Гарри провел большую часть ночи, размышляя о профессоре Джексоне и том, что он услышал. После нескольких часов раздумий он пришел к выводу, что профессор Джексон не может быть тем, кто стоит за нападениями. Конечно, миссис О'Лири была ужасной, но в то же время она была невероятно милой и ласковой. Более того, если монстр нападает на маглорождённых, то профессор Джексон сам признал, что окажется одним из первых, кто станет его мишенью. Гарри решил понаблюдать за профессором и выяснить, что ещё странного происходит вокруг него; казалось, что он, скорее всего, не замешан в событиях.
На следующий день Гарри разрешили покинуть Больничное крыло рано утром. Он сразу же отправился на поиски Рона и Гермионы, стремясь поделиться с ними тем, что узнал о Колине и профессоре Джексоне. Их не оказалось ни в Общем зале, ни в библиотеке, но после короткой стычки со старшим братом Рона, Перси, Гарри догадался, что они, скорее всего, находятся в ванной комнате Стонущей Миртл. Это была идея Гермионы — использовать заброшенную ванную как базу для приготовления Оборотного зелья, и именно там они провели последние месяцы, занимаясь его варкой.
Убедившись, что всё чисто, Гарри протиснулся в ванную и услышал голоса Рона и Гермионы, доносившиеся из кабинки в углу. — «Эй, это я», — позвал он. Раздался слабый вздох, что-то грохнулось на пол, и Рон негромко выругался. Дверь в кабинку открылась, и Рон выглянул, держа в руке палочку. Убедившись, что в комнате только Гарри, он распахнул дверь и впустил его внутрь. Закрыв за собой кабинку, Рон заметил, что котёл стоит над унитазом, а в воде горит водонепроницаемый огонь. — «Колин окаменел», — сказал он, удивляясь отсутствию шока на лицах друзей.
— «Мы знаем», — объяснила Гермиона, добавляя в зелье мух-златоглазок. — «Мы подслушали разговор профессора МакГонагалл с профессором Флитвиком сегодня утром. Поэтому мы здесь. Нам нужно начать».
— «Хорошо, но это ещё не всё», — сказал Гарри. — «Послушайте». Без лишних слов он начал рассказывать, что произошло накануне вечером, и всё, что он услышал. Рон и Гермиона внимательно слушали, их глаза расширились от удивления.
— «Чёрт возьми», — взвизгнул Рон. — «Профессор Джексон пойдет за ним?»
— «Но это же так опасно!» — вздохнула Гермиона, выглядя ошеломленной.
— «Опаснее, чем охота за камнем?» — спросил Рон.
— «Или то, что мы делаем сейчас?» — добавил Гарри.
— «Это совсем другое дело», — настаивала Гермиона. — «Мы собираемся пойти к профессору Дамблдору с тем, что узнаем. Профессор Джексон — всего лишь наш преподаватель истории! Он не может охотиться за монстром! Это дело профессионала».
— «Кем, например? Локхартом?» — фыркнул Рон.
— «Ну», — сказала Гермиона, её уши слегка покраснели, — «Ну да!». Гарри и Рон застонали.
— «Вы что, не читали его книг?» — потребовала она. — «Если кто-то в замке способен сразиться с этим монстром, так это он!»
— «Не верь всему, что читаешь, Гермиона», — простонал Рон. — «Скажи нам хоть одну вещь, которой он научил нас за этот год. Давай». Гермиона прикусила губу и вернулась к своей работе.
— «Вообще-то, я тут подумал», — сказал Гарри, пытаясь перевести разговор в нужное русло. — «А нам действительно нужно заниматься всем этим?» — спросил он.
— «Что?» — удивилась Гермиона.
— «Что ты имеешь в виду?» — переспрашивал Рон.
— «Я имею в виду», — пояснил Гарри, — «что сейчас всё не так, как в прошлом году. Профессора активно пытаются остановить эту штуку, чем бы она ни была. Действительно ли нам нужно что-то делать? Разве мы не должны позволить им разобраться с этим?»
— «Но мы собираемся позволить им разобраться!», — подчеркнула Гермиона, выглядя слишком взволнованной. — «Мы собираемся передать всё, что мы найдём, профессору Дамблдору!»
— «Да, я знаю», — согласился Гарри, расстроенный тем, что не может донести свою мысль. — «Но я хочу сказать: действительно ли нам нужно всё это делать?» Он неопределённым жестом указал на котел перед ними. — «Нужно ли нам идти на эти риски? Мы с Роном и так находимся на тонком льду. Раньше я был за это, но теперь, когда профессор Джексон якобы взялся за дело, я просто не знаю, стоит ли рисковать».
— «Конечно, стоит рисковать!» — воскликнула Гермиона, её руки начали слегка дрожать.
— «Я не знаю, Гермиона», — сказал Рон, неловко потирая затылок. — «Гарри может быть прав. В прошлом году мы отправились за камнем только потому, что никто не верил, что он в опасности. В этот раз всё по-другому, и профессор Джексон кажется довольно способным. Может быть, нам действительно стоит оставить всё как есть», — добавил он, смущённо глядя на свою палочку.
— «Мы должны просто позволить учителям разобраться со всем, Гермиона. Нам не нужно ничего делать», — сказал Гарри.
— «Вам двоим легко говорить!» — наконец закричала Гермиона, и огромные слёзы потекли по её лицу. — «Вы в безопасности! Вы не те, за кем охотится монстр, вы не маглорождённые. Вы не Грязнокровки!». В этот момент плотина прорвалась, и Гермиона рухнула на стену кабинки, склонив голову на руки, а по её щекам потекли крупные слёзы. Гарри на мгновение остолбенел и обменялся удивлённым взглядом с Роном, пока его желудок не сжался от чувства вины. Гермиона была права. Конечно, он был напуган, все в замке были напуганы, но в глубине души он не боялся стать мишенью. Было хорошо известно, что оба его родителя были волшебниками. Рон тоже происходил из старой, полностью волшебной семьи. Ни один из них не стал бы мишенью для монстра. Но родители Гермионы были маглами, что Драко Малфой любил повторять как можно чаще. Нападение на Колина должно было подтвердить, что Гермиона, возможно, была не так уж и в безопасности. Угроза маглорождённым была очень реальной. Угроза для Гермионы была весьма реальной. Гарри должен был понять, что Гермиона испытывала гораздо больший стресс, чем он или Рон. Она так стремилась к приготовлению Оборотного зелья именно потому, что чувствовала необходимость что-то делать, что угодно. Ей нужно было действовать активно, иначе она бы потратила всё своё время и силы на беспокойство и страх за свою жизнь. Слова профессора Джексона зазвучали в ушах Гарри: — «Ваши друзья — это ваша поддержка. Они являются вашим главным источником личной силы. Никогда не забывайте об этом». Гермиона была его другом так же, как он был её. Её сила была его силой, а его — её, так же как и Рона. Они нуждались друг в друге, и в этот момент она отчаянно нуждалась в них как никогда прежде.
Гарри почувствовал, как его кулак сжимается от гнева и решимости. Ещё раз переглянувшись с Роном, он сполз по стенке кабинки рядом с Гермионой. Рон перешагнул через унитаз и повторил его движение. Наклонившись, он обнял её, а Гарри крепко сжал её руку в своей.
http://tl.rulate.ru/book/108065/3965198
Сказали спасибо 7 читателей