Готовый перевод Naruto: Once More / Наруто: Еще раз: Глава 49

Курама закрыл глаза. — «Это произошло во время визита Хаширамы и его жены в Деревню, скрытую кружащимися приливами, когда он ещё был Первым Хокаге. В этот судьбоносный день альянс Деревни, скрытой в облаках, Деревни Скрытого Камня и Деревни Скрытого Тумана решил напасть на нашу деревню. Будучи союзниками, Хаширама и Мито, конечно же, поспешили на помощь. С помощью человека, которого называют Богом Шиноби, Деревня, скрытая кружащимися приливами, сумела удержать врагов в патовой ситуации и практически перевернула ход событий...»

— «Ух ты! Старик Хаширама был крут!» — радостно воскликнул Наруто, поднимая кулаки. — «...пока не появился Мадара». Руки Наруто застыли в воздухе. — «Что?»

— «Ты меня слышал», — горько кивнул Курама. — «За атакой стоял Мадара. И в отличие от предыдущих разов, на этот раз он пробудил Риннеган из кусочка ДНК, который вытащил у Хаширамы во время их битвы в Долине. Как будто этого было мало... он также сумел запечатать меня в себе. Да, Хаширама не забрал меня после битвы в Долине, как многие ошибочно полагали». Кровь в жилах Наруто похолодела от этого откровения. — «Правильно», — продолжил Курама. — «С Риннеганом и моей чакрой его сила наконец-то превзошла Хашираму. Он бы в полном объеме уничтожил Деревню, скрытую кружащимися приливами, если бы Хаширама не стал насмехаться над ним, заманивая его к морю за пределами деревни. И они сразились».

— «А потом? Что произошло потом? Неужели старик Хаширама победил?» — взволнованно спросил Наруто, и Курама со вздохом кивнул.

— «Да, он победил. Даже будучи ошеломлённым, Хаширама сумел снова одержать верх над Мадарой. Но эта победа досталась ему слишком дорого. Прямо перед тем, как нанести Мадаре смертельный удар, он заколебался. Я не знаю, о чём он думал, но его рука просто остановилась перед тем, как его последнее дзютсу достигло Мадары. И именно этого ждал презренный Учиха. Он воспользовался моментом, который Хаширама упустил, чтобы пронзить его и попытаться вырвать его душу с помощью Пути Человека. Но невероятная сила воли Хаширамы, а может, Сайкен внутри него, каким-то образом удерживала его душу достаточно долго, чтобы он смог выполнить дзютсу, которое оторвало меня от тела Мадары».

Если до этого шок и трепет Наруто были велики, то сейчас они были ничтожны по сравнению с его состоянием. Выражение его лица представляло собой смесь ужаса, изумления и любопытства. — «Тогда...»

— «Он умер», — отрывисто произнёс Курама. — «То финальное дзютсу забрало всё, что осталось в теле Хаширамы, а его душа была вырвана. Но это не сделало Мадару победителем. Ты уже знаешь, что происходит, если Хвостатый Зверь отрывается от джинчурики. Мадара, благодаря своему Риннегану и ДНК Хаширамы, не умер, но его тело было настолько испорчено, что он даже не мог использовать простейшее дзютсу, чтобы вытащить себя оттуда. Даже Риннеган не смог восстановить его тело после этого. Если бы не то, что я... ну... пришёл в ярость после этого, и кто-то его спас, он бы погиб от рук Мито и клана Узумаки. Я очень сожалею, — добавила она с ноткой смущения и сожаления в голосе. — «Вот как Мито-баачан стал твоим джинчурики...» — пробормотал Наруто, и Курама кивнул. — «Да. После этого лидеры пяти Великих деревень шиноби и клана Узумаки провели собрание. Мизукаге, Райкаге и Цучикаге не хотели признавать свою вину. Им было слишком стыдно признать, что не один, а три каге Великих деревень были обмануты и управляемы одним человеком так легко и непринужденно. После трёх дней споров они наконец пришли к соглашению, что это событие не будет записано в историю, и никто больше не станет о нём говорить. Поэтому об этом знали лишь немногие, и большинство из них уже были мертвы».

— «Понятно... Но какое отношение это имеет к Сайкен-тян?» — растерянно спросил Наруто.

— «Потому что Сайкен считала, что это она виновата в смерти Хаширамы». Наруто подпрыгнул. Другие звери шли позади него, не зная, как долго уже следовали за ним.

— «После того как она ожила, она больше не была похожа на ту Сайкен, которую мы знали. Она стала застенчивой, замкнутой и холодной по отношению почти ко всем. Когда она была с Утакатой, казалось, она немного раскрылась... но теперь, после его смерти... Не знаю...» — грустно сказал Мататаби.

— «Как она это узнала?» — спросил Наруто, ужаснувшись.

— «Ну, она же была с Хаширамой-саном, когда они сражались с Мадарой, верно?» — Чоумей пожал плечами. — «Ну, вроде того».

— «Думаю, она чувствует, что если бы только она идеально сработалась со стариком, Мадара не смог бы его убить».

— «Да», — согласился Кокуо. — «Я думаю, именно поэтому она не может использовать свою силу так, как прежде. У неё сейчас с этим проблемы. Раньше, когда бы мы ни отправились буйствовать, она всегда была рядом, чтобы остановить нас. После смерти Хаширамы...»

— «Правда? Я думал, она и сейчас потрясающая. Разве раньше она не использовала свой Деревянный стиль, чтобы сдерживать Кураму и Чоумей?»

Курама закатил глаза. — «Раньше она вместе с Хаширамой создавала целый лес вокруг Конохи. Теперь же она может создавать только простые лианы. Ты называешь это «не иметь проблем», Наруто?»

— «Именно так», — добавил Мататаби. — «И это только когда она в хорошем настроении. Когда у неё плохое настроение, она вообще не может использовать свою силу. Она просто не проявляется, как бы она ни старалась. Бедная девочка...»

Мозг Наруто онемел и замер. Если то, что сказали звери, было правдой, то он действительно всё испортил. — «Нет, нет, подожди», — Наруто вдруг замахал рукой, бешено тряся головой. — «Это не имеет смысла! Если это так, то почему Сайкен-тян должна беспокоиться об этом? Это же не её вина, верно? Она ничего не могла с этим поделать!»

Хвостатые звери неловко переглянулись.

— «Наруто, именно поэтому она и винила себя», — покачал головой Гюуки. — «Это чувство вины выжившего, понимаешь? Думаю, ты, как никто другой, понимаешь это лучше всех. Помнишь, как Неджи погиб, чтобы защитить тебя? Помнишь, как Хината и Сакура были ранены, когда пытались спасти тебя? Ты был там, наблюдая за их смертью и не мог ничем помочь. Ты хоть раз чувствовал безнадежность и сожаление о том, что остался жив, а все остальные близкие тебе люди погибли на твоих глазах? А ещё хуже, когда они умирают из-за тебя?»

Когда Наруто тупо кивнул, Гюуки продолжил: — «Ну, Сайкен такая же. Хвостатый зверь или нет, она всё ещё девушка. И ты не можешь ожидать, что девочка воспримет это так же легко, как мальчик. Если подумать, то то, что она Хвостатый зверь, только усугубляет ситуацию. У Хвостатых зверей обычно нет друзей».

Почти все воспринимают нас как монстров или оружие; даже другие животные боятся нас. Очень редко мы встречаем тех, кто заботится о нас или воспринимает как равных. А у Сайкен двоих таких убили прямо на глазах. Как ты думаешь, это не оставит шрамы в ее сознании?»

Наруто не находил слов в ответ. То, что сказал Гюуки, было правдой: когда Орочимару убил старика, тот даже не был рядом, чтобы помочь. Он не знал о том, что фигура его деда погибла, пока не одолел Гаару и не вернулся в деревню. После этого, несмотря на то что он не выражал свою печаль открыто, он не мог спать больше месяца. А ведь тогда он был ещё ребёнком. А после того как его драгоценный народ пал от рук Мадары в последней решающей битве, разве не правда, что он лишился всякой воли к борьбе и позволил безумному Учихе захватить себя в плен?

Внезапно Наруто вскочил с места.

— Что ты делаешь, Наруто? — спросил Исобу.

Наруто ответил ему с серьезным выражением лица:

— Я собираюсь найти её. Я облажался; мне придётся всё исправить.

http://tl.rulate.ru/book/107902/3969879