— Шон подарил Зоро улыбку, которую сам считал теплой и нежной. — Я знаю, что ты отправишься в море, и я также знаю, что ты не из тех, кто третирует слабых, боится сильных и сеет хаос вокруг. Поэтому я хочу, чтобы ты пообещал мне, что однажды, каким бы ни было твое положение, ты никогда не причинишь вреда мирным людям.
Хотя мои слова могут показаться бессмысленными, я просто хочу сказать, что если ты увидишь людей, нуждающихся в помощи, и сможешь им помочь, — помогай. Делай добро и не волнуйся о будущем.
И, наконец... ну, что бы ни случилось в будущем, я всегда буду твоим старшим, и ты можешь обратиться ко мне, если столкнешься с проблемами. Я подарю тебе Дэн Дэн Муши, когда ты подрастешь.
Шон всегда относился к Зоро как к младшему брату. Сначала, возможно, он просто наблюдал за ним, как за героем аниме.
По мере того, как они сближались, он понял, что Зоро — простой и трудолюбивый ребенок, немного высокомерный, но очень милый.
Хотя позже появилась система, которая так и подталкивала его постоянно что-то менять в Зоро.
Но Шон не хотел заставлять его, ведь Зоро в оригинальной книге был великолепен, человеком с принципами.
Более того, он по-прежнему относился к нему как к младшему брату.
Шон просто боялся, что, когда Зоро вырастет, он может пойти по кривой дорожке из-за эффекта бабочки, поэтому и затеял этот разговор.
Услышав это, Зоро повернулся, посмотрел на сияющие глаза Шона и несколько неестественно произнес:
— Хорошо, я обещаю тебе.
Шон улыбнулся, потому что Зоро очень дорожит обещаниями. Раз уж он согласился, то не передумает.
На следующее утро, провожаемые прощальными взглядами всех жителей деревни Симоцуки, Куина Тасики отправилась в своё собственное путешествие.
Две маленькие девочки с любопытством осматривали военный корабль, а Шон позволял им делать всё, что им заблагорассудится.
Впрочем, экипаж корабля состоял из новобранцев, проходящих своего рода стажировку, поэтому им нечего было бояться.
Любопытство девочек быстро угасло. Уже через полдня плавания они устали исследовать корабль. Куина нашла Шона, греющегося на палубе под солнцем, и, как капризный ребёнок, встряхнула его за руку:
— Эй, Шон, ты говорил, что нашёл дьявольский плод, который разорвал мои оковы… что это за плод?
Шон слегка приподнял веки и бросил на них взгляд:
— Да, нашёл. Об этом ты узнаешь, когда придёт время.
Хотя Ташики ничего не сказала, Шон заметил зависть в её глазах, но она была по характеру более сдержанной, чем Куина.
Куина тоже заметила настроение Ташики и спросила прямо:
— Шон, если я в будущем стану ловить пиратов, как ты, сколько пиратов мне нужно поймать, чтобы получить этот мифический плод, о котором ты упоминал? В конце концов, я же твоя сестра.
Хотя Куина была старше Ташики всего на месяц, она была значительно взрослее мыслями.
И хотя она была немного своевольна, она не была глупым ребёнком. Она понимала, что такой плод должен быть очень ценным.
Она принимала доброту Шона без всяких колебаний, потому что считала его своей родней, а родным не стоит заботиться слишком сильно друг о друге.
Другими словами, Куина готова была отдать Шону всё, что ему нужно, без колебаний.
В детском сознании действует простое правило: если ты ко мне хорошо относишься, я буду к тебе ещё лучше. Но дети часто стесняются в выражении чувств, поэтому им неудобно говорить "спасибо".
Однако они никогда не попросят Шона о чём-либо для кого-либо ещё, потому что их мать учила их с детства не воспринимать чужую доброту как должное.
Доброта, которую дарят, — это доброе намерение, а доброта, которую выпрашивают, обращается во зло. Поэтому, хотя Куина хотела помочь своей хорошей сестре, она не хотела создавать Шону лишних хлопот.
Услышав это, Ташики энергично замахала руками:
— Нет, нет, нет, мне не нужно. Я не сдамся, я буду упорно тренироваться. Спасибо, Куина.
Куина улыбнулась и眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨眨了 Шона:
— Эй… Шон, дай мне поставить перед собой маленькую цель… ведь ты любишь ставить перед собой маленькие цели?
Рот Шона дёрнулся. Раньше его маленькие цели заключались в том, чтобы отрубить определенное количество гор или разрушить определенный безлюдный остров.
Но глядя на милый вид этой девочки, он немного колебался.
Он ведь не мог никак получить этот плод. Он перевёл взгляд на Ташики, стоящую рядом.
Она испуганно взяла Куину за руку, предупреждая её не говорить больше ничего.
У Шона было два зелья, которые значительно могли увеличить их физическую силу.
Но помимо того, что он хотел использовать одно зелье для Куины, он также хотел оставить его себе, чтобы обучить себе подчинённого.
Ведь в этом мире предел возможностей определяется физической силой. Мать Четырёх Императоров в пятилетнем возрасте была способна разрушить целую гигантскую деревню просто потому, что была голодна.
Вы только представьте: гиганты из штаб-квартиры Морского Дозора — это все вице-адмиралы. Возможно, гиганты из деревни не так сильны, как те, что служат в армии, но все равно. Это демонстрирует невероятный талант Шарлотты Линлин.
Можно представить, что это зелье может в кратчайшие сроки создать человека уровня адмирала, если его дать тому, кто готов к трудностям.
Но глядя на робкий вид Ташики, он вспомнил, что в аниме она также была доброй и щедрой девушкой.
Он немного поколебался, но в итоге твёрдо решил: да где же этой женщине быть адмиралом, даже если в будущем она станет красивой и доброй?
Хотя Шон не был злым человеком, его жизненное кредо — это «добрый человек, делающий зло», так что какая разница, добра ли Ташики или нет?
Шон, хладнокровный и рассудительный, извинился перед Ташики:
— Я открою тебе секрет, но ты должна пообещать мне, что никому не расскажешь, даже учителям. Время пока не пришло, но я расскажу им в будущем.
Куина безоговорочно доверяла Шонам, поэтому кивнула:
— Да… я больше всего доверяю Шонам, поэтому ты должен доверять мне, я буду хранить наш маленький секрет.
После этого щёки Куины слегка покраснели.
Шон хотел заорать: «Ты краснеешь от того, что хранишь такой серьёзный секрет!»
Но из его уст вырвались другие слова:
— На самом деле, то, что я нашёл для тебя, — это не дьявольский плод, а две разные вещи. Дьявольский плод — это всего лишь средство, а то, что я хочу тебе дать, — это основа всех средств, то есть физические данные…
В этом море, будь то способности, фехтование или хаки, развитие всех способностей неразрывно связано с сильным телосложением. То, что я собираюсь тебе дать, подобных вещей в мире всего три.
Они могут повысить верхний предел физической силы человека и дать любому возможность стать сильным человеком высшего уровня. Ты хочешь стать чистым фехтовальщиком, поэтому я не рекомендую тебе использовать дьявольский плод.
Один я использовал сам, один — для тебя. Но другой я хочу использовать, чтобы воспитать надёжных подчинённых, поэтому я не отдам его твоей сестре. Ведь в этом мире воды слишком глубоки.
После этого Шон приподнял голову на сорок пять градусов, посмотрев на небо, и ожидал, что Куина, его маленькая поклонница, проявит восхищение.
В конце концов, эти вещи действительно слишком мощные…
http://tl.rulate.ru/book/113565/4287744
Сказали спасибо 2 читателя