Готовый перевод Muggle Studies and the Undead: An Unlikely Hogwarts Professor / Учитель-Некромант в Хогвартсе!: Глава 285. Норберт и Рубеус Хагрид

— Нет, Хагрид! — остановил его Чарли, оглядывая дракона. — Может быть, он недавно и позавтракал, но его хорошее настроение долго не продлится, — он медленно вытащил волшебную палочку.

Норвежский Горбатый дракон, пока ещё в хорошем настроении, угрожающе оскалился, выпустив из ноздрей очередное облако чёрного дыма, и прижал голову к земле, грозно рыча.

Антони мог поклясться, что увидел проблеск огня между его зубами. Злые глаза дракона метались между громилой Хагридом, Чарли с волшебной палочкой наготове и Антони, стоящим чуть поодаль, словно решая, кого из них троих лучше поджарить первым.

— Боже, ты и правда вырос в прекрасного дракона, — сказал Хагрид, сделав ещё шаг вперёд (Чарли попытался схватить его за пояс, но Хагрид, казалось, ничего не заметил).

Антони тоже вытащил волшебную палочку. Хоть он и не знал, что будет с ней делать — уж точно не тыкать Хагрида в поясницу, пытаясь образумить, — но быть наготове казалось разумным. Он тихо пробормотал заклинание Железной Брони, нацелившись на Хагрида, хотя и сомневался, что это хоть как-то поможет от драконьего огня.

Хагрид по-прежнему не замечал отчаянных попыток Чарли его удержать. Он шёл вперёд, лихорадочно роясь в карманах: 

— Я тебе принёс…

Раздался рёв, и Норберт встал на задние лапы, расправив крылья. Антони почти видел бушующее в его горле пламя.

— Берегись, Хагрид! — крикнул Антони.

В тот же миг Чарли выкрикнул короткое заклинание, и сгусток магии влетел прямо в разверстую пасть Норберта. Антони, вспомнив, что нужно делать, тоже выкрикнул заклинание огнетушения. Первое заклинание промахнулось, отскочив от твёрдой чешуйки на носу Норберта, второе попало дракону в пасть. Чарли тут же повторил заклинание.

Три заклинания подряд — и пламя погасло. Норберт тряхнул головой, из-за его острых зубов струился синевато-чёрный дым.

— Норберт! — позвал Хагрид.

Норберт громко чихнул. Из его пасти вырвалось несколько искр, упавших на землю и поджёгших несколько сломанных веток, но огонь быстро погас. Дракон глубоко вздохнул и открыл пасть. Появилось ещё больше чёрного дыма.

Антони раньше не видел разъярённых драконов, но был совершенно уверен, что перед ним именно такой.

Спина Норберта выгнулась ещё сильнее, хвост яростно хлестал по деревьям. Затем дракон бросился на Хагрида, явно считая его виновником всех бед. Шипы на его чёрных крыльях вонзились в ствол дерева за спиной лесника, огромное тело с глухим стуком рухнуло перед ним, заставив его отступить на несколько шагов и чуть не сесть.

Хагрид смотрел на происходящее с открытым ртом.

— Заклинание расслабления мышц! — крикнул Антони, указывая на крыло Норберта, которым тот прижимал Хагрида к земле. — Не стой столбом, Хагрид, заклинание расслабления мышц! Чарли, есть заклинание, чтобы склеить ему пасть?!

Не надеясь на успех, Антони направил палочку на разверстую пасть Норберта и прошептал заклинание расслабления мышц, но челюсти дракона даже не дрогнули.

— Я таких не знаю! — крикнул Чарли. С конца его волшебной палочки сорвалась верёвка и обвилась вокруг пасти Норберта. Дракон взревел и мотнул головой, разорвав верёвку.

Хагрид наконец-то опомнился.

— Всё хорошо, он просто злится на меня, — сказал Рубеус Хагрид. — Я давно хотел тебя навестить, Норберт. Ты только посмотри, какой ты большой стал, чуть Генри с Чарли до смерти не напугал.

Он обхватил своими огромными ладонями вытянутую морду Норберта и сомкнул его пасть. Чёрный дым валил клубами, Норберт извивался и мотал головой, пытаясь ударить Хагрида шипами на крыльях. Лесник болезненно простонал.

— Ой, прости! — воскликнул он, отводя руки. — Я тебе не сделал больно?

Норберт тут же повернул голову, пытаясь укусить его за голову. Хагрид снова схватил его за пасть, разъярённый дракон налетел на него, и они оба рухнули на землю. Норберт пытался сбросить Хагрида со спины, а Хагрид уговаривал Норберта успокоиться, не обращая внимания на то, что его шуба из кротовой кожи превратилась в лохмотья.

Воцарился полный хаос. Сонливые чары Чарли то и дело попадали в стволы деревьев, в землю, в Хагрида или в чёрную, отливающую металлом чешую Норберта. Ни Рубеус, ни Норберт, казалось, не очень-то реагировали на заклинания сна: они катались по земле, ломая все деревья вокруг.

Норберт хлопал крыльями, поднимая вокруг себя вихри снега. Антони и Чарли с тревогой наблюдали за ним, держа волшебные палочки наготове. Внезапно в снежной пелене мелькнул чёрный хвост и с силой ударил совсем рядом с ними, расколов надвое булыжник. 

В следующее мгновение перед ними возникла голова дракона. Хагрид продолжал что-то ему ласково приговаривать. Лицо его было покрыто царапинами и синяками, нос и лоб были чёрными от драконьей копоти.

— Осторожно, Хагрид! — крикнул Чарли. — Закрой глаза, я сейчас применю Заклинание ослепления!

— Нет! — в ужасе воскликнул Хагрид. — Чарли, не надо, не обижай его!

Он резко убрал руки от морды Норберта и закрыл ему глаза ладонями. Дракон яростно забился, вцепился зубами в руку Хагрида, его длинные клыки пронзили одежду. Глаза Хагрида наполнились слезами.

— Всё хорошо, всё хорошо. Он просто сердится, потому что я сделал ему больно, — приговаривал Хагрид, пытаясь отцепить от себя пасть дракона.

Они снова покатились по земле.

Даже Чарли, казалось, на мгновение растерялся. Он переглянулся с Антони, и тут они услышали громкий всплеск. Подбежав поближе, они увидели Хагрида, сидящего по пояс в ручье с подбитым глазом и расцарапанным лицом. Рядом с ним лежал Норберт, всё ещё злобно скаля зубы. В пасти у него билась рыба.

— Умница! Ты поймал рыбу, Норберт! — радостно воскликнул Хагрид. — Не сердись, смотри, что я тебе принёс!

Дракон перевернулся, разгрыз рыбу и, запрокинув голову, проглотил её целиком. Из его ноздрей вырвалось облачко чёрного дыма, горб на спине немного опустился.

Хагрид вытащил из воды свою изодранную в клочья куртку и начал шарить рукой по мокрым, отяжелевшим карманам.

— Странно, куда же делись скальные лепёшки?

— Вот они, — сказал Антони, и жестяная коробка с земли взлетела в воздух и поплыла к берегу. Дракон посмотрел на неё злыми глазами, его пасть снова приоткрылась.

Хагрид перехватил коробку, которую Антони протянул ему, открыл крышку и вывалил всё на берег. 

— Скальные лепёшки.

Норберт смотрел на Хагрида с нескрываемым любопытством, словно не понимая, что тот делает.

— Помнишь? Я иногда прятал между ними мышь и кормил тебя, — с нежностью проговорил Хагрид и с трудом вытащил из кармана мокрый, измятый плед, из которого выпал, плюхнувшись в воду, плюшевый мишка. — И ещё плед и мишку, чтобы ты не боялся спать один, ты же ещё маленький… Ой… — он вдохнул от боли, которую причинил укус на распухшей руке, и достал из кармана несколько сверкающих камней. — А это, чтобы ты мог точить свои зубки.

Он разложил всё это перед драконом, прижав камнями плед, чтобы его не унесло течением, и с надеждой посмотрел на Норберта.

Дракон, возвышаясь над ним, разглядывал приготовленные подарки: лепёшки на берегу, плывущий по течению плед, странного плюшевого мишку и камни для заточки зубов.

— Нравится? — спросил Хагрид с надеждой в голосе.

Некрасивый предмет, отдалённо напоминающий медвежонка, развернулся в воде и медленно поплыл вниз по течению. Дракон поднял лапу, прижал его к месту и, опустив голову, принялся шумно его обнюхивать.

— Тебе нравится, Норберт? — снова спросил Хагрид.

Норберт открыл пасть, схватил игрушку и разорвал её пополам. По воде поплыли клочки ваты.

— Ну… Ладно, — сказал  Хагрид. — Ой, точно, я же тебе ещё бренди принёс! Чарли?

Дракон вдруг заскулил.

Лицо Рубеуса Хагрида просияло. 

— Норберт, ты помнишь! Иди ко мне! — он протянул руку — его рука, которую прокусил дракон, двигалась с трудом — и радостно направился к Норберту.

Дракон предостерегающе фыркнул, выпустив струю пламени, отчего вода зашипела. Хагрид остановился и увидел, как дракон подцепил носом остатки плюшевого мишки и выбросил на берег.

Норберт подобрал плед и снова заскулил.

— Что он делает? — спросил Чарли тоном, в котором смешались удивление и недоумение.

— Ему нравятся подарки Хагрида, — сказал Антони.

Норберт с нежностью — а может, и со злостью — выдохнул пламя на лепёшки, превратив их в угли. Затем дракон улёгся на землю, зажав в зубах плед, а крыльями прикрыл плюшевого мишку… Точнее то, что от него осталось.

http://tl.rulate.ru/book/114294/4547635