Готовый перевод The Sweet Stepmother and Her Cute Cubs / Добрая мачеха и ее милые малыши: Глава 46. Часть 1.

«Начальник, не волнуйтесь. Если вы дадите мне полдня отпуска, я вернусь и накажу свою семью прямо сейчас!» Ли Му счел, что эту проблему нужно решать срочно.

Чжао Сяньфэн посмотрел на Ли Му, который стиснул зубы и обеспокоился, что он придет домой и побьет свою жену. Он напомнил ему: «Я разрешу тебе взять отпуск. Если тебе есть что сказать, просто скажи. Тебе не разрешается бить женщин-товарищей и детей. Ты понял?»

Ли Му почесал затылок и сказал: «Не волнуйтесь, начальник. Я не буду бить свою жену, даже если я злюсь, но ребенка нужно наказать. У меня не было достаточно времени, чтобы остаться дома, он боялся меня, поэтому не осмеливался показать мне свою плохую сторону. Короче говоря, не о чем беспокоиться. В чувстве приличия мне не откажешь».

Чжао Сяньфэн также сказал все, что следовало сказать. В конце концов, это семейное дело, и он не хочет слишком вмешиваться. Он дал ему отпуск и попросил его пойти домой.

Чэнь Лифан же отвела сына в школу, как обычно.

Она не знает, распространились ли какие-то слухи или нет, но ей стало казаться, что все смотрят на нее иначе, чем обычно. Ей стало казаться, что что-то не так. Если она действительно потеряет работу учителя, ее могут раскритиковать другие.

Во всем этом была вина Су Сяосяо. Она отлично справлялась, когда Су Сяосяо не было.

Учитывая это, Чэнь Лифан возненавидела Су Сяосяо еще больше.

Когда Ли Му пришел в школу, Чэнь Лифан только что закончила свой первый урок.

В этот момент Чэнь Лифан неожиданно увидела Ли Му в школе. Она подумала, что он снова отправляется на поле боя, и пришел попрощаться.

«Где снова война?» — спросила Чэнь Лифан.

Ли Му посмотрел на нее. Он женился на Чэнь Лифан в возрасте двадцати лет, и семь или восемь лет пролетели в мгновение ока. Он либо тренировался в лагере целыми днями, либо отправлялся на поле боя, и действительно, не заботился о ней и своем сыне.

Чэнь Лифан не единственный член семьи, и Ли Му также признал, что был неправ. Он подавил свой гнев и сказал: «Нет никакой войны. Иди и позови нашего сына и следуй за мной в дом офицера Ханя».

Чэнь Лифан в ужасе посмотрела на него и сказала: «Куда? Что мы будем делать в доме офицера Ханя?»

Ли Му — человек, который сражался с кровью на поле боя и был запятнан кровью раньше. Человеком, который вытащил его из преисподней, был Хань Чэн.

У Ли Му безжалостная аура, которая не агрессивна, но сильна. Честно говоря, Чэнь Лифан немного его побаивается.

Услышав, как Ли Му говорит об этом, Чэнь Лифан уже догадалась, в чем причина.

Ли Му: «Что еще мы можем делать там, как извиняться? Ты что, не понимаешь, что ты натворила?»

Глаза Чэнь Лифан сверкнули, и она сухо сказала: «Я не пойду. Она хочет отнять у меня работу. Все ждут, когда я опозорюсь. Почему я должна извиняться перед ней? В худшем случае я просто не буду учителем!»

Чэнь Лифан разрыдалась, когда подумала, что ее мужчина не встанет на ее сторону.

Они были у ворот школы. Довольно много людей наблюдали за волнением во время перемены. Ли Му тоже не хотел тут позориться, поэтому он отвел ее в сторону. Он тихо сказал: «Лифан, расскажи мне, что натворил твой сын. Детей нельзя так учить. Я позову свою мать, чтобы она тебя научила. Оставайся лучше дома и позаботься о семье. Моей зарплаты все еще достаточно, чтобы содержать семью. Твой взгляд всегда высокомерный, властный, и у тебя есть немного жадности к мелочной выгоде. Это нормально, но мы не можем ломаться перед большими проблемами! Отец Чжуцзи когда-то был моим товарищем по оружию, я не смог помочь ему в то время, и мне теперь остается только сожалеть. Я больше не могу терпеть тычки и подталкивания со стороны детей моей жены, которые издеваются над сиротами мучеников! Я не хочу, чтобы члены семей других солдат говорили, что моя семья плохо учит чужих детей! Если я не могу нормально управлять даже собственным домом, медали и почести, которые я заслужил в обмен на свою жизнь на поле боя, бессмысленны. Понимаешь?»

Чэнь Лифан горько плакала и присела на землю; она отказывалась отступать.

Су Сяосяо подняла такой шум, как ей не боятся? Она была напугана. Кто же знал, что кто-то вроде Су Сяосяо, которая только что приехала из деревни и не знала высоты мира, сделает это дело известным всем и даже будет сообщать об этом уровень за уровнем, пока ее цель не будет достигнута?

Она сдерживалась со вчерашнего вечера и не смела никому рассказать. Она боялась, что свирепый мужчина в ее семье побьет ее. Хотя Ли Му и пальцем её не тронул с тех пор, как она вышла замуж, они не обнажали друг другу свои сердца. Теперь она даже не знала, чувствовала ли она облегчение или кувшин был разбит.

После того, как Ли Му закончил свою речь, она больше не была так напугана. Он не хотел ее бить или разводиться, но последняя линия обороны в его сердце полностью рухнула.

«Ладно, не плачь», — Ли Му поднял ее с земли. «Если ты не права, то ты не права. Если ты искренне извинишься перед другими, разве все не закончится, если ты исправишься? Худший результат — будешь сидеть дома, но так нельзя учить своего ребенка. Если ребенка плохо обучать, его жизнь будет разрушена, я сам буду больше бывать дома в будущем. Ребенок еще маленький. Давай учить его вместе».

Чэнь Лифан теперь полностью успокоилась и вытерла слезы: «Если ты просишь меня извиниться перед Су Сяосяо, я не смогу этого сделать. Давай я уйду в отдел логистики. В будущем она сможет преподавать, как ей нравится, и вода в колодце не оскорбит реку».

Она не хотела идти, и Ли Му не мог тащить ее с собой. Поэтому он просто сказал ей идти домой и готовить. Пусть она вернется пораньше с ребенком после занятий.

Чэнь Лифан осталась польщенной. Обычно он относится к своим солдатам как к родным братьям. Не говоря уже о том, что в полдень он редко возвращается на обед. Он ест со своими солдатами в лагере, а иногда даже живет там. Не будет преувеличением сказать, что впервые за все эти годы брака трое членов их семьи будут обедать вместе.

Только когда Ли Му увидел ее выражение лица, он понял, как возмутительно он пренебрег этой семьей. Не говоря уже о полковнике Чжао, даже командир бригады и командир дивизии обычно уходят домой на обед. Они стараются оставаться со своими семьями как можно больше. Ему самому следовало сделать это раньше.

«Хорошо, я постараюсь вернуться и пообедать с вами всеми в полдень».

После того, как Ли Му закончил говорить, он похлопал жену по плечу и отвернулся.

Чэнь Лифан посмотрела на спину Ли Му и задалась вопросом, должна ли она ненавидеть Су Сяосяо или благодарить ее.

С другой стороны, семья Су Сяосяо была счастлива в своей гармонии.

Сяо Дубао заложил руки за спину, вертел головой из стороны в сторону, подражая своим двум братьям, и учил стихи Тан от своей матери.

Но теперь он может сказать только два слова максимум, например: «Яркий лунный свет перед моей кроватью; я полагаю, что это иней на земле». И может сказать только «Яркая кровать, предположим, иней».

Затем Су Сяосяо позабавилась его суровым и нестандартным произношением, смеясь без остановки, обнимая кроху.

Сяо Дубао увидел, как Су Сяосяо так счастливо смеется, и подумал, что его матери нравится его слушать, поэтому он продекламировал еще энергичнее. Он повторял стихи снова и снова, Сяо Фан Туань даже встал и прикрыл ему рот.

Сяо Доубао увидел, что его брат не позволяет ему делать его мать счастливой, поэтому он открыл рот и укусил брата за руку. На самом деле, Сяо Доубао не применял особой силы, но Фан Туань, драматизируя, преувеличенно захрипел.

Весь двор был окружен их смехом.

http://tl.rulate.ru/book/106520/4651004