Готовый перевод One Piece: So What If I Sin, Lie, and Lust? I'm Still a Good Marine / Ван Пис: Самый большой позор в истории Дозора: Глава 149: Имя для этого удара

Верно, Дарен пришел проведать Ямакадзи.

Его решимость в бою на турнире Академии понравилась Дарену.

К тому же, он сам его покалечил, так что визит был вполне уместен.

"Коммодор Дарен!?"

Ямакадзи, увидев Дарена с корзиной фруктов в руках, на миг опешил.

Он неловко улыбнулся, представив Дарена:

"Коммодор Дарен, это мой отец."

"Отец, это коммодор Дарен."

Дарен вежливо улыбнулся суровому мужчине:

"Здравствуйте. Прошу прощения, что побеспокоил."

...

Во дворе росло кленовое дерево, огненно-красные листья кружились на прохладном ветру.

"Почему не остался в госпитале?" - Дарен, поставив корзину, небрежно уселся на крыльце, глядя на забинтованного Ямакадзи.

Штаб Дозора предоставлял всем дозорным бесплатное лечение, а офицерам - еще и лучшие условия, например, отдельные палаты.

Ямакадзи, почесывая затылок, ответил с улыбкой:

"Раны несерьезные, зачем врачам мешать."

Он кивнул в сторону кухни:

"Да и за стариком присмотреть надо, сам видишь, у него с глазами нелады."

Дарен кивнул.

Он окинул взглядом чистый уютный двор. В тени деревьев дремали несколько грязных котят.

Рыжая дворняжка выскочила из дома, виляя хвостом, и принялась лизать руку Ямакадзи.

Дарен понял, откуда у того царапины от когтей.

"Ты любишь животных?"

Ямакадзи погладил пса по голове:

"Да нет, просто жалко их, бродячих. Голодные, бездомные..."

Дарен, помолчав, протянул ему сигару.

"Можно?"

Ямакадзи, замешкавшись, принял подарок.

"Спасибо".

Они уселись на крыльце, закурив.

"Молодой человек, оставайтесь на ужин, еда готова", - вдруг сказал им слепой мужчина, выходя из кухни.

"Редко этот молчун гостей приводит, не отказывайся."

Дарен улыбнулся, не возражая.

"Спасибо".

Еда была простой, домашней, но Дарен ел с удовольствием, впервые ощущая такой уют.

После ужина Ямакадзи принялся за посуду, оставив Дарена наедине с отцом.

"Этот мой балбес, небось, немало хлопот тебе доставил", - слепой старик, нарушив молчание, достал пачку мятых сигарет и протянул одну Дарену.

"Нет, наоборот, - Дарен покачал головой, - Это я доставил капитану Ямакадзи немало хлопот".

Он пристально посмотрел на изможденного мужчину средних лет.

Тому было лет пятьдесят, но лицо его было испещрено морщинами.

Смуглая кожа, мозолистые руки, жуткий шрам, пересекающий лицо от левого глаза до правой щеки.

Будто почувствовав взгляд Дарена, старик, указав на шрам, ухмыльнулся. В его улыбке мелькнули жестокость и свирепость.

"Не переживай, я тому пирату тоже в долгу не остался".

Дарен опешил.

"Молодой человек, судя по голосу, ты человек дела... Это хорошо", - слепой, затянувшись, вдруг сказал с грустью в голосе.

"А мой-то слишком мягкотелый. Дозорный, а все каких-то бродячих котов домой тащит, хоть всех на улицу выгоняй... Как думаешь, сможет он с пиратами сражаться с таким характером?"

Дарен выдохнул дым:

"Не стоит беспокоиться, капитан Ямакадзи - отличный дозорный".

"Он готов сражаться с пиратами, как никто другой."

Помедлив, он добавил с улыбкой:

"А вы, наверное, и не знаете? В Академии Ямакадзи занял пятое место".

Слепой старик умолк.

В этот момент Ямакадзи, закончив с посудой, вернулся.

"Извините, у старика характер... сложный", - смущенно произнес он.

Дарен кивнул:

"Ничего, у вашего отца очень приятный нрав".

Ямакадзи помолчал и вдруг спросил:

"Дарен, в тот раз... ты ведь не в полную силу сражался?"

Он не отрывал глаз от коммодора, жажда ответа.

"Да", - прямо признал Дарен, не видя смысла скрывать.

Ямакадзи с сожалением вздохнул.

"А я думал, освоил новую технику меча и смогу сравняться с вами, монстрами..."

"Ты сможешь", - Дарен, глядя на него серьезно, без лести произнес.

Человек, готовый бросить вызов сильному, всегда заслуживает уважения.

"Тот удар был силен."

"Правда?" - глаза Ямакадзи загорелись.

Подумав, он вдруг, будто что-то вспомнив, возбужденно сказал:

"Знаешь, моя мечта - стать героем, как Гарп, настоящим мужчиной!"

"У геройских приемов всегда крутые названия, а я никак не придумаю... Дарен, можешь помочь мне назвать тот удар?"

Он говорил с таким подростковым пылом и наивностью, что Дарен невольно улыбнулся.

По сути, Ямакадзи сейчас был юнцом, которому не исполнилось и двадцати.

"Как насчет..."

Дарен вспомнил тот свирепый, прекрасный огонь на плацу и, помедлив секунду, улыбнулся:

"Назвать его "Огненная Гора"? Как тебе?"

...

Немного поболтав, Дарен, попрощавшись с Ямакадзи, собрался уходить.

На пороге он заметил, как отец Ямакадзи, выйдя из кухни с кастрюлей дымящегося риса с курицей, ругаясь, раздает еду котятам и собакам.

Дарен усмехнулся, помахав рукой Ямакадзи.

"Дарен!!"

Внезапно его окликнул Ямакадзи.

Дарен обернулся.

Крепкий юноша с перебинтованным телом стоял под огненно-красным кленом, сжав кулак и подставив лицо солнцу.

"Я буду тренироваться, и в один прекрасный день догоню вас, монстров!" - в его глазах пылали решимость, пот и солнечный свет.

"Я сделаю так, чтобы об этом ударе, как и о моем имени, заговорил весь мир!"

Дарен опешил, а затем рассмеялся.

"Хорошо, я жду."

...

Каждая блистательная, героическая жизнь,

каждая зрелая душа,

когда-то были юнцами, что под палящим солнцем, обливаясь потом, безрассудно бросали вызов судьбе.

Именно благодаря этой пылкой юности и искренним мечтам эти бескрайние моря так прекрасны.

...

http://tl.rulate.ru/book/108591/4066916