Готовый перевод Harry Potter: The combat instructor / Гарри Поттер: Боевой инструктор: Глава 49

Глава 49: Обида и ненависть к Дамблдору

-- Я надеюсь... Том... Я так надеюсь... -- Взгляд сожаления и сентиментальности промелькнул на постаревшем лице Дамблдора.

Гарри ощутил сторону Дамблдора, с которой он никогда прежде не сталкивался, и через мгновение бросил на Риддла яростный взгляд.

-- Прекрати лицемерить, -- с презрением выплюнул Риддл.

-- Хорошо, Том, -- начал Дамблдор, -- я хочу понять, как тебе удалось манипулировать Джинни Уизли, чтобы она помогла тебе открыть Тайную комнату, выпустить василиска и привела нас в эту потаенную комнату, возможно, расположенную под озером?

Киаран почти знал ответ на это, но воздержался от слов, поскольку не мог раскрыть источник своих знаний без разрешения. Более того, обитавший в нем крестраж мог утверждать, что он почерпнул эту информацию из древних фолиантов, деталь, которую он находил неинтересной. Это отчасти напоминало собственное открытие Волдемортом крестражей в юности.

-- Что ж, это, несомненно, увлекательная тема, -- с радостью заметил Риддл. -- Это целая история, но, по сути... Перемена Джинни проистекает из ее веры в доверенное лицо, которое выслушивало, когда я обнажал свою душу, делясь каждой бедой и горем.

-- Да, я всегда был таким поддерживающим и преданным другом. Как иначе я мог обзавестись таким множеством последователей? -- Риддл бросил взгляд на Дамблдора, добавив: -- Разве вы не согласны, Дамблдор?

Гарри оставался в недоумении, но Киаран и Дамблдор разделяли молчаливое понимание.

-- Том, я рад, что ты считаешь Пожирателей Смерти друзьями, а не просто слугами! -- заметил Дамблдор.

-- Слугами? -- язвительно ухмыльнулся Риддл, предпочтя не углубляться в эту тему. Обратившись к Джинни, он продолжил: -- Месяцами Джинни изливала свое сердце в мой дневник, открывая самые сокровенные тревоги и печали.

-- Она рассказывала о своих мучениях от рук братьев, о своей скромной одежде и подержанных книгах, когда мечтала о Хогвартсе, но вместо этого оказалась в безвыходной ситуации.

-- И не только...

Взгляд Риддла, обращенный преимущественно к Гарри, сверкал хитростью. -- Она верила, что знаменитый, добродетельный и славный -- о, и старый противник Темного Лорда -- Гарри Поттер, никогда не снизойдет до того, чтобы заметить такую девушку, как она, не то что влюбиться!

Пока внимание было приковано к Риддлу, Гарри не мог не покраснеть.

В течение всей речи Риддла его взгляд был устремлен на Гарри, почти хищным блеском, от которого Гарри становилось явно неуютно.

Отвращение Дамблдора было очевидным.

Киаран понимал, почему Волдеморт проявлял такое чувство. С его точки зрения, как могущественный Волдеморт, одолевший бессчетное количество могучих волшебников, включая родителей Гарри, мог оказаться ограниченным? И все из-за какого-то младенца - Гарри Поттера, ставшего ему поперек дороги? Он жаждал узнать окончательную истину и тайну.

-- Говоря откровенно, выслушивать жалобы одиннадцатилетней девочки может быть довольно утомительно, -- отмахнулся Риддл. -- Но я, будучи добрым и сострадательным, с готовностью ответил на чувства Джинни. Вскоре она была почти влюблена в меня, как и в Гарри Поттера.

Его "забота" о Гарри была постоянной.

-- О, Том, никто никогда не понимал меня так, как ты! Я благодарна, что ты есть у меня - что я могу излить перед тобой все свои печали... -- воскликнула Джинни.

-- Есть еще многое. Я всегда был тем, кому люди доверяли и открывались, -- похвалился Риддл.

Дамблдор пристально посмотрел на Риддла.

-- Точно так же, как профессора обожали тебя в твои годы в Хогвартсе.

Киаран знал, что Дамблдор имел в виду школьные годы Волдеморта. Преподаватели всех дисциплин, включая директора, питали большую привязанность к этому волшебнику из маггловского приюта - прилежному, любознательному, красивому и вежливому.

Нельзя было отрицать, что у Волдеморта был талант к обману, способность снискать доверие большинства людей, если он того желал.

Жаль, что позже он отбросил эту маску. Возможно, Волдеморт счел свое магическое могущество непревзойденным, посчитав никого недостойным его внимания, кроме Дамблдора, который оставался непреклонным. Таким образом, он полностью отказался от притворства.

Если бы Волдеморт продолжал свою игру, смогли бы силы Света так долго продержаться в Первой волшебной войне? Это ...был правомерный вопрос. Возможно, они бы не стали ждать знаменитого пророчества профессора Сибиллы Трелони. Свет пал бы, даже при наличии Дамблдора, будучи в меньшинстве!

Гордыня Волдеморта в конечном итоге привела к его падению, даже после его воскрешения в первоначальной временной линии. Если бы он продолжал скрываться, Гарри Поттер мог быть быстро устранен - его приспешниками, которых он считал расходным материалом. С достаточным количеством ревностных и могущественных последователей прямого противостояния можно было бы избежать. Он мог выждать смерти Дамблдора от старости, захватив контроль над волшебным миром с минимальным сопротивлением.

Киаран никак не мог понять, зачем Волдеморту понадобилось создавать крестражи, раздробляя свою душу на мелкие осколки, часто затуманивая его рассудок. Бесчисленные возможности для победы представлялись ему, но он ловко от них уклонялся. Это было поистине удивительно.

Только Гарри Поттер мог противостоять таким поворотам судьбы. Остальные - за исключением Дамблдора - не имели ни малейшего шанса против Волдеморта.

-- За исключением тебя, Дамблдор!

Взгляд Риддла впился в Дамблдора, полный обиды и злобы.

-- С самого приюта ты никогда не верил в меня! Ни разу!

-- Да, возможно, я должен был больше доверять тебе, -- спокойно признал Дамблдор. -- Но Том, задумывался ли ты, давал ли ты мне когда-нибудь повод доверять тебе?

-- Нет?

Риддл презрительно фыркнул.

-- Я был лучшим учеником в Хогвартсе, старостой и старостой школы. Я преуспевал во всех предметах, демонстрируя непревзойденный талант. Разве я не заслуживал твоего доверия?

-- Ах да, Дамблдор-лицемер! В конце концов, я разгадал тебя. Ты опасался, что мое восхождение угрожает твоему статусу. Если бы я продолжал процветать, возможно, твой титул самого могущественного волшебника нашей эры был бы узурпирован. Ты не мог смириться с тем, чтобы уступить такой престижный сан кому-то другому. Я хорошо понимаю тебя, ведь ни один волшебник не уступит такую власть добровольно!

http://tl.rulate.ru/book/105063/4110229