Готовый перевод The end of ten days / Конец десяти дней: Глава 131: Дуэль

]

А-Му поспешно напрягся, пытаясь сбросить руку мужчины, но обнаружил, что его запястье захвачено на редкость хитро: малейшее движение вызывало боль.

Он сглотнул и, подняв голову, с некоторой опаской спросил:

— Ч-что ты хочешь сказать?

— Послушай, если деретесь – деритесь нормально, не хватайтесь за ножи.

— Эта баба первая начала! — Злобно прошипел А-Му. — Мы по-хорошему подошли спросить, а она сразу руки распускает! Как тут не проучить?!

В этот момент Цзиньмао и Лысый тоже заметили, что выражение лица А-Му стало неестественным, и, решительно бросив окружение, шаг за шагом двинулись к Цяо Цзяцзиню.

— Говоришь, та красотка тебя побила? — Цяо Цзяцзинь кивнул. — Вот уж диковина, почему она меня не побила?

— Ты… ты, мать твою, нарываешься… — процедил сквозь зубы А-Му. — Если хочешь драки, мы тебя не боимся!

Взгляды Лысого и Цзиньмао похолодели, и они, выставив ножи, сделали еще шаг вперед.

— Вот и отлично, а то я все думал, какой бы повод найти.

Цяо Цзяцзинь левой рукой схватил А-Му за воротник, а правой сжал его запястье и резко надавил. А-Му взвизгнул и выронил нож.

Лысый рванул вперед, занося нож для удара, но Цяо Цзяцзинь, приложив силу, поднял А-Му в воздух и, описав им идеальную дугу, с силой швырнул в Лысого.

Лысый понял, что поймать А-Му не сможет, и вынужден был уклониться. А-Му рухнул на землю.

Он приземлился плашмя на спину, вышибив из себя дух.

Увернувшись, Лысый поспешил в атаку, нанося горизонтальный режущий удар ножом.

Большинство людей при такой атаке отшатнулись бы назад. Хоть это и позволяет избежать смертельного удара, но открывает огромную брешь в обороне.

Но Цяо Цзяцзинь не стал уклоняться. В момент удара Лысого он тоже сделал шаг вперед, практически нырнув в объятия врага.

В следующую секунду он левым локтем врезал по правому предплечью противника, на миг блокируя атаку, а затем правым локтем нанес удар в подбородок. В таком сверхближнем бою локти куда эффективнее кулаков.

Верзила получил крепкий удар локтем и уже начал заваливаться назад, но Цяо Цзяцзинь схватил его за воротник и притянул падающего Лысого обратно.

— Я убь…!

Верзила пришел в себя и хотел было заорать, но Цяо Цзяцзинь мгновенно раскрыл кулак в ладонь и снизу вверх впечатал ее в челюсть Лысого.

Разинутый рот Лысого захлопнулся принудительно, верхние и нижние зубы столкнулись с жутким клацаньем.

На этот раз он затих окончательно и, запрокинув голову, рухнул навзничь.

Цяо Цзяцзинь не расслаблялся: он ушел в сторону, уклоняясь от ножа, нацеленного в спину.

Затем он зажал руку нападавшего под мышкой, правой рукой снизу, левой сверху, и взял конечность в жесткий замок.

Цзиньмао в этот момент вдруг что-то понял и завопил:

— Не…!

Но он опоздал. Не успел он договорить, как Цяо Цзяцзинь слегка нажал, и рука противника вылетела из сустава.

Раздался пронзительный крик, и нож Цзиньмао выпал из руки.

Цяо Цзяцзинь развернулся, так же схватил Цзиньмао за воротник, подсек его ноги и снова уложил противника на землю.

Трое, еще недавно такие дерзкие, менее чем за тридцать секунд оказались на земле, издавая болезненные стоны.

— Вау! Ты правда крутой! — Радостно подбежала Юнь Яо и схватила Цяо Цзяцзиня за руку. — Ты мастер боевых искусств?

Цяо Цзяцзинь смущенно потер нос и оглянулся на Ци Ся:

— Ну как, лжец? Я же не обманул, я действительно кое-что умею.

— Да, я давно знал, — кивнул Ци Ся. — Но это отличается от того, что я помню. Почему ты постоянно хватаешь их за воротник? Что это за стиль такой?

— Ха… — на лице Цяо Цзяцзиня промелькнула неловкая улыбка. — Да какой там стиль. Просто пока я делал свои дела, случайно на руки попало…

Юнь Яо замерла и поспешно отпустила руку Цяо Цзяцзиня.

…

Зеленоголовый, Лысый и Цзиньмао стояли перед Ци Ся и остальными, низко кланяясь. На лицах двоих, кроме Лысого, застыли подобострастные улыбки.

— Эх… на самом деле это недоразумение… — с улыбкой лепетал А-Му. — Мы подняли руку на брата Цзиня, вот уж воистину не признали гору Тайшань…

«Шлеп»!

Цяо Цзяцзинь отвесил ему пощечину:

— Извиняйся нормально.

— Да-да-да! — Получив оплеуху, А-Му заулыбался еще шире. — Братья и сестры, мы правда виноваты, знали бы, что брат Цзинь такой мастер, ни за что бы не стали искать проблем…

«Шлеп»!

Еще одна пощечина.

— Что? То есть, не будь я мастером, ты бы мог искать проблем?

— Нет-нет-нет… — замахал руками А-Му. — Мы больше ни к кому не прицепимся, с этого момента исправляемся, больше никаких неприятностей!

«Шлеп»!

— А? — А-Му опешил от удара. — Нет… брат Цзинь, ну сейчас-то я нормально сказал.

— Да, ты нормально. А твои шестерки? Почему они молчат? — Спросил Цяо Цзяцзинь.

А-Му схватился за лицо, изображая обиду:

— Они молчат, а бьешь-то ты меня…

«Шлеп»!

После серии пощечин обе щеки А-Му распухли.

— Виноват, виноват! — А-Му поспешно развернулся и влепил затрещину Лысому. — Вы двое тоже извиняйтесь!

— Не буду я извиняться! — Рявкнул Лысый. — То, что я упал – просто случайность. А-Му, почему мы должны его бояться? Это на тебя не похоже!

— Ты, пацан…! — А-Му в отчаянии заскрежетал зубами. Он понимал, что навыки, которые только что показал Цяо Цзяцзинь, весьма серьезны. Но тот факт, что он, даже не изменившись в лице, играючи расправился с тремя вооруженными врагами, говорил о том, что его истинная сила куда больше.

Цяо Цзяцзинь глянул на Лысого и спросил:

— И чего ты хочешь?

— Раз на раз!

— Раз на раз…? Хорошо, — кивнул Цяо Цзяцзинь, вышел на свободное место и размял шею.

Затем он указал на Лысого:

— Ты. Выходи.

Лысый, стиснув зубы, смотрел на Цяо Цзяцзиня:

— Думаешь, тебе каждый раз будет так везти?!

— Выходи, — не отвечая, Цяо Цзяцзинь лишь поманил его рукой.

Лысый, вскипев, сорвал с себя майку и швырнул на землю, обнажая белоснежные, мощные мускулы.

Видно было, что в спортзале над этим телом потрудились на славу.

Цяо Цзяцзинь слегка улыбнулся и тоже снял верхнюю одежду.

Увидев это, Лысый судорожно сглотнул, чувствуя, что противник находится на совершенно ином уровне.

Хотя мускулатура Цяо Цзяцзиня уступала в объеме, его живые татуировки на фоне множества жутких шрамов делали его образ ослепительно пугающим.

Слева через плечо переваливался Дракон, справа спускался Тигр, а на всю спину был набит гигантский карп-дракон, мечущийся в бушующих волнах.

Прямо перед карпом размашистой скорописью сверху вниз шла строка…

«Мир изначально широк, лишь подлец сам себя стесняет»!

— Лысый, раз уж решили раз на раз, то до первой крови тут не обойдется.

http://tl.rulate.ru/book/110643/9615394