если ты хочешь разобраться, то это сделал не Гарри, а Портер.— Гарри и Портер — это один и тот же человек, Джеймс! — яростно воскликнула Лили. — Они... — начала она, но прервала себя и сделала успокаивающий вдох. — Гарри — наш сын, как бы он себя ни называл, — продолжила она ровным, тщательно выверенным тоном. — Я понимаю, что вы не хотите смириться с его болезнью. Это трудно...— Он не болен, — опроверг Джеймс. — Не мне трудно принять правду такой, какая она есть. — Он отодвинул стул, и его веретенообразные ножки грубо заскрежетали по деревянному полу кухни. Джеймс встал. Ему нужен был свежий воздух, пространство для размышлений. Утро перевернуло все с ног на голову. Их с Лили споры о случившемся не принесут пользы никому, особенно Гарри. — Черт возьми, Джеймс! — вскрикнула Лили и тоже встала, остановив его на месте, когда он отвернулся от нее и направился к задней двери. — Лилс, наш сын пропал, — мягко сказал Джеймс, пытаясь противостоять ее вспыльчивому характеру самообладанием и спокойствием. Он знал, что, если ответит гневом, это только подогреет раздор между ними. — Если мы будем ссориться, это не вернет его.— Тогда выходи и сделай что-нибудь! — крикнула Лили, слезы блестели в ее глазах и грозили пролиться по раскрасневшимся щекам. — Найди его!«Я и так что-то делаю», — с досадой подумал Джеймс. Он делал единственное, что мог: доверил судьбу их сына единственному человеку, который действительно способен вернуть им Гарри. Хотя Джеймс почти ничего не знал о Портере, он наблюдал достаточно, чтобы сделать вывод: довериться Портеру и сделать все необходимое — это их лучший шанс вернуть Гарри, единственная надежда, если говорить до конца честно. Как ни странно было осознавать это, Портер оказался гораздо значительнее, чем даже Альбус; у него были шансы сделать что-то в связи с пропажей Гарри и преуспеть в деле его возвращения. Что-то в Портере — его манеры, речь, знания, которые он демонстрировал — говорило об интеллекте и понимании мира и магии, намного превышающих все, с чем Джеймс когда-либо сталкивался. Кроме того, в юноше чувствовалась решимость, и у него сложилось четкое впечатление, что Портер добьется своей цели, если только сам решится на это, или умрет, пытаясь. Еще до того, как Портер откровенно заявил, что в своем мире он считается Серым Лордом Европы, Джеймс интуитивно понял, что Портер хорошо разбирается в различных магиях. Искусство Разума и Вардинг были лишь несколькими из сложных областей, в которых этот молодой человек был посвящен — и он, скорее всего, не только разбирался в них, но и весьма искусно их применял, не имея собственных границ или уважения к законным ограничениям Министерства магии, сдерживающим его использование этих магий. В этом юноше чувствовалась какая-то дикость. Однако, работая аврором, Джеймс столкнулся со всеми типами — от самых добродушных персонажей до самых опасных волшебников. Сказать, что Портер был диким или коварным по своей сути, было бы неверно, в этом он убедился. За тот короткий час и тринадцать минут, что он провел с Портером, он не смог однозначно классифицировать его. Несмотря на то что Портер в целом вел себя по отношению к Джеймсу благожелательно, дозволяя ему чувствовать себя в безопасности, все же угадать, к какому типу он принадлежит, было сложно. В глазах юноши и в его движениях было что-то нездешнее — что-то дикое и неприрученное — сила, которую нельзя было принять за цивилизованную, а тем более подчинить прихотям и давлению цивилизованного общества. В противном случае он не смог бы назвать Портера бескультурным и лишенным светских манер, как не смог бы назвать его по-настоящему преступным. Да, все его инстинкты кричали о том, что Портер опасен. Тем не менее язык тела юноши и манера его речи говорили о том, что он контролирует ситуацию, что очень хорошо владеет собой и осознает причину и следствие. Джеймс видел, как юноша реагирует на первоначальный шок от пробуждения в незнакомом мире, осмысливает произошедшее, делает правильные выводы о ситуации и начинает разрабатывать план, который приведет к желаемому исходу для всех участников. Ни разу он не заметил ни намека на безумие или какого-либо поведения, свидетельствующего о том, что молодой человек не обладает здравым, аналитическим умом. Портер, по его мнению, принадлежал к классу себе подобных: высококвалифицированный, смертоносный человек, который не только умел обращаться со смертью, но и был способен к рациональному и методичному мышлению. По позвоночнику Джеймса пробежала дрожь, когда он подумал о том, какой ущерб может нанести такой человек. Высококвалифицированный и смертоносный безумец — это одно. Другое дело — рациональный и методичный политик. И то, и другое было опасно. Если объединить эти два понятия... заменить безумие здравым, тактическим умом... и, если он не ошибался, учесть бычью голову Гриффиндора... результаты были непостижимы. — Я сражался и выжил на войне. Убивали ли вы кого-то, прекрасно понимая, что ваши действия приведут к смерти другого человека? — Да. В интересах вашего сына, чтобы я оставался свободным и чистым от Сент-Мунго, чего бы это ни стоило. — Сколько вам было лет, когда вы впервые сознательно лишили кого-либо жизни? — 11, в целях самообороны. — Мне не нужно было аграндиозное прозвище, чтобы моя репутация распространилась. — Сколько вам было лет, когда вы стали наемником? — 11, хотя платить мне начали только в 19. Поскольку я не ваш сын и рос, почти ничего не зная о своем происхождении, а большую часть жизни прожил во враждебном окружении, вы должны быть просто счастливы, что я оказался таким, каким оказался. — Где были ваши родители, когда вас заставили убивать в возрасте одиннадцати лет? — Умерли. Я — Гарри Джеймс Поттер, сын Джеймса и Лили Поттер, Серый Лорд Европы — самоназвание Портера. Почему вы выбрали жизнь наемника? — Я не выбирал ее. Она выбрала меня. — Портер, откуда ты все это знаешь? Почему ты это знаешь? — Война.--- Если у вас есть дополнительные пожелания или вопросы, дайте знать!
http://tl.rulate.ru/book/114338/4421351
Сказали спасибо 11 читателей