Готовый перевод I really don’t want to break through / Я действительно не хочу прорываться: Глава 120

"Помогу нарисовать портрет......!"

Глядя в полные надежды прекрасные глаза Нува Нян-нян, Е Сюань слегка приподнял брови и с улыбкой произнёс: "Но ведь рисунок нанесён на личико?"

Как ни крути, она тоже помогала ему изо всех сил захватить Пурпурный Ци Хунмэн. Пусть в итоге у неё ничего не вышло, но она тоже старалась, и помочь ей с рисунком — это самое обычное дело!

"Хм-м!"

Нужно же, услышав слова Е Сюаня, личико Нува Нян-нян порозовело.

А потом она с отвращением покосилась в сторону Е Сюаня.

В этом взгляде, казалось, было заключено бесконечное очарование.

"Ты, бамбук, ищешь приключений на свою голову!"

Нува Нян-нян тоненько выдохнула духами с запахом орхидеи и не удержалась от мысли: "Бамбук с каждым разом становится всё более наглым!"

"Ты не знаешь, во дворце ведь ещё есть сестра Хоуту. Даже если захочешь ей рисовать на лице, сделать это можно будет только, когда мы останемся одни!"

Е Сюань не знал, о чём думала Нува Нян-нян.

Он пожал плечами и безмятежно сказал: "А где ты хочешь, чтобы я рисовал? На руках, на ногах или на...... ключице?"

Пока Е Сюань говорил, он бросил взгляд на низ живота Нува Нян-нян, словно пронзая взглядом ярко-розовое платье.

В этом взгляде сквозила некая агрессивность, и сердце Нува Нян-нян затрепетало.

Боясь, что Е Сюань ляпнет что-нибудь ещё более возмутительное, Нува Нян-нян торопливо ткнула пальчиком в белую стену, которая была сбоку от дворца Ва, и, слегка разомкнув серебряный зубок, произнесла: "Рисуй вот там!"

"Тьфу, я же думал, что так называемый портрет ты собираешься нарисовать на себе!" — поджав губы, пробормотал Е Сюань.

"Ж-ж-ж!"

Тем не менее, он не стал колебаться. Сделав шаг вперёд, он вытянул два пальца в виде меча и, управляя своей духовной силой, начал размахивать ими в воздухе.

Его лицо было сосредоточенным и серьёзным, словно он вырезал какую-то особенно важную и тщательно продуманную резьбу.

"Этот бамбук, он что, действительно хотел рисовать на мне?"

"Кажется, если бы такая возможность представилась...... дело могло бы дойти и до этого!"

"Но почему, когда он стоит вполоборота, от его лица как будто исходит какая-то волшебная сила?"

"Хотя он ещё не достиг уровня святого Небесного Дао, аура, которая исходит от маленького бамбука, становится всё более и более возвышенной, и в нём проявляется трансцендентный темперамент, которого нет ни у одного из простых смертных!"

"Он будто бы...... никогда не принадлежал этому миру. А просто является в нём гостем!"

"Бамбук, а ты знаешь, что твоё существование — это загадка......

Нува Нян-нян в оцепенении смотрела на угловатый профиль Е Сюаня вполоборота, но мысли её уже были заняты совершенно другим.

Сестёр Бисяо тоже привлекло серьёзное выражение лица Е Сюаня.

Они в унисон уставились на него вполоборота и постепенно немного оторопели. Их милые личики чуть покраснели, а глаза налились влагой и заблестели странным светом.

Они даже не смотрели на рисунки на стене!

Казалось, для них смотреть на сосредоточенного и серьёзного Е Сюаня было гораздо приятнее, чем разглядывать какие-то рисунки.

Слишком красив!

"Ж-ж-ж!"

Е Сюань убрал пальцы-мечи и прекратил рисовать.

Когда он повернул голову, то увидел, что сестрички и Нува Нян-нян смотрят на него горящими глазами.

А на их милых личиках играл чуть розоватый румянец!

Е Сюань вдруг почувствовал себя несколько растерянным и развеселённым.

"Не увлекайтесь братом, брат — просто легенда!"

Увидев это, Е Сюань непринуждённо произнёс ставшую уже классикой фразу.

"Ага~!"

Услышав слова Е Сюаня, сестрички вдруг вернулись в себя, а потом их взгляды метнулись в разные стороны, словно их поймали на чём-то нехорошем.

Их милые личики покраснели ещё сильнее, вплоть до шеи!

Взгляды их метались, и ни одна из них не осмеливалась посмотреть на Е Сюаня.

"Ты...... ты, бамбук, ты самовлюблённый!"

В этот раз выступила Нува Нян-нян. Она взглянула на Е Сюаня и первой притворилась рассерженной: "Если будешь говорить ерунду, берегись, как бы я...... как бы я......!"

Похоже, она так и не смогла придумать, как наказать Е Сюаня, и в конце концов с трудом выдавила из себя: "В общем, не говори ерунды!"

"Так и быть!"

Би Сяо сморщила носик, сердито фыркнула и высунула в сторону Е Сюаня свой розовенький язычок. — Е Сюань! Нарцисс себялюбивый!

— Принимаю!

Услышав это, выражение лица Е Сюаня не изменилось, он остановился и улыбнулся. — Ничего страшного, в центр попал — задело, рассердило!

— Ты… хмф, кто тут ещё рассердился?

Сначала Нюйва Нян-нян фыркнула в сторону Е Сюаня, а потом помотала головой и не стала больше спорить с Е Сюанем.

В конце концов, с момента знакомства с этим парнем она так ни разу и не выиграла у него в споре!

Как раз в тот момент, когда она повернула голову, нежное тело Нюйва Нян-нян вдруг задрожало и замерло.

Просто её взгляд в этот момент упал на стену, расположенную перед ней.

А точнее, на портрет, оказавшийся на стене!

Остальные женщины, по-видимому, тоже это заметили, в их прекрасных глазах вдруг промелькнуло сомнение.

Они проследили за взглядом Нюйва Нян-нян.

— Ч-ч-ч!

Мгновенно стало холодно.

Женщины прожигали взглядом стену, их глаза распахнулись, а алые губы слегка приоткрылись.

Их прекрасные глаза, казалось, наполнились несравненным, неизмеримым удивлением и изумлением.

Словно изображённое перед ними так поразило их, что они не могли прийти в себя!

Взгляните сами!

В этот момент на стене появилась картина.

На картине изображена женщина в молочно-белом платье. У неё высокая причёска, заколотая длинными шпильками, позволяющими волосам спадать естественно.

У неё нежное, несравненно красивое лицо, словно совершеннейший земной и небесный шедевр. А кожа у неё была белая, словно нефрит.

В паре смутных глаз таился священный дух.

Красные губы были затушеваны, а нос был ровным!

Нефритовый пальчик слегка сжимал палец орхидеи, а её движения стремились к небу.

Это портрет Нюйва Нян-нян, но на ней будто всё меньше и меньше земного, она похожа на прекраснейшую, безгрешнейшую богиню на Земле и в Раю.

Она такая красивая, такая очаровательная, такая завораживающая!

Конечно!

Помимо Нюйва Нян-нян, на заднем плане был изображён густой бамбуковый лес.

Все бамбуки покачивались на ветру, а их листья дрожали.

Их окружает зелёный аромат!

Такое оформление делает эту картину едва ли не совершеннейшей божественной росписью, которую трудно повторить и превзойти!

— Ух!

Спустя долгое, долгое время!

Женщины тяжело вздохнули и постепенно пришли в себя.

— Маленький Бамбук…

Мягко пробормотала Нюйва Нян-нян, словно шепчет богиня во сне.

Её смутные глаза стали мягче и туманнее.

Казалось, в этот период они были слабо покрыты тонким слоем жемчужинок!

А Би Сяо и другие женщины с завистью смотрели на картину.

— Как?

Заметив выражение их лиц, уголки рта Е Сюаня слегка приподнялись, а на лице появилась улыбка. — Если он вас не украшает, я смою его и нарисую заново!

Сказав это, Е Сюань сделал вид, что собирается испортить портрет!

Это напугало женщин.

В особенности Нюйва Нян-нян. Она сверкнула телом и тут же перехватила Е Сюаня, гневно уставившись на него.

— Маленький Бамбук, ты… Ты смеешь?!

— Если я уничтожу эту картину, я… я выдерну все бамбуки в том лесу или сожгу их дотла! — торопливо воскликнула Нюйва Нян-нян.

Торопилась она так, словно защищала собственное дитя.

— Да, да, старший брат, если ты посмеешь уничтожить эту картину, я… я… отказываюсь с тобой разговаривать на сутки. Нет, на три дня, ага! — фыркнула Би Сяо и гордо задрала головку.

— И я! — подхватила Чан Си.

Остальные женщины тоже присоединились к ним!

— Как будто тот бамбуковый лес имеет ко мне какое-то отношение!

Е Сюань поджал губы и пробормотал, а затем посмотрел на Би Сяо и девушек и равнодушно сказал: — И ты, на этой картине не ты, почему же ты так волнуешься?

— Что?!

Я никогда не думал, что слова Е Сюаня станут искрой, которая подожжет целый пороховой погреб, отчего многие женщины взорвались от гнева.

Они все сердито сверлили Е Сюаня взглядом.

«Брат Е Сюань, это все из-за тебя!»

Первой заговорила Чан Си с упреком: «Такие божественные произведения абсолютно невозможно воспроизвести, как ты можешь их так легко уничтожать?»

«Вот именно, старший брат совершенно не понимает чувств!» — сказала Би Сяо.

«Он совсем не жалеет эти прекрасные картины!» — Хоу Ту взглянула на Е Сюаня и сказала.

«Жестокий и безжалостный!» — сказала Цюн Сяо еще более прямо.

Си Хэ, Чан Си и Юнь Сяо также отчитали Е Сюаня в это время, как будто говорили: «Мы очень серьезны, не провоцируй нас».

От этого Е Сюань очень рассмеялся и заплакал.

Что они хотят этим сказать?

Разве у него нет права уничтожать свои собственные картины?

И это же не такая большая беда, почему бы вам просто не нарисовать новую?

К тому же, я просто так это сказал, я и не собирался на самом деле ее уничтожать!

И... они словно орлы, охраняющие своих птенцов!

«Что насчет того, чтобы я провела для вас экскурсию по Ва Хуантяню?» — в этот момент Нюйва Нианнянг сменила тему.

«Хорошо, хорошо!»

Би Сяо сразу же обрадовалась, а затем, похоже, подумав о чем-то, добавила: «Но старший брат должен пойти с нами, и он не должен оставаться один во дворце!»

«Да, да, мы не можем позволить брату Е Сюаню оставаться здесь, иначе божественной картине грозит опасность!» — Чан Си также несколько раз повторила это.

Е Сюань: «…»

Понятно.

Похоже, им очень нравится эта картина, и они по этой причине не хотят, чтобы он подходил к главному залу.

В таком случае!

Под предводительством Нюйвы Нианнян они вместе отправились путешествовать по Ва Хуантяню.

Время от времени они развлекались с духами птиц в лесах и горах, время от времени играли в воде и резвились у ручья, что тоже было очень весело и радостно.

Когда он был счастлив, то в ушах Е Сюаня всегда раздавались всплески приятного смеха, подобного серебряным колокольчикам.

Наводнение не помнит лет, и для совершенствования не существует времени!

Не успел моргнуть глазом, как пролетело несколько десятилетий.

За последние несколько десятилетий Е Сюань и остальные побывали во всем огромном Ва Хуантяне, прошли по каждой реке, перевалили через каждую гору и хорошо повеселились.

Стоит упомянуть!

В течение этого периода Нюйва Нианнян просила Е Сюаня также нарисовать портрет для нескольких девушек.

Но несколько женщин отказались.

Как они сказали, «в мире невозможно нарисовать такую же божественную картину, и они опасаются, что Е Сюань разрушит красоту в их воспоминаниях, если снова возьмется за кисть»!

В один прекрасный день!

Е Сюань и девушки лениво лежали на облаках, глядя вниз на прекрасный Ва Хуантянь.

«Жжж!»

Внезапно сердце Е Сюаня забилось чаще, а затем он с хрюканьем сел.

Потому что на карте в его сознании, помимо маленьких синих точек, снова появилась красновато-фиолетовая область.

Неплохо!

Блок красновато-фиолетовой области снова появился!

Судя по местоположению, он находится как раз в Хаосе.

В это же время!

В существовавшем вечно Замке Цзысяо на помосте.

Фигура Основателя дао Хунцзюня медленно появилась, окутанная туманом, испускающая нематериальный аромат.

В определенный момент!

Над его головой появилась хаотичная нефритовая бабочка, и она моментально взлетела.

Затем Основатель дао Хунцзюнь внезапно снова протянул руки и последовательно произнес Дао Дао Мистери-Метод, и погрузил его в бесконечную пустоту.

…_

Feilu напоминает вам: три вещи, которые нужно делать во время чтения, — собирать,

http://tl.rulate.ru/book/105813/3763162