Готовый перевод Путь Шиноби: Первые Шаги / Путь Шиноби: Первые Шаги: Глава 114

Впервые за долгое время я не хотел просыпаться. Уютное теплое одеяло, мягкая подушка и не менее мягкая кровать, чистое и приятно пахнущее постельное белье. Все в совокупности погружало меня в состояние сонной неги. Ещё никогда в жизни я не спал в настолько комфортных условиях. Даже футон из родного дома был не настолько комфортным. Складывалось ощущение что я лежу на облаке. И расставаться с этим ощущением я не хотел.

И как же приятно было спать без своего снаряжения, позволяя телу свободно дышать и чувствовать кожей нежность кровати.

Последняя мысль заставила меня резко раскрыть глаза, осознавая что я нахожусь вне своего убежища, без маскировки. В глаза попал лучик света, что пробивался через щель между шторами. Но уже вскоре я полностью укутался в одеяло, пытаясь скрыться от окружающего мира.

Из-за накатившей на меня тревоги, мой организм стал быстро вырабатывать адреналин, сбрасывая с моего разума остатки сна. Начавший работать на полную мощность, мозг пытался вспомнить как я оказался в подобной ситуации, и очень скоро я получил ответ на свой вопрос.

«Уговор» — Вспомнил я, как перед сном Намиказе-сан смог уговорить меня расслабиться и снять снаряжение.

Но даже после того как я вспомнил про это, тревога никуда не делась. Хоть я и верил что Намиказе-сан сдержит свое слово, эта вера была не абсолютной. Даже сейчас, я продолжал беспокоиться о том, увидел ли джонин мою настоящую внешность.

Решив удостовериться насчет Намиказе-сана, я перевернулся на другую сторону и попытался одним глазком, через щель между одеялом и кроватью, посмотреть на его постель. Соседняя кровать была в беспорядке, но блондина на ней не обнаружилось.

«Он проснулся раньше. Видел ли он?» — Все сильнее нарастала тревога внутри меня.

Но перерасти тревоге во что-либо ещё я не дал, задавив малодушие и панические мысли на корню. Пытаться действовать лишь на домыслах, будет крайне глупо. И все же тревожные мысли мельком проскальзывали.

Вернув себе относительную ясность мышления, первым делом решил разобраться со снаряжением. Даже если мои тревоги воплотятся в реальность, о маскировке забывать не стоит. Все же я не хочу всем подряд демонстрировать свою принадлежность к клану Узумаки. Да и Шаринган все ещё лучше прятать за маской.

Прислушавшись к происходящему снаружи, я не уловил каких-либо шагов, или других звуков, по ту сторону двери. Действуя быстро, я схватил валявшуюся на тумбочке водолазку и быстро натянул на себя, после чего так же быстро накинул на плечи плащ и надел капюшон. Зачесав длинные волосы назад, я нацепил на лицо последний элемент маскировки, а именно маску.

Обувался я уже более неспешно, проверяя чтобы бутсы хорошо фиксировали связки стоп. Именно во время этой проверки, за дверью послышались чьи-то шаги. Когда шаги прекратились возле двери в номер, я распрямился и выжидающе уставился на вход.

За открывшейся дверью показался Намиказе-сан. Сначала он пытался действовать тихо и неспеша, но стоило ему заметить меня, как эти попытки прекратились. Он явно не хотел меня будить.

— Доброе утро Акира-кун. — Поприветствовал меня блондин, на что я ответил кивком. — Я вижу что ты готов к новому дню. Хорошо что не во всеоружии. — Попытался он пошутить, но меня на смех не тянуло.

И все же его последнее предложение меня зацепило, заставив проверять подсумки. И если набедренный подсумок я не снимал вместе со штанами, то вот поясного подсумка и аптечки на месте не оказалось.

После недолгих поисков, я обнаружил и подсумок и аптечку за тумбочкой. Видимо они упали ночью, из той кучи что образовалась на тумбочке. Чуть отряхнув их от пыли, закрепил оба на поясе.

Снова обратив внимание на Намиказе-сана, я заметил как тот, не обращая на меня внимание, заправляет постель. Но, видимо, почувствовав на себе мой взгляд, он на мгновение остановился, чтобы посмотреть в мою сторону. А затем, как ни в чем не бывало, вернулся к своему занятию.

— Тебе тоже стоит заправить постель. — Не отрываясь от дела, бросил он обыденную фразу.

Я молчал, пытаясь сформулировать вопрос, который хотел задать Намиказе-сану. Но в голову ничего толкового не лезло.

— Вы выполнили свою часть уговора? — Все же спросил я напрямую, но прозвучало это довольно грубо.

— Я не оборачивался, чтобы случайно не увидеть твою внешность. — Ничуть не обидевшись, ответил блондин. — Думаешь почему я только сейчас начал заправлять постель? Делать это, смотря только в одну сторону, очень неудобно.

За время ответа, я пристально наблюдал за Намиказе-саном активированным Шаринганом. Но никаких признаков вранья я так и не уловил. Это отчасти развеяло мои тревоги, но в то же время порождало новые, предполагавшие то что блондин мог недоговаривать. Но эти мысли я посчитал откровенной паранойей, а потому постарался задавить их окончательно. И что удивительно, у меня получилось без особых проблем. Означало ли это что я достаточно доверяю словам Намиказе-сана? Похоже что так.

Решив что на этом дело закрыто, я принялся заправлять постель. Процесс не сильно отличался от заправки футона, только сворачивать его в конце не нужно было. После того как я закончил с кроватью, ко мне вновь обратился Намиказе-сан.

— Идем. Мы собираемся позавтракать в ближайшей забегаловке. — Позвал он меня с собой, после чего направился на выход из номера.

Не медля, я последовал за ним. Оказавшись в коридоре, Намиказе-сан закрыл за собой дверь номера, а затем повел на выход из гостиницы. Но не дойдя до выхода, в холле, на первом этаже, я заметили трех учеников, идущего рядом, блондина. Двое из которых развалились на одном из диванов.

— У-у-у-у… — Слышались завывания и стоны от сгорбившегося и хватающегося за голову Учихи.

— … — В противовес ему, Хатаке сохранял молчание, но судя по тому как тот откинул голову назад, также схватившись за неё, чувствовал он себя ни чуть не лучше.

— Вижу вы хотя бы смогли встать с постели. — Строгий голос Намиказе-сана, заставил всех трех встрепенуться.

— Хай сенсей. — Ответила Нохара за этих двоих, причем в её голосе до сих пор чувствовалось присутствие вины.

А вот Хатаке и Учиха, которым слова Намиказе-сана и предназначались, нормально ответить не смогли.

— Не надо кричать. — Полушепотом взмолился Учиха, что было дольно непривычно от него слышать.

— Почему так громко? — Также полушепотом, непонятно кого спрашивал Хатаке.

Не смотря на то что эти двое причитали насчет громкости слов Намиказе-сана, сам блондин говорил своим обычным голосом. На самом деле я не мог вспомнить ни одного случая, когда бы джонин намеренно повышал на кого-то голос. Громко отдать приказ или передать информацию в пылу боя он мог, но в спокойной обстановке он никогда ни на кого не кричал.

— Думаю вы уже достаточно помучались, чтобы усвоить урок о вреде алкоголя. — Смилостивился над ними Намиказе-сан и обратился к Нохаре. — Рин, можешь избавить их от похмелья?

— Сейчас все сделаю. — Сказала куноичи, на ходу складывая печати для дзюцу мистической руки.

Хватило всего суммарно пары минут на лечение, после чего лица Учихи и Хатаке разгладились, приняв облегченное и счастливое выражение. Вот только стоило им наткнуться на пристальный взгляд Намиказе-сана, как они подскочили со своих мест и попытались стереть с лица все признаки счастья.

— Надеюсь вы хорошо запомнили наш разговор и мне не придется повторять. — Сказал Намиказе-сан все тем же строгим тоном.

— Хай, сенсей! — В унисон ответили Учиха и Хатаке.

«О каком разговоре он говорил?» — Мысленно спросил я, но в уже в следующую секунду осознал. — «Видимо он имеет в виду выговор, который Намиказе-сан обещал вчера этим двоим.»

— Очень надеюсь. — Высказал джонин, но подобной эмоции в его голосе не присутствовало. — Пошлите. — Развернувшись, он отправился на выход их гостиницы.

Следуя за Намиказе-саном, мы сначала прошли мимо регистрационной стойки, за которой вновь стоял администратор у которого мы бронировали номера прошлым днем. Он с интересом поглядывал на нас, но при этом в его взгляде не было того осуждения, что и у его коллеги из ночной смены. Но даже так, наша группа старалась не обращать на него внимания.

Выйдя из гостиницы, Намиказе-сан повел нас в, видневшуюся по другую сторону улицы, закусочную. Это был простой прилавок, выходивший на улицу, у которого стояло шесть простых барных стульев. Единственное что прикрывало эту стойку от людной улицы, были тканевые занавески.

Когда мы дошли до закусочной и, войдя внутрь, уселись за прилавком, я увидеть повара, крутящегося на компактной кухне и готовящего много различных ингредиентов. Но самым бросающимся в глаза, было множество емкостей с лапшей.

«Лапшичная?» — Мысленно задался я вопросом и, поискав глазами меню, подтвердил свою догадку.

— Добро пожаловать. Что будете заказывать? — Практически не отвлекаясь от готовки, спросил повар.

— Мне один рамен со свининой. — Сказал Намиказе-сан.

— Понял. А вы что будете? — Кивнул повар, после чего все же отвлекся и спросил нас.

— Мне собу, пожалуйста. — Скромно озвучила заказ Нохара.

— Удон. — Лаконично ответил Хатаке.

— Рамен и побольше бульона. — Сказал Учиха, сделав довольно скромный, по своим меркам, заказ.

— Рамен с креветками. — Заказал я, увидев что в меню есть один из моих любимых морепродуктов, который я не ел уже очень давно.

— Через десять минут все будет готово. — Приняв заказы, повар вернулся к готовке, поставив вариться три вида лапши.

Завтрак выдался превосходным. Сочетание рамена с креветками помогло мне вернуть то благодушное настроение, что я подрастерял из-за различных тревог. Я даже не испытывал привычной паранойи, по отношению к окружавшим меня простым людям.

После того как мы покинули лапшичную, Намиказе-сан повел нас к гостинице, в которой остановились Юхи, Сарутоби и Митараши. Как оказалось, помимо выговора, Намиказе-сан так же разузнал обо всех событиях, приведших к вчерашнему происшествию. И конечно же, джонин, как старший по званию, решил устроить разнос и им. Пусть блондин и не являлся их прямым командиром, но их действия привели к проблемам, что отразились на учениках Намиказе-сана. Особенно действия Сарутоби. А значит так просто они не отделаются.

Оказавшись у нужной гостиницы и найдя Сарутоби, Юхи и Митараши, начался настоящий процесс. Все трое, смиренно опустив головы, выслушивали нагоняй от Намиказе-сана, не посмев сказать что-то против. Говорил блондин много о чем: о трех запретах шиноби, о достоинстве шиноби, о вреде алкоголя. Под конец он и вовсе сказал, что если бы в результате их попойки кто-нибудь пострадал, то Намиказе-сан непременно бы сообщил обо всем Хокаге. Особенно сильно побледнел от этой новости Сарутоби.

«У Хокаге ведь тоже фамилия зовут Сарутоби. Видимо из одного клана.» — Сделал я предположение.

После того как эти трое извинились и поклялись что подобного не повториться, Намиказе-сан сменил гнев на милость. И как оказалось пришел он к бывшим одноклассникам своих учеников не только для того чтобы сделать выговор, но и пригласить их на совместный поход в кино. На что эти трое быстро согласились, поняв что наказывать как-либо ещё их не будут.

Когда мы дошли до этого самого кинотеатра, меня очень впечатлил фасад здания. Множество лампочек обрамляли здание красного цвета, без окон и лишь с одной дверью по центру. Так как было дневное время, лампочки были выключены, но в темное время суток здание должно было буквально сиять.

Ещё одной заметной чертой были несколько огромных плакатов, висевших над входом, и на каждом были нарисованы очень реалистичные изображения людей и каких-то событий. Вот только испорчены эти изображения были множеством надписей. Вот обязательно было на них писать «Судьба: Клятва под снегом» или «Твоё имя»? Да ещё и дату какую-то написали.

(П.А. — Мне лень было выдумывать названия для выдуманных фильмов. Поэтому я написал названия первых двух фильмов, что мне пришли на ум. Никакого глубинного смысла это не несет.)

Войдя внутрь, по рецепторам в носу сразу же ударил очень ароматный запах чего-то незнакомого. Обратив внимание на то, что я опознал как прилавок с едой, первым что бросилось в глаза была большая витрина, в которой подпрыгивало что-то белое, похожее на кусочки хлопка. Работник, стоящий за прилавком, зачерпнул эту белую штуку совком, насыпал в ведерко и передал в руки мальчику, рядом с которым стояли его отец и мать. Счастливый ребенок стал закидывать эти штуки себе в рот и жевать.

«Ребенок?» — Поймал я себя на том, как воспринимал этого мальчика. — «Он на вид одного возраста со мной. Но для меня он ребенок?»

Попытавшись разобраться с этим, понял что я не могу воспринимать своего сверстника, как равного себе. Я пережил слишком многое, чтобы наслаждаться детством и беззаботно играть в детские игры как раньше. Как можно спокойно жить, когда вся твоя жизнь это война?

— Что такое? — Спросил у меня Намиказе-сан, увидев как я продолжаю наблюдать за ребенком. — Я кажется понял. — Задумчиво потер он подбородок и пошел к прилавку с едой.

«Он явно понял что-то не то.» — Подумал я, смотря как джонин покупает большое ведро этой белой штуки, после чего расплатился и направился с этим ведром ко мне.

— Держи. — Протянул он мне ведро. — Ты когда-нибудь пробовал попкорн?

— Так вот как эта штука называется. — Запомнил я новое название.

— Значит не пробовал. — Констатировал факт Намиказе-сан. — Наслаждайся. Только напиток к попкорну купить не забудь. — С этими словами он потрепал меня по голове и пошел к кассе с билетами.

Взяв один попкорн, я просунул его под маску и, положив в рот, стал разжевывать.

«Вкусно.» — Подумал я, хватая следующий попкорн.

(П.А. — Акира уже давно закрыл свое сердце в коконе из цинизма и недоверия. Понемногу, Минато и его ученики старались пробиться через этот кокон, оставляя в нем все больше и больше трещин. Так что, одно мощного удара будет достаточно, чтобы наконец пробить этот проклятый кокон. Ждать этого удара осталось недолго.

Поддержите автора на Бусти ( https://boosty.to/ualive ). Там уже есть 20 дополнительных глав.)

http://tl.rulate.ru/book/109894/7433913