Готовый перевод Supreme Beauty, I summon the heroes to establish the Supreme Divine Dynasty / Верховная красавица, я призываю героев, чтобы основать Верховную божественную династию: Глава 60

В тишине дворцового зала царило напряжение. Многие придворные Дахонг сдвинули брови, недовольно нахмурившись. Восьмой принц Дацзин, словно не замечая этого, небрежно отставил бокал с вином, сохраняя спокойствие. Император Хунчэн, на мгновение ошеломленный, тоже молча поставил свой бокал, его лицо омрачилось неудовольствием. По обеим сторонам от него восседали две ослепительно прекрасные женщины: одна, полная достоинства, другая, излучающая роскошь.

Именно роскошная красавица, сидевшая справа, – западная наложница, Чэнь, – решила прервать неловкое молчание.

"Ваше Величество, я слышал, что ты прочел письмо от императора Цзин, которое принёс восьмой принц. Ты также согласен с союзом, о котором говорится в послании? Но хотелось бы узнать, когда ваша страна сможет отправить войска в Дахонг для помощи в борьбе с нашествием свирепых Ся?"

Восьмой принц Лю Сун поднял голову, его взгляд скользнул по Чэнь, и в глубине зрачков мелькнула жадность.

"Не спешите, ваше Величество. Союз, разумеется, возможен, но у нас есть несколько условий, которые необходимо согласовать".

В зале воцарилась тишина. Все понимали, что сейчас прозвучат слова, от которых будет зависеть судьба союза, – удача или провал.

"Просим вас, восьмой принц, озвучьте условия, чтобы мы могли их обдумать," - промолвила Чэнь, её губы тронула очаровательная улыбка.

Лю Сун, ослепленный её красотой, подумал: "Какая прелестная женщина! Жаль, что её трогать нельзя..."

Прочистив горло, он громко объявил:

"У Дацзин три условия для союза:

Первое, – Хуаси, равнина на границе наших стран, принадлежит Дацзин.

Второе, – Дахонг предоставляет нам три малых духовных жилы.

Третье, – Дахонг передаёт в аренду на пятьдесят лет три богатых железных рудника, расположенных в горах Цантоу, Вухуан и Хейянь, и даёт право Дацзин разместить гарнизон для их охраны".

"Если вы согласитесь на эти условия, Дацзин немедленно направит войска для отражения армии Ся, и спасёт вашу страну от гибели."

Как только слова принца стихли, в саду Юйлинь послышался шум. Гневные голоса перебивали друг друга. Кто-то сокрушал чашки, кто-то сыпал ругательствами, кто-то выхватывал сабли, готовый пронзить наглеца.

Император Хунчэн, лицо его потемнело от ярости, злобно смотрел на Лю Суна, мечтая сбросить его с балкона, из которого открывался чудесный вид на сад. Эти три условия были оскорбительны, унизительны. Согласись он на одно из них, его потомки бесконечно презирали бы его. Эти три условия были не условиями, а тремя стальными ножами, готовыми пронзить его сердце.

Чэнь тоже нахмурилась, - "Ваше Высочество, требования Дацзин слишком тяжелы, мы не можем их принять."

Лю Сун холодно усмехнулся.

"Ваше Высочество, я знаю, что условия кажутся жесткими. Но войска Ся уже у ворот Вашего Царства. Разве у Вас есть другой путь, кроме как просить помощи у Дацзин? Разве вы хотите покаяться, когда они войдут в город? Сравните спасённое царство Дахонг с тремя условиями. Надеюсь, Ваше Величество, вы внимательно подумаете над моим предложением."

Эти слова заставили всех замолчать. Жестоко, но правда. Дахонг не может остановить армию Ся. За последние несколько дней Южный и Восточный легионы были уничтожены преступником по имени Ван Цзянь. Белый Тигр, оплот Дахонг, недавно был разбит войсками Ся – войсками пленников, никогда раньше не виданными на поле боя. Белый Тигр, первая элитная армия Дахонг, был уничтожен.

Это поражение сломило дух Дахонга. Страх перед Ся овладел всеми. Если бы не помощь Дацзин, они бы не продержались долго.

Многие придворные молча нахмурились, не зная, как ответить.

Чэнь бегло окинула взглядом зал, заметив мрачное настроение придворных, и легко вздохнула. Сила выше человека. Что делать? Но она снова улыбнулась.

"Не волнуйтесь, Ваше Высочество. Союз – ответственный шаг, нам нужно хорошенько подумать".

Лю Сун улыбнулся, поднял бокал с вином и отпил глоточек.

"Ваше Высочество, не торопитесь, у вас есть время подумать, но не затягивайте. Иначе, когда войска Ся дойдут до Тяньнинга, будет слишком поздно".

Многие разозлились, но не знали, как отреагировать. Только Чэнь продолжала улыбаться:

"Не беспокойтесь, Ваше Высочество, мы подумаем как можно скорее".

После этих слов атмосфера на банкете ощутимо похолодела. Многие придворные томились от скуки. Банкет продолжался еще полчаса, а затем быстро разошелся. Лю Сун и его свита также были проводиты из дворца.

После отъезда назойливого гостя, министры Дахонга взорвались. Все стали убеждать императора не принимать условия Дацзин.

Главный императорский посланник, падая на колени и биясь головой об пол, плакал и сопел:

"Ваше Величество, подумайте еще раз. За сто лет мы семь раз воевали с Дацзин за владение равниной Хуаси. В каждой войне кровь наших воинов красно окрашивала траву. Это земля, за которую наши предки отдали жизнь. Мы не можем отдать её ни за что."

"Дахонг беден, у нас нет средних духовных жил, только восемь малых. Дацзин хочет забрать сразу три из них. Это нереально!"

"И еще размещение войск на трех рудниках. Чем это отличается от вторжения? Три рудника расположены вокруг Тяньнина. Если мы согласимся на это, безопасность столицы будет в руках врага. Это невозможно."

Император Хунчэн нетерпеливо махнул рукой, хотя и понимал, что все эти слова бессмысленны. Ему необходимо было придумать способ заставить Дацзин отправить войска, не принимая их условия. Когда он задал этот вопрос, всё замолчали. Гнев сжал ему сердце.

"Неполезные люди, могут только болтать," - прошептал он в сердцах.

Рядом, Чэнь, подмигнув, тихо сказала:

"Ваше Величество, раз условия неприемлемы, то давайте поступим иначе. Заключение союза с Дацзин? Выдать за принца дочь Дахонг. Так у них будут родственные связи. К тому же, Дацзин не хочет, чтобы Баося стала сильнее и может даже отправить войска"

Хунчэн, освежённый этой мыслью, поймал смысл слов Чэнь. Брак – это лишь фасад. А что, если Хуаси, жилы и рудники станут приданным принцессы? Даже если их и отдать Дацзин, формально они будут считаться личным имуществом принцессы, что развеет подозрения.

Император бросил взгляд на придворных, замечая, как они задумчиво переглядываются, и, увидев, что никто не выражает возражения, вздохнул.

Он обратился к наложнице:

"Твоя идея хороша, моя любимая, но из моих дочерей не замужем тольк Ти’эр, которую с детства мучают болезни. Она не подходит для такого важного дела."

С другой стороны зала одна из прекрасных женщин – та, что сидела молча, как глиняная статуя, – впервые повернула голову.

"Ваше Величество правы. Ти’эр слаба здоровьем, она не подходит для дальней поездки. Я не соглашусь, чтобы она вышла замуж."

http://tl.rulate.ru/book/110488/4156822