Готовый перевод In the beginning / Тайчу: Глава 267. Укрепление Сердца Дао на Пике Желтого Императора

Глава 267. Укрепление Сердца Дао на Пике Желтого Императора

Увидев, что вернулся старейшина Юй, Истинный Владыка Хуанлун нахмурился. «Старейшина Юй вернулся в такой спешке, даже использовал жетон для полета на мече, чтобы явиться ко мне. Неужели в битве со свободными практиками возникли проблемы? Эта шайка — всего лишь неорганизованный сброд, что они могли натворить? Неужели даже старейшина Юй не смог подавить их мятеж?»

С недоумением на лице Истинный Владыка Хуанлун спросил:

— Старейшина Юй, что случилось?

Увидев главу секты, старейшина Юй поспешно поклонился.

— Докладываю главе секты! Ученик нашей секты, Цинь Хаосюань, обнаружил в префектуре массив, способный открывать пространственно-временной проход в призрачный мир Тёмных Источников. И он был создан свободными практиками.

— Цинь Хаосюань? — услышав это имя, Истинный Владыка Хуанлун слегка нахмурился. Как глава секты, он теоретически не должен был слышать имя ученика со слабым семенем в течение многих лет, но это имя он слышал уже не раз.

С личной точки зрения, Хуанлун не очень-то любил Цинь Хаосюаня. Из-за него Сюй Юй перестала давать Пилюли Улучшения Ци Чжан Куану, и отношения между обладателями фиолетовых семян испортились.

Однако, с точки зрения главы секты, Хуанлун не испытывал к нему неприязни, ведь каждый ученик секты Тайчу был для него как родное дитя.

Мысли о Цинь Хаосюане промелькнули в его голове и тут же исчезли, потому что новость о Призрачном Источнике была куда более важной.

Глава секты, обычно сохранявший спокойствие, что бы ни случилось, резко вскочил на ноги.

— Массив, способный открыть проход в призрачный мир Тёмных Источников?

— Да. И это двусторонний проход, такой же, как в Демонической Бездне Призрачного Источника.

Услышав последние слова, даже глава секты, который не изменился бы в лице, даже если бы небеса рухнули, побледнел от ужаса.

— Такой же, как в Демонической Бездне?

Старейшина Юй с трудом сглотнул и с бледным лицом кивнул.

— Да.

Создать массив для одностороннего разлома могли многие обычные ученики секты Тайчу. Но через такие разломы демоны могли только приходить из призрачного мира, к тому же они были очень малы и пропускали лишь низших демонов или даже призрачных созданий без сформировавшихся тел. Через некоторое время такие разломы исчезали сами по себе. Но двусторонний проход — это совсем другое. Он, как и Демоническая Бездна, требовал вмешательства культиваторов для закрытия, иначе он оставался бы навсегда.

— Двусторонний проход в призрачный мир… созданный свободными практиками… — в голове Истинного Владыки Хуанлуна пронеслось множество мыслей. Он мгновенно понял цель этой войны. — Немедленно созвать глав пяти залов и всех членов Совета Старейшин! — произнес он низким голосом.

Истинный Владыка Хуанлун, как никто другой, знал, насколько ужасна Демоническая Бездна Призрачного Источника.

***

Когда-то, когда он был еще простым учеником, хоть и проявлял выдающийся талант, никто не думал, что он станет главой секты. Потому что в те времена в секте был еще более одаренный ученик — его старший брат, Лун Исюань.

Истинный Владыка Хуанлун до сих пор помнил, как старший брат Лун Исюань всегда ходил в белом халате, с мечевидными бровями, красивый и статный. За спиной у него был летающий меч, покрытый древними узорами. Меч был чист, как вода, и в воздухе вокруг него слышался драконий рык.

Он видел, как старший брат тренировался. Когда меч выходил из ножен, его энергия заполняла все вокруг, а свет клинка был подобен Млечному Пути, готовому в любой момент разорвать пространство. Человек и меч были едины, их мощь была несокрушима.

Когда Истинный Владыка Хуанлун застрял на сорок девятом листе Сферы Бессмертного Ростка, старший брат Лун Исюань уже достиг Сферы Бессмертного Древа. Он был не только лучшим среди молодого поколения секты Тайчу, но и непревзойденной фигурой среди учеников других сект. Говорили даже, что он был тем, у кого был реальный шанс достичь бессмертия.

Но это совершенное существо, которому было суждено без всяких возражений унаследовать трон главы секты и, возможно, привести секту к еще большему величию, погиб в Демонической Бездне Призрачного Источника. Вместе с ним погиб и тогдашний глава секты, достигший Сферы Бессмертного Зародыша и Плода Дао, — наставник Истинного Владыки Хуанлуна.

В той же битве навсегда осталась и его партнерша для парной культивации.

В том бою выжил едва ли один из десяти. Среди четверых выживших были Истинный Владыка Хуанлун и старейшина Юй.

После гибели главы секты и Лун Исюаня, трон перешел к Истинному Владыке Хуанлуну.

Просыпаясь в кошмарах посреди ночи, он до сих пор видел своего доброго наставника, заботливого старшего брата Лун Исюаня, свою возлюбленную и многих других братьев по секте, погибших в Демонической Бездне.

Каждый раз при этих воспоминаниях его сердце сжималось от боли, будто его резали ножом.

Раньше Истинный Владыка Хуанлун был живым и веселым, по сравнению с рассудительным Лун Исюанем он казался неразумным юнцом. Но после возвращения из Демонической Бездны, пережив столько смертей и расставаний, он изменился. Его веселость сменилась зрелостью и спокойствием, словно он стал другим человеком.

Конечно, если бы не это, он не смог бы занять пост главы секты. Этот пост нельзя было доверить незрелому ученику, каким бы потенциалом он ни обладал.

Старейшина Юй слегка поклонился.

— Глава секты, может, стоит позвать Цинь Хаосюаня и расспросить его подробнее?

— Пусть войдет, — очнувшись от воспоминаний, сказал Хуанлун.

В этот момент на лице Истинного Владыки Хуанлуна, обычно непроницаемом, смешались ужас и гнев. Если слова старейшины Юя — правда, то эти свободные практики проявили неслыханную дерзость!

Одной Демонической Бездны было достаточно, чтобы весь мир культивации едва справлялся. Если в Королевстве Парящего Дракона появится вторая, то даже секта Тайчу, защищенная великим массивом, может пошатнуться и даже погибнуть.

***

Получив разрешение, даос-проводник, доверенное лицо Истинного Владыки, вышел из зала и пригласил Цинь Хаосюаня, ожидавшего у подножия девяноста девяти ступеней белой яшмы.

Дворец Сокровищ Тайчу, возвышавшийся над лестницей, был величествен и грандиозен, от него исходила аура ортодоксальной даосской секты. Небо над ним было чистым, как зеркало. Стоя перед огромным дворцом, любой почувствовал бы себя ничтожным муравьем.

Даже Цинь Хаосюань, побывавший в ужасающей Долине Абсолютного Яда и переживший сотни смертей в своем Море Сознания, почувствовал благоговейный трепет и желание пасть ниц.

Когда он ступил на первую ступень, врата дворца с грохотом распахнулись, и на него хлынул поток величественной и древней праведной ци, настолько плотный, что ему пришлось отступить на два шага, чтобы устоять на ногах.

Во дворце было тихо, но когда врата открылись, Цинь Хаосюаню послышался звон колоколов и звуки бессмертной музыки. С каждым шагом по лестнице давление на него усиливалось.

Это давление исходило не от Истинного Владыки Хуанлуна, а от тысячелетнего наследия Дао, накопленного дворцом. Цинь Хаосюань был уверен, что если бы он выпустил двух свирепых духов, запечатанных в его руке, — духов, достигших силы двадцати пяти листьев, — их бы мгновенно стерла в порошок эта могучая праведная ци.

Такова была мощь, накопленная тысячелетней сектой.

Поднявшись по девяноста девяти ступеням, Цинь Хаосюань взглянул на уходящий в облака величественный дворец, и его сердце наполнилось безграничным изумлением. «Неужели это создано руками человека? Разве люди способны на такое?»

В его глазах открывшийся дворец был воплощением праведности и внушал непреодолимое уважение. Это было не просто здание, а скорее, архитектурное магическое сокровище. Неудивительно, что Син, едва попав в секту, сказал ему, что Дворец Сокровищ — это ядро великого массива защиты горы и сам по себе является мощнейшим сокровищем. С его демонической силой, подойдя ко дворцу, он был бы просто развеян его праведной ци.

Цинь Хаосюань до сих пор помнил ужас в глазах ничего не боящегося Сина, когда тот говорил это.

Раньше Цинь Хаосюань сомневался: хоть культиваторы и всемогущи, но превратить здание в магическое сокровище? Теперь он больше не сомневался.

Можно было представить, что если бы кто-то с дурными намерениями прорвался через защитный массив, ему достаточно было бы подойти к дверям дворца, и глава секты, управляющий им, мог бы просто высвободить волну давления и убить незваного гостя!

Дворец был величественен, но в глазах Цинь Хаосюаня на мгновение он превратился в разинутую пасть древнего чудовища.

К счастью, его Сердце Дао было крепким, и иллюзия быстро рассеялась, но спина его промокла от холодного пота. Даже когда даос Юньхэ занес над ним меч, он не испытывал такого трепета.

Переступив порог, Цинь Хаосюань скользнул взглядом по фрескам и гигантским колоннам, ощущая древность дворца, его давление и невероятную концентрацию духовной ци. Все это поражало его. Одно лишь давление дворца было сильнее, чем аура Мастера Чиляня, достигшего Сферы Бессмертного Древа.

Но сейчас ему было не до этого. На троне сидел глава секты — величественный, могучий и строгий.

От него исходила радужная аура. В глазах Цинь Хаосюаня глава секты был подобен высокой горе, вызывающей благоговение.

— Ученик Цинь Хаосюань приветствует Истинного Владыку, главу секты, — Цинь Хаосюань почтительно поклонился и пал на колени.

Истинный Владыка Хуанлун взглянул на него, и в его глазах промелькнуло что-то сложное, но лицо осталось бесстрастным. Он выпустил поток духовной энергии, который поднял Цинь Хаосюаня на ноги.

— Расскажи мне все, что видел.

— Слушаюсь! — Цинь Хаосюань без утайки снова подробно пересказал все, что видел и слышал в тайной комнате префекта, описал внешний вид массива и твердо заявил, что это был именно массив, открывающий двусторонний проход в призрачный мир.

Выслушав его рассказ и описание массива, Истинный Владыка Хуанлун нахмурился еще сильнее. Его последние сомнения развеялись. Он был уверен, что это действительно чертеж массива для создания двустороннего прохода. Он не беспокоился о том, что Цинь Хаосюань мог все это выдумать.

Такой массив был чрезвычайно редок, даже он сам никогда его не видел. Если не видеть его своими глазами и не иметь некоторых познаний в искусстве массивов, одном из Шести Искусств Культивации, его было бы трудно даже описать подходящими словами, не говоря уже о том, чтобы сделать это так точно, как Цинь Хаосюань.

http://tl.rulate.ru/book/108930/4322510