Готовый перевод Asura God / Бог Асура: Глава 489: Гегемония Небес

Том 3: Бушующее Древнее Море

Глава 489: Гегемония Небес

Перевод: kedaxx

☆

Небо потемнело, и на Острове Люли зажглись огни. Повсюду кипели жаркие обсуждения. Люди всё ещё не могли прийти в себя после потрясений этого дня — возбуждение, тревога и безпокойство распространялись по огромному острову.

Имя и легенды Дворца Небесного Короля также впервые широко зазвучали на Острове Люли. Многие услышали об этой таинственной и могущественной силе лишь сегодня.

Сотни торговых кораблей рискнули выйти в ночное море. Каждый был переполнен людьми. Одни в страхе бежали, опасаясь, что Дворец Ведьм позже сведёт счёты и уничтожит Остров Люли, и не желали погибнуть случайно, оказавшись между двумя силами. Другие же, наоборот, горели желанием разнести эту новость по всему морю — словно боялись, что миру и без того не хватает хаоса.

Цинь Мин снял небольшой двор в уединённой части острова и временно поселился там.

— Меч Властелина, Сотня Ударов!

Цинь Мин обеими руками сжал рукоять Меча Властелина в форме дракона и тигра. Тяжёлое лезвие он держал по диагонали, направив его к небу. В свете факелов клинок холодно поблёскивал.

Лезвие было толстым и широким, острие — безупречно острым. На поверхности не было ни единой царапины — гладкое, цельное, словно выкованное из единого куска металла. Оно ослепительно сияло, источая глубокую и властную ауру, будто способную рассечь сами небеса и землю.

Цинь Мин задержал дыхание и полностью сосредоточился. Всё его тело вспыхнуло ярко-красными молниями, а воля и духовная сила хлынули в Меч Властелина.

С тех пор как он получил Меч Властелина, ему всё время приходилось спасаться бегством, и у него так и не было возможности как следует его изучить. Держа клинок в руках, он ощущал всепоглощающее властное давление и дикую жажду битвы — хотелось размахивать длинным мечом и безудержно нестись по полям сражений.

Но когда он держал Древний Меч Даян, ощущение было совсем иным — словно духовный танец в небесах: лёгкий, изящный, будто вспугнутый лебедь, но при этом неудержимый, способный сокрушать врагов и наносить смертельные удары.

Эти совершенно разные чувства одинаково захватывали Цинь Мина.

Когда-то он думал, что из всех видов оружия ему по душе только мечи. Но теперь понял — клинки¹ тоже завораживают его не меньше.

— Вжух!

Меч Властелина задрожал, выпуская ярко-красную волну энергии. Пространство содрогнулось, по воздуху пошли безконечные ряби. По двору пронёсся яростный ветер: сухие листья взметнулись в воздух, пыль закрутилась вихрями, а ветви древних деревьев заскрипели и закачались.

Внутри мира Меча Властелина простиралось безконечное белое пространство.

Посреди него гордо стоял величественный мужчина, держа за спиной гигантский клинок. Его фигура была торжественной и внушительной, а от тела исходила глубокая, давящая аура.

Он был подобен исполинской горе, возвышающейся среди рек, или каменному столпу, подпирающему небеса.

Будто во всём мире существовал только он один.

Цинь Мин стоял перед ним, неся за плечами огромный клинок, и медленно склонился в поклоне.

В этот момент мужчина внезапно открыл глаза.

Раздался треск — словно из самой пустоты возник гром, подобный звуку древнего божества, создающего небо и землю.

Безбрежный белый мир яростно содрогнулся, и всё вокруг резко изменилось.

Они стояли на «Смотровой Площадке», возвышаясь над всем вокруг. Взгляд охватывал безкрайние ряды войск, плотной массой уходящие за горизонт. Железная, пропитанная кровью аура заполняла небо и землю, убийственное давление пронизывало само пространство. Лица у всех были суровы и величавы, но в глазах пылал фанатичный огонь.

Цинь Мин окинул взглядом всё поле. Куда ни посмотри — всюду тянулись армии. Его накрыла иная, особая величественная аура. В груди поднялась горячая волна — чувство неудержимого героизма и жажды битвы.

— Дзынь!

Мужчина взмахнул клинком к небу. Ослепительный свет лезвия, словно ураган, рванул вверх, пронзая небеса, разрывая облака и сотрясая мир.

Аура мужчины мгновенно взметнулась до небес. Он стал подобен гиганту, подпирающему небо, или богу войны из мира д*монов — стоял гордо в небесах, взирая на всё живое.

— Р-р-р-а-а-а!

Безкрайняя армия взревела в унисон. Фанатизм и безумие их голосов породили грохочущую звуковую волну, будто готовую разорвать само небо.

Цинь Мин стоял на Смотровой Площадке, ощущая подавляющую убийственную ауру. Его сердце невольно задрожало.

— Строем! В атаку! — взревел мужчина и, подняв клинок, первым ринулся вперёд.

— В бой! В бой! В бой!

Три яростных крика один за другим пронзили облака, каждый громче предыдущего.

Безкрайняя армия развернулась могучими рядами. На поясах звенели клинки, в руках крепко сжимались трезубцы и копья. Их переполнял безграничный героизм. Войска хлынули вперёд волнами, словно разлившаяся бурная река, от топота содрогалась земля.

Это была железная, закалённая кровью армия — неудержимая!

Сознание Цинь Мина полностью погрузилось в мир Меча Властелина. Здесь не было ни наследия, ни боевых техник — лишь та внушающая трепет аура, лишь страсть, разжигающая кровь, лишь несокрушимое владычество силы.

Он был очарован этим.

Он сходил от этого с ума.

Постепенно Цинь Мин растворился в мире Меча Властелина, слившись с этим грандиозным пиршеством войны.

Он стал одним из безчисленных солдат — крошечной фигурой среди миллионов, сражающейся на поле боя, закаляющейся в крови и огне.

Он храбро рубил врагов, шаг за шагом поднимался по службе, стал капитаном, повёл за собой сотню воинов и ринулся в авангард.

Меч Властелина взметался в его руках — удар за ударом, без конца. Он сражался без передышки.

Он оттачивал скорость клинка, постигал намерение клинка и укреплял мощь клинка.

Так называемые «Сотня Ударов Меча Властелина» олицетворяли предельную простоту — великую дао, не имеющую формы. Меч Властелина непрерывно наносил удары одним непрерывающимся потоком — слой за слоем, каждый последующий удар становился сильнее предыдущего.

Десять непрерывных ударов составляли Первое Небо Меча Властелина.

Двадцать непрерывных ударов — Второе Небо.

Чем дальше продвигался практик, тем труднее становилось освоить технику. Совершить сто ударов подряд было почти так же сложно, как взойти на небеса — для этого требовались куда более глубокое понимание и ещё более сложные техники.

Даже предыдущий владелец этого клинка посвятил всю свою жизнь усердным тренировкам «Сотни Ударов». Но, к сожалению, остановился на Девятом Небе и так и не смог продвинуться хотя бы на один удар дальше.

Во дворе Цинь Мин забыл о времени и даже о самом себе. Он без остановки размахивал Мечом Властелина, его сознание постепенно сливалось с телом клинка.

В отличие от большинства мастеров боевых искусств, которые фанатично сосредотачивались на совершенствовании техник, Цинь Мин всегда уделял больше внимания закалке тела и ближнему бою. Именно поэтому освоение Меча Властелина давалось ему относительно легче.

Бурлящая жизненная сила его Золотой Крови позволяла Цинь Мину постоянно поддерживать изобилие энергии, а также выдерживать огромную нагрузку на руки от непрерывных взмахов клинком.

А его поразительно крепкое тело, вместе с почти двадцатью пятью тоннами взрывной силы, делали каждый взмах Меча Властелина ещё более властным и свирепым.

Шесть дней подряд внешний мир кипел, словно котёл. На Остров Люли стекалось всё больше людей. Все расспрашивали о событиях того дня и пытались убедиться, правда ли, что появился Трезубец Опустошающего Бога.

Морской Регион взбудоражило ещё сильнее.

Когда весть достигла Моря Реинкарнации, от самого Дворца Ведьм до всех его подчинённых сил, а затем и до скрытных одиночных мастеров — все были потрясены.

Древний священный артефакт моря, Трезубец Опустошающего Бога, спустя пять лет наконец снова появился… и уже слился с Духовным Артефактом.

Для тех, кто долгие годы отчаянно искал священный артефакт, эта новость стала словно долгожданный дождь после засухи.

Все немедленно начали действовать.

Они стремились заполучить Трезубец Опустошающего Бога раньше, чем эта новость всколыхнёт всё Древнее Море!

Древнее Море было огромным и безграничным, поэтому слухи распространялись медленно. Понадобилось бы как минимум несколько месяцев, прежде чем эта новость достигла самых глубин Древнего Моря и привлекла внимание его повелителей.

Это было их единственное преимущество и шанс.

Поэтому все силы, включая Дворец Ведьм, изо всех сил вели поиски и преследование.

— Скрип…

Ворота во двор медленно открылись. Снаружи стояла очаровательная молодая женщина и сладко улыбалась.

— Младший братец, так ты прятался здесь. Мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы тебя найти.

Это была Юн'эр из Павильона Дочери. На ней был тёмно-фиолетовый плащ, скрывавший её изящную, соблазнительную фигуру. Её губы были румяными и притягательными, а когда она улыбалась, между ними сверкали белоснежные зубы, словно выточенные из нефрита. Под длинными ресницами мерцала пара чарующих глаз, полных неотразимого очарования.

Возможно, из-за того, что она долгое время находилась в таком месте, как Павильон Дочери, в её взгляде всегда читалась лёгкая игривость, а в изгибе бровей — едва заметная дразнящая притягательность. Человек со слабой волей мог влюбиться в неё всего после пары взглядов.

Цинь Мин отвёл сознание от Меча Властелина, и его глаза постепенно прояснились. Однако шесть дней и пять ночей «битв и убийств» оставили на нём отпечаток — от него исходила густая убийственная аура, а взгляд был холодным и острым.

— Здесь нет того, кого ты ищешь. Уходи.

— Младший братец, ты так сильно презираешь нас, куртизанок? Считаешь нас грязными… или думаешь, что мы дешёвые? — Юн'эр слегка поджала губы, словно вот-вот расплачется.

Но Цинь Мина не обманула её маска. Его густые брови чуть нахмурились.

— Как ты нашла это место?

Лицо Юн'эр мгновенно прояснилось, словно небо после дождя. Она улыбнулась и шагнула во двор.

— Павильон Дочери существует на Острове Люли уже сотни лет. У нас всё ещё остались здесь кое-какие связи.

Честно говоря, Юн'эр и сама не ожидала, что он всё ещё остаётся на Острове Люли. История с Королём Девяти Темниц уже подняла такой переполох, что, по её мнению, как король Дворца Небесного Короля он должен был воспользоваться суматохой и как можно скорее покинуть остров — иначе его могли схватить силы Дворца Ведьм или напасть какие-нибудь авантюристы.

Но Наставница Павильона оказалась проницательной — она предположила, что он всё ещё где-то на острове.

Цинь Мин убрал Меч Властелина.

— Говори, зачем пришла. Если дела нет — я тебя провожать не стану.

— Обязательно быть таким холодным? Я ведь пришла не вредить тебе. Или ты меня избегаешь? Прячешься? Даже боишься взглянуть мне в глаза… потому что боишься, что я влюблюсь в тебя, прилипну и потом ты уже не сможешь от меня отделаться?

Юн'эр тихо рассмеялась — игриво и безконечно соблазнительно. Её чарующее лицо выглядело нежным и изящным, словно застывшие сливки, будто с него вот-вот могла скатиться капля воды.

Примечания:

1. Меч — конкретный тип оружия: длинное, обычно одноручное или двуручное, с прямым или слегка изогнутым лезвием, предназначенное для рубящих и колющих ударов.

Клинок — более общее понятие: любое острое лезвие, которым можно резать или колоть, включая мечи, сабли, кинжалы, ножи и т.п.

Проще говоря: меч — это конкретный вид оружия, а клинок — любое лезвие; слово «клинок» часто используется в художественных текстах как более универсальное и поэтичное.

http://tl.rulate.ru/book/10713/13610260