Готовый перевод Naruto, uncle, I am going to be Hokage! / Наруто, дядя, я стану Хокаге!: Глава 47: «Напуганный Обито»

Громовые раскаты постепенно стихли, и разбушевавшееся фиолетовое море молний начало успокаиваться.

Словно разъяренный зверь, что унимает свой гнев.

Через мгновение на этом разгромленном поле боя остались лишь четыре гигантских металлических столба.

На их верхушках всё ещё потрескивали электрические разряды.

Пятиминутная атака током в миллион вольт оставила на земле воронку глубиной в несколько метров: кремний в песке и щебне расплавился от жара, и лес превратился в огромную котловину, откуда поднимался тонкий белый дымок.

Воздух пропитался едким запахом озона от электролиза.

Но никто не обращал внимания на эту мелочь – все взгляды приковались к разгромленному полю боя.

Перед этой дымящейся гигантской котловиной каждый чувствовал себя крошечной песчинкой.

Такая мощь – и впрямь по плечу человеку?

И Намиказе Мирай сам остановил атаку.

А если бы не остановил – сколько бы она длилась?

Какой ужасный урон нанесла бы?

Зрачки Хирузена Сарутоби слегка дрожали.

Взгляд замер на четырёх дымящихся металлических столбах.

Так вот в чём ключ к той технике?

А если бы такие столбы стояли в землях клана Сарутоби…

Он не смел и думать об этом – и не имел права.

Намиказе Мирай, парящий в воздухе, окинул поле боя взглядом, поискал кого—то и опустился на землю.

Фугаку Учиха и остальные, давно поджидавшие, тут же окружили его.

— Мирай, с кем ты сражался? — спросил Фугаку напряжённо.

Чтобы заставить Намиказе Мирая пустить в ход такую страшную атаку, противник явно не из простых!

— Это был тот самый кукловод той ночи, — спокойно ответил Намиказе Мирай.

Как и следовало ожидать!

Зрачки Фугаку Учиха сузились.

Только кукловод Ночи Девятихвостого достоин, чтобы Намиказе Мирай выложился в полную силу…

Услышав его слова, члены клана Учиха вокруг зашумели от изумления.

— Той ночи? Ночь Девятихвостого?

— Мирай—сан дрался с таким врагом? Ужас! Ведь даже Четвертый не смог его одолеть.

Эти голоса долетели и до Хирузена Сарутоби – его лицо мгновенно изменилось.

Кукловод той ночи??

С таким врагом сражался Намиказе Мирай!

— Мирай, кто был этот противник на самом деле? — спросил Хирузен Сарутоби, чувствуя лёгкую неуверенность.

В деревне поговаривали, что Ночь Девятихвостого – это сбежавший экспериментальный образец Данзо, мстящий Конохе. Слухи эти имели под собой основания, и он не мог ручаться за их ложность.

— На нём была маска, лица я не разглядел, — покачал головой Намиказе Мирай.

Противник носил маску—спираль, да ещё и с способностью к виртуализации – до последней секунды боя Мирай так и не нашёл шанса её разбить.

Хирузен Сарутоби облегчённо выдохнул.

Значит, связать это с Данзо не удастся?

Но следующие слова Намиказе Мирая снова заставили его лицо застыть.

— Хотя точно можно сказать: враг не из клана Учиха. И по какой—то причине он крайне ненавидит Коноху.

Намиказе Мирай отлично знал, как после Ночи Девятихвостого клан Учиха пал жертвой подозрений, и переезд их земель тоже был из—за этого.

Раз такая возможность подвернулась, он, конечно, должен был снять с Учиха все подозрения.

— Я же говорил, что Ночь Девятихвостого никак не связана с нами!

— Да! Нет никаких оснований подозревать нас, деревня просто параноит!

— А вот те слухи про Данзо – те—то как раз правдоподобны.

Клан Учиха, эти «красноглазые», чуть с ума не сошли от возбуждения: всю дорогу они ходили под дамокловым мечом «вредителей деревни», на улицах Конохи их встречали сплошь косыми взглядами и отвращением.

Теперь—то наконец можно смыть это пятно – как тут не взбеситься от радости.

Учиха ликовали, а вот Хирузен Сарутоби и его темпартамен сзади стали мрачнее тучи.

Многие из этих темпартаменцев сами по приказу Хирузена Сарутоби следили за землями клана Учиха.

Причина? Подозрение, что Учиха как—то связаны с бунтом Девятихвостого.

А теперь Намиказе Мирай заявляет: кукловод – кто—то другой.

Куда им теперь девать лицо?

— Кхм—кхм! Обсудим это позже. Кстати, Мирай, ты убил того кукловода?

Кашлянув пару раз, Хирузен Сарутоби поспешил сменить тему.

Но, к его удивлению, Намиказе Мирай не ответил прямо.

Перед глазами Мирая всплыла картина: тело Обито разлетается на куски. Под высоковольтным током в миллион вольт его плоть испарилась менее чем за секунду.

По идее, мертвее не бывает.

Но Намиказе Мирай чувствовал что—то странное.

Биомагнитное поле Обито погасло раньше, чем он ожидал.

Разница во времени была крошечной, почти неуловимой.

Словно разорванное тело не газифицировалось под током, а просто растворилось в воздухе.

Он серьёзно посмотрел на Фугаку Учиху.

— Фугаку, в клане Учиха есть техника воскрешения?

Воскрешение?

Лицо Фугаку застыло.

Помолчав немного, он ответил.

— Есть такая, но условия её применения крайне суровы.

Он краем глаза глянул в сторону Хирузена Сарутоби.

Если Третий Хокаге узнает о такой секретной технике, подозрения к Учиха только усилятся.

— Какая именно?

Фугаку задумался, но всё же пояснил:

— Изанаги. Запретная техника, доступная лишь Шарингану с тремя томоэ. Абсолютный запрет: она исправляет любую реальность, вредную для пользователя, превращая её в выгодную для него.

Он сделал паузу.

— Проще говоря – воскрешает из мёртвых.

Вокруг мгновенно повисла тишина.

Белки глаз Хирузена Сарутоби прорезали алые кровавые нити, на груди словно камень давил – дышать было нечем.

У клана Учиха есть такая страшная запретная техника??

С такой—то они практически непобедимы?

В его сердце страх перед Учиха взлетел до небес.

Заметив перемену в Хирузене Сарутоби, Фугаку тут же добавил:

— Из—за множества убийств в эпоху Воющих Стран она была запрещена, и в клане прервалась передача. Я и сам вспомнил о ней только после твоего вопроса, Мирай.

Выражение лица Хирузена Сарутоби немного смягчилось.

Судя по ошарашенным лицам учиха за спиной Фугаку, он не врал.

Намиказе Мирай не прислушивался к их разговору – он прищурился.

Неужто Обито применил эту технику, и тело исчезло так странно?

Он повернулся и обвёл взглядом поле боя, выставив восприятие биомагнитного поля на максимум.

Ничего подозрительного.

Видимо, перед активацией техники противник уже продумал план на случай воскрешения.

Скорее всего, время и место возрождения изменятся.

— Хе—хе—хе, забавно.

Его губы изогнулись в усмешке.

В ярко—голубых глазах вспыхнул дикий восторг вперемешку с трепетом – словно он нашёл редкую и волнующую добычу.

— Вот теперь интересно!

— Беги! Беги! Пока я снова тебя не поймаю и не сорву твою маску собственными руками – под твоим взглядом, полным ужаса и дрожи!

…

Пространство—время.

В этом тёмном мире без единого лучика света тянулись бесконечные каменные плиты, похожие на надгробья.

Обито лежал на ледяной плите, тяжело дыша, весь пропитанный потом – вид у него был крайне жалкий.

В левом глазу три томоэ Шарингана постепенно побелели, навсегда потеряв блеск.

Оставшийся правый глаз полнился ужасом.

— Чуть не убил! Чуть не угробил меня!

— Намиказе Мирай… какой страшный враг…

(Глава окончена)

http://tl.rulate.ru/book/107479/9451884