Том 1. Глава 117. Вечная разлука
— Наставник, он был моим старшим братом… — покачал головой Цинь Хаосюань, в голосе его слышалась печаль. — Всё остальное я могу принять, но только не это. Мой единственный наставник в Дао — старший брат Пу. Даже если он покинул этот мир, никто не может занять его место.
— Абсурд! — Лицо Сюаньцзи помрачнело, но печаль не отступила перед его строгостью, а лишь примешалась к ней. — Когда человек умирает, гаснет и его светильник, остаётся лишь бесполезная оболочка! Погребальный обряд — лишь для живых! Думаешь, Ханьчжун стал бы беспокоиться о таком? Что касается нового наставника, это тоже было его желанием. Не смей пренебрегать его последней волей, иначе он не обретёт покой в мире ином.
Упоминание о Пу Ханьчжуне заставило Цинь Хаосюаня умолкнуть. В его глазах читалось понимание, но принять это полностью… Было слишком тяжело для юноши, не достигшего и двадцати лет.
Сюаньцзи снова тяжело вздохнул, в его взгляде, обращённом на Цинь Хаосюаня, появилось ещё больше одобрения.
— Ханьчжун не ошибся в тебе, он предвидел твою реакцию.
Он достал из-за пазухи письмо и протянул его Цинь Хаосюаню.
— Это письмо Ханьчжун оставил тебе. Прочти.
Цинь Хаосюань с благоговением принял письмо и дрожащими руками распечатал его. Как он и ожидал, письмо было написано рукой Пу Ханьчжуна.
Судя по цвету чернил, письмо было написано не вчера, а уже довольно давно.
***
«Маленький Сюань, когда ты будешь читать это письмо, меня уже не будет в живых. С тех пор как я вступил на путь совершенствования, я ни разу не возвращался домой. Должно быть, моему внуку сейчас столько же лет, сколько и тебе. Позволь мне, старику, называть тебя Маленьким Сюанем…
Беря в руки перо, я вспоминаю тот день, когда мы встретились. Это было в Ледяной Бездне Девяти Иней, верно? Помню, ты только ступил на путь совершенствования, едва переступив порог мира бессмертных, противостоял ледяному холоду Бездны и победил тех, кто пришёл за тобой.
Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что ты уже тогда был полон решимости. Возможно, во мне никогда не было столько же отваги, сколько в тебе. Я тебе очень завидую.
Мы по-настоящему сблизились за эти три месяца, что ты провёл в Зале Естественной Гармонии. Быть твоим наставником — большая честь для меня. Возможно, Небеса знали, что мой путь подходит к концу, знали, как многого я не успел сделать, и послали тебя ко мне, чтобы я, глядя на тебя, мог спокойно уйти. В тебе я вижу трудолюбие, смирение, чувство собственного достоинства, спокойствие, невозмутимость перед лицом славы и позора — истинное Дао, которого не хватает даже обладателям Цветных Семян. Я счастлив, что встретил такого ученика, как ты.
Маленький Сюань, ты бываешь слишком упрям. Теперь, когда меня не будет рядом, чтобы напоминать тебе о необходимости контролировать свои эмоции, ты должен помнить: «Чрезмерная твёрдость ломается».
Ещё кое-что… Ты слишком усердствуешь в тренировках, часто занимаешься днями и ночами напролёт. Я пытался вразумить тебя, но безуспешно. Путь совершенствования долог, и хотя усердие необходимо, не забывай и о постижении Дао. Хе-хе… Кажется, я слишком много говорю? Старики любят поворчать, а когда знают, что их дни сочтены, становятся ещё более болтливыми. Ты, должно быть, устал от моего ворчания за последние дни?
Прочти это письмо до конца, это моя последняя возможность поговорить с тобой. Больше у меня не будет такой возможности… Эх… Как бы мне хотелось увидеть, как ты растёшь, как прославляешь своё имя в мире совершенствующихся, как достигаешь вершин Дао! Малыш, если ты когда-нибудь станешь бессмертным, приходи ко мне на могилу, посиди, расскажи мне об этом… Расскажи, что ты стал бессмертным…
Ладно! Хватит о грустном. Позволь мне дать тебе ещё пару советов.
Сюй Юй — хорошая девушка, обладательница Фиолетового Семени, добрая и отзывчивая. У тебя есть такой друг, и я рад за тебя. Но помни, Чжан Куан, также обладатель Фиолетового Семени, ненавидит тебя до глубины души. Он обрёл невероятную удачу и открыто поклялся убить тебя. Будь осторожен, помни, что «сбережёшь голову — найдёшь и на неё убор». У совершенствующихся много времени, чтобы отомстить, сто лет — не срок.
Ещё есть Ли Цзин. Этот человек скрытен, хитёр и расчётлив. Он обладает Высочайшим Фиолетовым Семенем, и его отношение к тебе двойственно. С ним нельзя ссориться, но и доверять ему нельзя.
Чжан Ян уступает в мастерстве Чжан Куану и Ли Цзину, но он тоже настроен против тебя и жаждет твоей смерти. Будь осторожен и с ним.
Мир совершенствующихся полон предательства и обмана. Ради положения, репутации и ресурсов люди готовы идти по головам, даже между соучениками случаются распри. Мне не суждено пройти этот путь до конца вместе с тобой. Как бы мне хотелось прожить ещё несколько лет… Увидеть, как ты растёшь, как становишься сильнее…
Ах да, есть ещё кое-что, о чём я должен тебе рассказать, о Зале Естественной Гармонии и обо мне.
Десять лет назад со мной случилась беда, я был тяжело ранен. Я думал, что умру, но мой наставник и братья по Залу, используя редкие целебные травы, вытащили меня с того света.
После нашей встречи ты трижды предлагал мне свой Целебный Порошок. Я помню твою заботу, но чем больше ты заботился обо мне, тем меньше я хотел рассказывать тебе правду. Ты слишком эмоционален, ты бы бросил все силы на поиски лекарства для меня, пренебрегая собственным совершенствованием. Как твой наставник, как твой старший брат, я не мог допустить, чтобы ты тратил время на меня, умирающего старика.
Запомни, малыш! Все люди смертны. Если ты не станешь бессмертным, ты умрёшь! Совершенствование — это борьба с Небесами за право жить. Я не смог прорваться сквозь границы своих возможностей, не смог продлить свою жизнь. Сколько бы лекарств я ни принял, это бы не помогло.
Десять лет назад я чудом выжил, но мои раны не зажили. Я знал, что мне не суждено прорваться, не суждено обмануть смерть. Я жил лишь для того, чтобы влачить жалкое существование, ожидая конца. Но я был обязан жизнью своему наставнику и братьям по Залу Естественной Гармонии. Я должен был жить, должен был сделать всё возможное для Зала, чтобы отплатить им за их доброту!
Маленький Сюань, я умираю, я больше не смогу заботиться о Зале. Наставник стар, и его здоровье оставляет желать лучшего. Моя смерть станет для него тяжёлым ударом. Проводи побольше времени с наставником, поговори с ним, развей его тоску. Будь для него тем сыном, каким я не смог быть.
Срок жизни наставника тоже подходит к концу, боюсь, даже продлевающие жизнь эликсиры не помогут. Когда наступит тот день, когда наставник покинет нас, Зал Естественной Гармонии перейдёт к тебе. Позаботься о наших братьях.
Наш Зал сейчас слаб, другие Залы часто нас притесняют. Пока жив наставник, всё не так плохо, но если его не станет…
Маленький Сюань, я не знаю, сколько мне ещё осталось, но боюсь, что не доживу до конца Церемонии Вступления. Поэтому я попросил наставника выбрать тебе нового наставника, который заменит меня. Если я вдруг умру, ты должен будешь слушаться его и усердно тренироваться, чтобы завершить Церемонию. Хоть меня и не будет рядом, но каждый член Зала Естественной Гармонии — твоя семья, каждый брат заслуживает твоего доверия.
Не будь упрямым, не говори, что у тебя был только один наставник. Мы — Зал Естественной Гармонии, мы — одна семья.
Слушайся, не упрямься.
Кстати! Мы оба — совершенствующиеся, и мы знаем, что после смерти душа рассеивается, оставляя лишь бренную оболочку. Так что, если можно, откажись от погребальной церемонии. Хотя… Ты ведь всё равно устроишь её для меня, верно? Что ж, делай, как знаешь! Похороните меня, а после того, как закончится твоя Церемония Вступления, можешь устроить для меня ещё одну церемонию. Не задерживайся ради меня, не трать время на мёртвого. Слышишь? Делай, как я говорю.
Я ведь уже мёртв. Так что послушай меня хоть раз.
Ах да, Маленький Сюань, не забудь! Когда выйдешь из Водной Обители, наденешь мантию и станешь настоящим учеником секты Тайчу, загляни ко мне на могилу, чтобы я на тебя посмотрел.
Не сердись, что я так много говорю. Усердно тренируйся, старайся поскорее прорваться. Только прорвавшись сквозь границы своих возможностей, ты сможешь жить дольше. Долголетие — основа совершенствования.
Кажется, я сказал всё, что хотел. В заключение скажу ещё пару слов. Когда отправишься в мир смертных, посети мою деревню, если будет время. Я так давно не был дома, не знаю, как там дела, как мои потомки…
Позаботься о наставнике, о Зале Естественной Гармонии, о себе…
Пу Ханьчжун.»
***
Прочитав прощальное письмо Пу Ханьчжуна, Цинь Хаосюань покраснел, слёзы хлынули из его глаз. Лицо его было мрачным, он молчал.
— Это Е Имин, твой новый наставник, которого мы с Ханьчжуном выбрали для тебя, — Сюаньцзи видел состояние Цинь Хаосюаня, его собственное сердце разрывалось от боли утраты любимого ученика, но он старался держаться. Он указал на мужчину средних лет, стоящего у него за спиной. У него было круглое лицо, он был невысокого роста и немного полноват. На вид ему было около сорока. — В ближайшие дни ты будешь учиться у брата Имина.
Цинь Хаосюань заметил, что Сюаньцзи выглядит очень плохо. Лицо его избороздили морщины. Смерть Пу Ханьчжуна сильно ударила и по нему. Вспомнив о том, что писал в своём письме Пу Ханьчжун, о том, что жизнь Сюаньцзи подходит к концу, что он стар и болен, Цинь Хаосюань, хотевший было отказаться, в итоге принял предложение Сюаньцзи.
Е Имин кивнул Цинь Хаосюаню, и тот вежливо поклонился в ответ.
Сюаньцзи увидел, что, хоть Цинь Хаосюань и недоволен, он не стал противиться его решению, должно быть, под влиянием прощального письма Пу Ханьчжуна. Впечатление от Цинь Хаосюаня у него стало ещё лучше. Тело Пу Ханьчжуна всё ещё лежало на кровати. Сюаньцзи печально сказал:
— Смерть это важное событие, и тело не должно долго оставаться непогребённым. Хаосюань, Имин, проводите Ханьчжуна в последний путь.
Несколько учеников Зала Естественной Гармонии, стоявшие за Сюаньцзи, видя, что Цинь Хаосюань не двигается, хотели уже сами перенести тело Пу Ханьчжуна, но Цинь Хаосюань внезапно остановил их.
— Подождите… Братья, я хочу проводить старшего брата Пу в последний путь.
Он подошёл к кровати и бережно опустил на неё исхудавшее тело Пу Ханьчжуна.
— Старший брат, ты устал? Тогда я провожу тебя… Старший брат, отдохни, я провожу тебя… — тихо прошептал он.
Цинь Хаосюань говорил с такой искренностью и теплотой, что все присутствующие не могли сдержать слёз.
Сюаньцзи, приехав, привёз с собой гроб из чёрного дерева нанму. Гроб стоял у порога дома Цинь Хаосюаня.
http://tl.rulate.ru/book/108930/4174975
Сказали спасибо 0 читателей