Вторник, 19 декабря. Погода: Дождь и раскаты грома (продолжение)
Я подошла к столу, за которым сидел какой-то толстяк, и сказала:
— Вы, друг И Фаня? Я - Гуань Сяо Бэй... Эх, ну я не уверена, но И Фань сообщил вам обо мне?
Этот жирный брат зимой надел только футболку с короткими рукавами с портретом Че Гевары, камуфляжные штаны и блестящие ботинки.
Этот жирный братец выглядел очень постмодернистски, и мне показалось, что он меня не слышит. Он склонил голову, тупо уставившись на кофейную чашку перед собой. Он не двигался.
— Эм, привет.... как дела? — Я предприняла еще одну попытку достучаться.
Когда я уже почти поверила в то, что жирный брат окаменел, он вдруг поднял голову. Заплывшими и похожими на щелочки глазами, он оценивающе посмотрел на меня сверху вниз и выдавил из щели между зубами одно-единственное слово:
— Садись.
Я любезно села за столик и взяла у официанта стакан лимонада. Я сделала пару глотков, прежде чем сказать:
— Меня зовут Гуань Сяо Бэй. Могу я узнать, как вас зовут?
Я улыбалась и старалась сделать свои слова приветливыми.
Жирный брат даже не потрудился заговорить со мной. Своими раскосыми глазами, он совершенно расслабленно смотрел на стену позади меня.
Я обернулась назад и, ничего не заметив, повернулась обратно. Когда я это сделала, на лице жирного братца образовалась усмешка.
После 10 минут неловкого молчания, жирный брат неожиданно открыл рот и слабо спросил:
— Ты знаешь о собаке Джорджа Бернарда Шоу, а?
Я удивилась на несколько секунд:
— Ну, эм…Я слышала о коте Эрвина Шредингера.
— А ты знаешь что-нибудь о ньютонианстве? — спросил он.
— Кажется, Данте Алигьери писал о нем в Божественной комедии...
— Ты знаешь, как умирает спичка?
Я подавилась собственной слюной и некоторое время отчаянно кашляла. Старший брат, я знаю, как умру. Я умру от твоего мягкого и душного наказания.
— Спичка лежит и вдруг ощущает зуд у себя на голове. Как только она протягивает руку и начинает чесать голову, она сразу же сжигает себя до смерти.
Когда он закончил говорить, он издал три коротких «хе-хе-хе». Он стал похож на маленького пекинеса, который запыхался от бега.
Он вдруг замолчал, а потом резко подал голос:
— Я рассказал анекдот, ты должна смеяться.
В очередной раз я была задушена насмерть.
Старший брат, ты такой холодный, как полярный медведь, ах.
В тот момент, когда я снова подавилась слюной, зазвонил мой телефон. Не успела я ответить на звонок, как И Фань, очевидно ощущающий радость от лицезрения чужого горя, выпалил:
— Гуань Сяо Бэй, мой друг не так уж и плох.
Я отбежала в сторону и через зубы выдавила:
— Громовой братец, чем я тебя обидела? Почему ты делаешь все это?
— Ты сказала, что я - гей.....
— Громовой брат, это не я сказала, это сказало экспертное заключение, ах!
— Гуань Сяо Бэй, ты опять упрямишься. Поэтому ты должна отвечать за последствия! — И Фань яростно повесил трубку.
— Какой же он неблагодарный! — пробормотала я и убрала телефон.
Я почувствовал, как кто-то сзади похлопал меня по плечу. Я оглянулась и увидела, как толстяк держит свой телефон недалеко от моего лица.
— Чего? — приглушенно спросила я.
Толстяк молчал и странно смеялся, будто выполнял этим какое-то свое личное достижение. Он помахал своим мобильным телефоном, и я пригляделась повнимательнее. Я обнаружила, что на экране его телефона светится большая и самовлюбленная голова И Фаня, под которой было написано: Детка Небесный Гром.
Толстяк посмотрел мне в глаза и кивнул головой, его глаза мгновенно вспыхнули чрезвычайно стервозными искрами.... Я надеялась, что такие же появились и у меня.
— Можно? — нетерпеливо спросила я.
— Это соответствует моим намерениям! — злобно рассмеялся толстяк.
Набирая номер, я похлопала толстяка по плечу, и он сказал:
— Трудно искать друга, сложно стать близким, ах!
Через несколько секунд в трубке раздался голос Ифаня:
— Ну что, толстый? Тебя не напугала красивая девушка, а?
Я держала трубку, молчала и мрачнела.
И Фань, вероятно, заметил молчание, а потому спросил:
— Ты ничего не сделал с маленькой красавицей, а? Не расчленил? Не сделал из нее куклу, эй?
Я решила напугать его и внезапно издала пронзительный смех:
— ХА, ХА, ХА, ХА, ХА, ХА, ХА, ХА, ХА, ХА, ХА!!!!
— Гуань Сяо Бэй! — Голос И Фаня, выдавленный сквозь щели зубов, заставил меня почувствовать удовлетворение.
Затем, подчеркивая каждое слово, я очень громко выкрикнула:
— Детка! Небесный! Гром!
Из-за того, что мы колотили по столу от смеха, менеджер кафе выставил нас на улицу. С этого момента, мы с толстяком сформировали крепкую братскую дружбу.
Позже я узнала, что его зовут Чэнь Сян. И как оказалось, он холоден снаружи, но горяч внутри. Он окончил университет в США. Изучал астрофизику и получил диплом с высшими оценками и выдающимися показателями. Он решительно отказался от приглашений многих известных зарубежных лабораторий и решил вернуться в Китай, чтобы продавать товары для взрослых.
— Это, своего рода тоже вклад в физику. Когда человеческое тело делает упражнения, то это тоже считается физикой, хотя такие упражнения не особо популярны.
— Значит, на всех этих сватовских сайтах теперь ты пишешь от имени Громового брата? — спросила я.
http://tl.rulate.ru/book/11112/294096
Сказали спасибо 62 читателя