Готовый перевод The end of ten days / Конец десяти дней: Глава 156: «Прогулка по жизненному пути»

]

«Алкоголь» – действительно хорошая вещь.

Атмосфера «приветственной встречи», поначалу немного гнетущая, после нескольких бутылок пива стала заметно оживленнее.

Многие начали чокаться бутылками с соседями и представляться.

В грядущие дни они станут боевыми товарищами, идущими на смерть.

— Цяо Цзяцзинь, — спросил Ци Ся, поедая арахис. — Какова твоя причина, по которой ты обязан выбраться?

— Я и сам не знаю. — Цяо Цзяцзинь смотрел на шумную толпу вдалеке и медленно говорил. — Отплатить за добро? Или отомстить? Я и сам не понимаю.

Он сделал большой глоток пива, выражение его лица было совершенно спокойным.

Вечно ухмыляющийся Цяо Цзяцзинь сейчас словно стал другим человеком.

— А ты, Хань Имо? — Ци Ся перевел взгляд на писателя.

— Я хочу закончить свой роман, — ответил Хань Имо. — Мне осталась всего одна глава, чтобы завершить эту историю. Даже если мне суждено умереть, я хочу умереть после того, как закончу роман.

— Это уж слишком категорично. — Ци Ся покачал головой. — Роман важнее твоей жизни?

— Дело не в этом, — горько усмехнулся Хань Имо. — Кто же на самом деле хочет умирать? Но ведь пришло «Землетрясение», я неизбежно должен был умереть… Но почему я не опубликовал ту главу сразу, а решил вычитать её сам…?

Выслушав его, Ци Ся беспомощно вздохнул.

То, что сказал Хань Имо, не было «причиной выбраться», это больше походило на «предсмертное желание».

В этот момент к ним подошли, держась за плечи и сжимая бутылки, смуглая худощавая девушка и мужчина в костюме.

Ци Ся помнил этих двоих.

Они были на лекции тётушки Тун.

— Привет всем, давайте знакомиться, — с улыбкой сказала смуглая девушка. — Вы все из одной комнаты?

— Да, — кивнула Линь Цинь. — Вы тоже?

— Ага, меня зовут Ли Сянлин. — Девушка протянула руку Линь Цинь.

Линь Цинь тоже протянула руку, и они обменялись простым рукопожатием.

В момент прикосновения Линь Цинь заметила, что на ладони девушки было много мозолей.

— Меня зовут Чжун Чжэнь, — кивнул собравшимся мужчина в костюме.

Ци Ся с сомнением посмотрел на них, а затем спросил:

— Остальные ваши товарищи погибли?

— Нет. — Девушка по имени Ли Сянлин покачала головой. — Нас выжило пятеро, но трое оставшихся не захотели идти в «Райские врата», поэтому пришли только я и дядька.

— Меня зовут Цяо Цзяцзинь. — Цяо поднял свою бутылку и чокнулся с бутылкой Чжун Чжэня. — Можно просто А-Цзинь.

— Договорились, брат.

Двое гостей разговорились с Линь Цинь, Цяо Цзяцзинем и Хань Имо.

Оказалось, что их товарищи – трое преступников.

С того момента, как те трое попали в город, они искали кинжалы для самообороны. Чжун Чжэнь и Ли Сянлин понимали, что им с этими людьми не по пути, и хотели действовать самостоятельно, но встретили Чжан Шаня, который пришел их вербовать.

После короткого разговора они решили заглянуть в «Райские врата».

— Все трое – преступники? — Нахмурился Ци Ся.

— Да… двое из них только что освободились, а третий пришел прямо из тюрьмы… — Ли Сянлин не смогла скрыть страха в голосе. — Было реально жутко.

Ци Ся, естественно, понял, о ком идет речь, но у него возник другой вопрос.

Если все, кто попал сюда, пришли «искупить грехи», то действительно ли А-Му, Лысый и Цзиньмао раскаиваются в своих поступках?

Как говорила тётушка Тун, все здесь виновны, но Ци Ся уже своими глазами видел многих, у кого не было и тени раскаяния.

Для таких, как А-Му и его компания, это место не казалось местом «искупления», скорее, местом полной вседозволенности.

Подошла Юнь Яо. Увидев, что Ци Ся всё время ест арахис, она удивилась:

— Ци Ся, почему ты не пьешь?

— Потому что мне нужно сохранять ясность ума, — ответил Ци Ся. — Вы пейте.

— Зачем так напрягаться? — Юнь Яо присела рядом с Ци Ся и открыла ему бутылку. — Мы и так находимся в месте, где смерть неизбежна. Чего тут ещё остерегаться?

Ци Ся чувствовал, что в словах Юнь Яо есть смысл, но за столько лет он уже привык.

— Всё же воздержусь, я поем арахис.

Сказав это, он продолжил чистить орехи.

Юнь Яо показалось странным поведение Ци Ся: гора шелухи перед ним уже напоминала холм. Насколько же сильно этот человек любит арахис?

— Пф, не хочешь – не надо. — Юнь Яо надула губы, повернулась и увидела Линь Цинь. — Сестренка, а ты чем занимаешься?

— Я психолог-консультант, — с улыбкой ответила Линь Цинь.

— Ого… — радостно чокнулась с ней бутылкой Юнь Яо. — У нашей группы раньше тоже был профессиональный психолог-консультант.

— Группы? — Запнулась Линь Цинь. — А ты кто?

— Мы – идол-группа девушек, называемся «Цисымяо». — Она улыбнулась и спросила:

— Мы дебютировали ещё в 2027 году, сестренка, ты слышала о нашей группе? Ты из какого года?

Услышав это, Линь Цинь слегка смутилась:

— Н-нет, не слышала… Моё время немного позже…

Ци Ся беспомощно покачал головой, чувствуя неловкость за Юнь Яо.

Линь Цинь из 2068 года. Когда она начала бы интересоваться звездами, Юнь Яо уже, наверное, вышла бы на пенсию.

Но Юнь Яо, казалось, это не заботило. Она втянула Линь Цинь в бесконечный разговор обо всём: от бытовых мелочей до философии. К счастью, Линь Цинь была начитанна и могла поддержать любую тему.

Вскоре один из членов «Райских врат» принес Юнь Яо несколько батареек.

Увидев их, она радостно убежала к старому радиоприемнику, вставила батарейки, нажала кнопку воспроизведения, а затем повернулась к собравшимся:

— Друзья, друзья!! На сегодняшней «приветственной встрече» мы приняли нескольких новых товарищей, которых раньше не видели. Они мне очень понравились, поэтому у меня отличное настроение, и я хочу спеть для вас песню.

Услышав это, толпа разразилась бурными аплодисментами.

Цяо Цзяцзинь, Хань Имо, Чжун Чжэнь, Ли Сянлин и доктор Чжао поспешили вперед и заняли лучшие места.

Из приемника полилась старая мелодия, и Юнь Яо очень раскованно запела.

У неё была милая внешность и отличное поведение на сцене; она походила не столько на участницу идол-группы, сколько на профессиональную певицу.

Песня, звучавшая из радиоприемника, была всем хорошо знакома, многие подхватили её.

Выступление Юнь Яо постепенно превратилось в общий хор.

Громче всех пел Цяо Цзяцзинь.

«Рядом с тобой дорога хоть и далека, но я не устал».

«Иду с тобой, отрезок за отрезком».

«Преодолев вершину, видишь другую».

«Цель отодвигается, пусть идеал всегда будет впереди».

Это была «Прогулка по жизненному пути», выпущенная Терезой Тенг в 1984 году. Неизвестно почему, но здесь она казалась очень уместной.

Глядя на поющих вдалеке людей, Ци Ся тоже заразился их настроением, словно на мгновение забыв, где находится.

Казалось, только он и Линь Цинь не знали этой песни. Сидя в углу, они выглядели изолированными от этого мира.

— Ци Ся, — позвала Линь Цинь. — Я хочу тебе кое-что сказать.

Рука Ци Ся, чистившая арахис, замерла, но затем он как ни в чем не бывало спросил:

— Что именно?

— Я – «последователь Крайнего Пути», блуждающая по Земле Конца. Моя цель – зачистить все «Райские врата».

Линь Цинь весело улыбнулась и, глядя на толпу вдалеке, сделала глоток пива.

«Желаю смехом скрыть ту сторону боли».

«Будь то горе или радость».

«Каждый день находить новые открытия».

Вдалеке люди продолжали громко петь, излучая атмосферу счастья.

http://tl.rulate.ru/book/110643/9615419