Даже зная, что коллеги готовят праздник, Антони вздрогнул, войдя в учительскую.
Вся комната была украшена. Серпантин спускался с потолка до пола, блестящие конфетти кружились в воздухе, а коснувшись земли, неведомой силой взмывали обратно.
На стене висел огромный шёлковый плакат, на котором переливающимися красками сменяли друг друга две надписи: «Хогвартс, Школа Чародейства и Волшебства: Профессор Маггловедения Генри Антони». Рядом чьей-то рукой было приписано «Добро пожаловать!» — Антони узнал почерк Профессора Стебль - и «Старший член Общества Маггловедов».
Самым странным было то, что рождественскую елку снова установили в углу. Антони помнил, как в начале семестра Профессор Флитвик её убирал.
— Что? — растерянно спросил он.
Профессор Стебль выстрелила из хлопушки. Сквозь облако конфетти Профессор Бабблинг с улыбкой произнесла:
— Иди за подарком, Генри. Помнишь, я тебе говорила? Это твой запоздалый рождественский подарок.
Под ёлкой лежала небольшая коробочка, завёрнутая в традиционную красно-зеленую бумагу. Антони взял подарок, который протягивала ему Профессор Бабблинг, разорвал обёртку и открыл коробочку.
Внутри лежал маленький серебряный значок. По кругу шла надпись: «Британское Общество Маггловедов», в центре рельефными буквами значилось «Старший член», а внизу было выгравировано его имя.
— Почему? — удивлённо спросил Антони. Он ожидал чего угодно — например, книги, которую должны были доставить из-за океана, — но только не этого.
Председатель Общества Маггловедов хитро улыбнулась.
— Потому что я хочу подкупить тебя, чтобы ты поскорее взял на себя все обязанности преподавателя! — со вздохом она добавила: — У меня столько планов! Мне ужасно интересно, как Министерство Магии ведёт дела с магглами. Кроме того, я мечтаю найти время и предложить ряд поправок к Статуту о Секретности… Назови меня самонадеянной, Генри, но мне не терпится перестроить мир по-своему.
Антони рассмеялся.
— Спасибо. Что ж, желаю вам всяческих успехов.
В учительской было шумно и весело.
Как объяснила Профессор Бабблинг, изначально она просто собиралась передать значок Антони, но, узнав об этом, остальные преподаватели решили устроить праздник в честь нового коллеги. Профессор Флитвик воспользовался случаем, чтобы опробовать тот вариант украшения комнаты, который не понравился остальным к Рождеству («Довольно и совиных перьев! Я и так еле пережил ту гору пирожков, щедро сдобренных блёстками», — ворчал он), а Профессор Макгонагалл просто решила использовать оставшиеся с праздников хлопушки.
Так что, пользуясь случаем, а заодно и тем, что Антони стал старшим членом Общества Маггловедов, коллеги организовали это, пожалуй, излишне пышное торжество.
Пузырьки шампанского поднимались по стенкам бокала и с тихим всплеском лопались на поверхности. Профессор Стебль что-то оживлённо рассказывала Профессору Бабблинг о каком-то дальневосточном растении, взмахом волшебной палочки рисуя в воздухе форму его листьев. Профессора Макгонагалл и Флитвик обсуждали какую-то магическую теорию — их спор состоял из «да, но…» и «тем не менее…».
Профессор Трелони, позвякивая многочисленными браслетами, протянула руку и, повинуясь велению судьбы, взяла бокал с вином, которое ей было суждено выпить. Квиррелл сидел в углу, не притронувшись к своей внушительной порции ирисок, и задумчиво смотрел на огонь в камине.
Хагрид тоже собирался прийти, но у одной из его пикси родились детеныши («Первые роды, ужасно нервничает, бедняжка… Да она и сама ещё ребёнок!»), поэтому Хагрид не смог оторваться от работы и в качестве извинений прислал с пикси гору ирисок.
Не желая обижать Хагрида, Антони подошёл к столу и взял одну (тщательно выбрав самую маленькую) ириску, и только тут заметил сидящего в стороне Квиррелла.
— Профессор Квиррелл, — поприветствовал его Антони.
Квиррелл вздрогнул, будто очнувшись ото сна, торопливо пробормотал приветствие и тоже взял ириску.
Антони не понимал, зачем Квиррелл вообще сюда пришёл. Насколько он знал, приглашения на праздник получили все преподаватели, но у них определённо была возможность отказаться. Не говоря уже о профессорах Кёттлберне и Синистре, с которыми он практически не был знаком, даже тот мрачный профессор Зельеварения со Слизерина не счёл нужным почтить коллег своим присутствием.
Ещё одним человеком, чьё присутствие здесь стало для Антони неожиданностью, была Профессор Трелони. Хоть они оба и преподавали факультативные предметы, общались они крайне редко, так что Антони счёл необходимым поздороваться и с ней:
— Профессор Трелони, очень рад вас видеть.
Сивилла обвела высокомерным взглядом собравшихся и провозгласила своим фирменным бесплотным голосом:
— Я не из тех, кто посещает подобные мероприятия… Тот, кто обладает даром ясновидения, обречён на одиночество. Я провожу дни, погрузившись в мир духов, наблюдая за людскими судьбами, за тем, как они неизбежно движутся к предназначенному им будущему… Разве найдётся у меня время на пустую суету?
— Разумеется, — вежливо согласился Антони и незаметно оглянулся, безмолвно умоляя кого-нибудь прервать этот странный разговор. Но, похоже, все увлечённо болтали, а Профессор Квиррелл в это время мужественно сражался с ириской.
Внезапно Профессор Трелони повысила голос (в учительской на мгновение воцарилась тишина):
— Но! Когда Помона постучала в мою дверь, я поймала себя на том, что соглашаюсь! Очевидно, таков был знак свыше, и я просто не могла противиться воле судьбы… Более того, мне было ниспослано особое предзнаменование, Профессор Антони… Я здесь, чтобы донести его до вас.
Она грациозно поставила бокал на стол, дав понять, что явилась на праздник вовсе не ради этого кисловатого жёлтого напитка.
— Остерегайтесь следующего восхода луны, — многозначительно провозгласила она. — Я видела кровь. И смерть…
Антони услышал, как у него за спиной профессор Макгонагалл спрашивает у профессора Стебль:
— Скажи, Помона, ты на самом деле её приглашала?
Слова Профессора Макгонагалл были произнесены достаточно громко. Антони показалось, что Профессор Трелони их тоже услышала, потому что она шумно выдохнула и продолжила ещё более потусторонним голосом:
— Ах, Профессор Антони, как мне жаль, что судьба послала вам такие тяжкие испытания… О, Мерлин…
— Благодарю вас, Профессор Трелони, — вежливо ответил Антони. — Не желаете пирожное?
Несколько мгновений Профессор Трелони смотрела в пустоту, словно пытаясь понять, приняла ли она, Провидица, это угощение. Затем неопределённо кивнула:
— Что ж, если судьба распорядилась так…
Антони взял ещё одно пирожное и обернулся к Квирреллу, который смотрел на него с весьма странным выражением лица.
— В-восход луны? — прошептал Профессор Квиррелл.
— Понятия не имею, когда он будет. Я ведь не астроном, — пожал плечами Антони. — Отличное пирожное, кстати. Очень рекомендую.
Профессор Макгонагалл, оказавшаяся рядом, заметила:
— Не волнуйся, она любит встречать новичков пророчествами о смерти. Тебе ещё повезло… И да, Генри, пирожные и правда замечательные.
http://tl.rulate.ru/book/114294/4444498
Сказали спасибо 10 читателей