Готовый перевод Asura God / Бог Асура: Глава 203: Преемница Королевы

Том 1

Глава 203: Преемница Королевы

Перевод: kedaxx

☆

Когда Цинь Мин вернулся в особняк городского правителя, его семья уже знала о его пробуждении. Все с нетерпением ожидали его возвращения, готовя запоздалый праздничный пир в честь этого события.

Цинь Мин не отверг их радушие. Он вошёл в особняк, сопровождаемый смехом и разговорами, но украдкой отведя Юэ Цин в сторону, когда никто не смотрел, спросил:

— Яо'эр что-нибудь тебе сказала?

— Нет, а что? — Юэ Цин слегка приподняла брови, удивлённая его скрытностью.

— Тогда хорошо, — Цинь Мин почесал затылок и неловко улыбнулся.

— И что она на этот раз с тобой вытворила? — с интересом спросила Юэ Цин.

— Что ты о ней думаешь?

— Она замечательная! Чётко знает, кто ей по душе, а кто нет. Не играет на публику, искренняя, умная и сообразительная. С ней легко общаться, — Юэ Цин дала Яо’эр высокую оценку.

— Вы хорошо ладите? — удивился Цинь Мин.

— К чему ты клонишь? — с загадочной улыбкой ответила Юэ Цин.

— О, прекрасная леди, вы так очаровательны! Вы замужем? — вдруг высунула голову маленькая черепашка, пытаясь выкарабкаться наружу.

— А? — Юэ Цин удивлённо уставилась на грудь Цинь Мина. — Черепашка? Да ещё и говорящая?

— Короли подарили. Немного извращённая, — поспешно запихнул её обратно Цинь Мин.

— Интересуешься черепахами? Иногда стоит разнообразить жизнь, позволить себе маленькое удовольствие, добавить немного веселья… и дать шанс продолжению рода! — черепашка снова высунулась, её глаза превратились в сердечки, а взгляд прилип к Юэ Цин. — Какая красота!

Юэ Цин тихо рассмеялась. Этот мелкий озорник был по-своему забавным.

Цинь Мин с усилием вновь втиснул черепаху за пазуху и потуже затянул ворот.

— О чём вы там сладко шепчетесь? — с улыбкой подскочила Цинь Ин, беря их под руки и потянув вперёд. — Пойдёмте, пойдёмте, все уже ждут!

В тот вечер особняк городского правителя наполнился смехом и радостью. Пережив столько лет тягот и унижений, семья наконец-то отомстила, обрела безопасный дом и могла жить без страха. С восемнадцатью статуями Королей в качестве стражей никто в Северном Регионе не осмелился бы здесь возомнить себя властителем. Больше не нужно было засыпать настороже — теперь они могли смело строить прекрасные мечты о будущем. Отныне семья Цинь не обязана была жить по прихотям других; напротив, сами другие должны были смотреть на них снизу вверх.

Пять дней подряд они словно находились во сне — в эйфории и ликовании. И при этом каждый из них хранил в сердце целую гору вопросов, которые хотел задать Цинь Мину.

Цинь Ин танцевала от радости, Ту Вэй пил, не зная меры, а смех старших семьи — Цинь Яна и Ли Линдай — не смолкал до глубокой ночи.

Праздничный пир продолжался до позднего часа. Глядя на счастливые лица своей семьи, Цинь Мин ощущал в душе тёплое удовлетворение. Все страдания, все муки — стоили того!

Теперь, когда восемнадцать статуй Королей стояли на страже рода Цинь, он мог без всяких сомнений ступить на путь воина и отправиться исследовать мир.

Для семьи Цинь это было прекрасное завершение многолетней трагедии. Для Цинь Мина — лишь начало.

На следующий день он целый день провёл рядом с родными и даже вывел Юэ Цин погулять по городу.

Юэ Цин особенно заинтересовали восемнадцать статуй Королей, и больше всего — изваяние Королевы.

Цинь Мин провёл её мимо каждой статуи, кратко рассказывая о воспоминаниях, связанных с каждым из Королей.

Юэ Цин слушала, не перебивая, а потом надолго остановилась перед статуей Королевы, молча вглядываясь в её черты.

На третий день Цинь Мин простился с родными и заперся в «Колизее», чтобы углубиться в постижение боевых искусств и укрепить собственную силу.

Статуи Королей были не его оружием — они стали лишь защитниками семьи.

А его устремления были иными.

Он хотел расти. Хотел странствовать по континенту, проникать в тайные миры, покорять Древнее Море и искать исчезнувшие племена и таинственный Небесный Двор.

Всё только начиналось.

Канон Меча Даян!

Он уже постиг первую форму — «Тяжёлый Меч Горной Реки», вторую — «След Тысячи Осеней», третью — «Глубь Облаков и Девятикратный Туман».

Их мощь захватывала дух.

Теперь, когда его уровень возрос, он решился попробовать постичь четвёртую форму.

Но, когда перед ним открылось её истинное имя, он невольно остолбенел:

«В безграничности жизни и смерти. три птицы соперничали за один меч!»

С его культивацией на третьем уровне Духовной Боевой Сферы очертания формы были едва различимы — приходилось напрягать всю душу и сознание, вглядываясь в каждое слово. Но даже после полудня такой работы на него обрушился столь трагический поток жизненно-смертельной силы, что голова пошла кругом.

Интуиция подсказывала: мощь четвёртой формы на целую ступень выше предыдущих трёх.

Сами слова «В безграничности жизни и смерти» несли в себе удушающую ауру предела бытия — мысль о жизни, мысль о смерти, что внушала страх до дрожи в костях.

Эта четвёртая форма была словно необузданный дикий конь — требовала времени, чтобы постичь её. На этот раз Цинь Мин не спешил; времени у него было предостаточно. Он готовился к основательной и полностью поглощающей закрытой практике, полностью игнорируя всё вокруг и погружаясь в боевые искусства. Чем могущественнее была эта четвёртая форма, тем сильнее разгоралась в нём жгучая жажда «укротить» её.

Помимо этой формы, он должен был укрепить и «Мощь Владыки», которая уже перешагнула на новый уровень, и довести до совершенства первые два раздела Малого Хаоса Истинного Грома — «Небесный Звук Молний» и «Яростный Гром».

Ему также предстояло привыкнуть к чудесам, дарованным золотой кровью, и постичь необычность Вечных Крыльев.

Это был великий этап — всеобъемлющее уединение, основательное закаливание.

Цинь Мин отказался от любых дел и забот, заперевшись в Колизее ради полной сосредоточенности.

Яо'эр, вдохновлённая примером Цинь Мина, тоже приступила к закрытой практике. У неё была Кровавая Пилюля, которую она могла использовать для совершенствования и поглощения, чтобы укрепить свой Кровавый Дух.

Тем временем Ту Вэй и остальные с воодушевлением занимались устройством города: расселяли людей, строили кварталы, готовились принять переселение семей Хуянь и Тие.

Семья Хуянь полностью переехала, перевезя всех своих членов и главное управление Торгового Союза Мириады Сокровищ сюда. Они построили новый особняк и новое здание торгового управления прямо рядом с особняком городским правителем.

Семья Тие оказалась куда проще — их не привлекала роскошь. Они лишь воздвигли новый родовой храм по другую сторону от резиденции городского правителя.

Две великие семьи стояли теперь рядом с особняком Цинь — одна слева, другая справа.

Хотя Древний Город Грома кипел жизнью и был поглощён своими делами, буря в Северном Регионе не утихала — напротив, разгоралось ещё сильнее.

Люди опасались, что Цинь Мин с восемнадцатью статуями Королей сметёт весь Север. Ещё больше тревожило то, что в этот хаос может вмешаться Центральный Регион. Поэтому силы всех масштабов — от мелких кланов до великих семей — начали готовиться к возможной буре. Одновременно они лихорадочно собирали любую информацию о Цинь Мине.

Раньше, когда он впервые прославился на Чайном Празднике Восьми Сект, разговоры о нём были скорее лёгким любопытством, пустыми пересудами за ужином. Теперь всё было иначе.

В его руках оказалась власть над восемнадцатью супербоевыми воинами, и он в одно мгновение стал «владыкой» самой крупной силы Северного Региона. Если взглянуть шире — на все пять великих регионов династии, — Цинь Мин представлял собой силу, с которой приходилось считаться. Его имя звучало уже не только в устах простого люда. Даже патриархи могущественных семейств и главы организаций с благоговейным трепетом взирали в сторону Древнего Города Грома.

Они должны были разобраться, кто он такой, откуда пришёл, каков его характер и куда поведёт его судьба.

Но чем глубже они вели расследования, тем сильнее холодели их сердца. Весь Северный Регион погрузился в скорбь и тревогу.

Семилетним мальчиком его отправили в Секту Лазурного Облака — всего лишь в качестве раба. Восемь долгих лет унижений и эксплуатации. Кто мог быть уверен, что в сердце такого человека не скрывается какой-то изъян?

За все эти годы единственное, что запомнили о нём в секте— неукротимое упрямство, доходящее до глупости. Сколько бы его ни унижали, как бы его ни ломали, он никогда не склонял головы. Внутри него скрывалась внутренняя жёсткость, или говоря точнее — безпощадная жестокость.

И если подобное сочетание — немного искажённая душа и безжалостность в костях — в обычном человеке не значило бы почти ничего, то в руках того, кто способен господствовать над всем Севером, оно превращалось в силу пугающего масштаба.

Немного извращённая психология и капля безжалостности для обычного человека значили бы немного, но у того, кто мог доминировать над ситуацией в Северном Регионе, это имело совершенно иной смысл.

Красиво говоря — он был чрезвычайно опасен. Грубо — он мог быть полным и абсолютным безумцем.

Люди ощущали боль в груди, размышляя о том, какое чудовище создала Секта Лазурного Облака.

Но небольшое утешение заключалось в том, что Цинь Мин с того дня не покидал Древний Город Грома и не вёл своих статуй Королей на какие-либо нападения.

Король Орёл, Боевой Король, Король-Хранитель Гор и Секта Небесного Пути — эти четыре силы оставались предельно тихими: кто-то тайно накапливал мощь, кто-то остерегался вмешательства Цинь Мина и не решался действовать опрометчиво.

Даже Центральный Регион пока не проявил ясной позиции, видимо, тоже размышляя, как поступить с этой внезапно возникшей силой — подавить или контролировать.

Месяц прошёл незаметно. Снаружи волны безпокойства и скрытых интриг лишь усиливались. Кто-то с облегчением вздыхал, а кто-то продолжал испытывать тревогу.

Но внутри Древнего Города Грома царила всё большая гармония. Будучи крупнейшей торговой ассоциацией Северного Региона, семья Хуянь демонстрировала своё мощное финансовое положение: они обезпечивали достаточное финансирование для восстановления обедневшего города и активно предлагали советы и помощь в его реконструкции.

Цинь Мин и Яо'эр пребывали в глубокой закрытой культивации, и никто не смел их тревожить.

Однако в один день, спустя месяц, жители города вдруг заметили странное явление.

Одна из восемнадцати королевских статуй пошевелилась. Её руки были сложены перед грудью, а между ними мерцал туманный свет. Днём и ночью свет едва мигал, словно полная луна, зажатая в ладони.

Среди восемнадцати статуй это была статуя Королевы

В её ладони находилась фигура — Юэ Цин!

http://tl.rulate.ru/book/10713/8000813