Готовый перевод Harry Potter: The Rise Of The Forgotten Lord / Гарри Поттер: Восхождение Забытого Лорда: Глава 48

Прошла неделя с тех пор, как Гарри впервые заговорил с Дафной, и он уже понял, что она — кладезь знаний, способных перевернуть его представление о магии. Еще летом, разговаривая с Бладмуном, он узнал о магических клятвах, способных связывать людей, но о том, что магия подчиняется своим собственным, неписаным законам баланса, он даже не подозревал. К счастью, Дафна была готова восполнить пробелы, которые Бладмун упустил, и объяснить, что магия — это нечто первобытное, неподвластное нашим привычным определениям добра и зла, жизни и смерти. Она просто есть.

Именно поэтому, в погоне за равновесием, магия порождает "долги жизни" — невидимые нити, связывающие людей, спасших чью-то жизнь, рискуя собственной, без всякой надежды на награду. Разумеется, магия не признает искусственно созданных опасностей, не дает долгов за преднамеренный риск. Ты можешь обмануть, подстроить ситуацию, но сама магия не станет создавать обязательства. "Долг жизни" — редкий дар, который получают только те, кто действует бескорыстно, спасая жизни без корысти и расчета.

Естественно, целители и мракоборцы не могут претендовать на "долг жизни", ведь их работа — лечить и защищать. Гарри был завален вопросами, пытаясь постичь тайны "долга жизни", но Дафна, предвидя его нескончаемую любознательность, прервала его, холодно бросив: — Посмотри сам, я не энциклопедия. — И направила его к книжным полкам школьной библиотеки.

Неутолимая жажда знаний вела его дальше, и Гарри осторожно задал несколько вопросов, проверяя воду. Дафна, хоть и неохотно, призналась: — Это все домыслы. Волшебники и ведьмы с незапамятных времен пытались разгадать тайну магии, пока друиды не остановились на простой истине: она — сила равновесия. И эта концепция, лежащая в основе "долга жизни", стала лучшим ответом, который они смогли найти. — "Интересно", — пробормотал Гарри, но это было лишь слабым отражением его удивления. Это напоминало дебаты о теории большого взрыва: никто не знал наверняка, все основывалось на неполных данных.

— Большинство волшебников и ведьм просто принимают факт существования магии, не задавая вопросов, — добавила Дафна, словно размышляя вслух. — Это как с верой в бога. Ты не знаешь наверняка, поэтому лучше жить как можно лучше и не слишком заморачиваться. — Улыбнувшись ее аргументам, Гарри, на удивление, согласился со слизеринкой: — Да, я понимаю, о чем ты. — Внезапно, как гром среди ясного неба, его мысль о религиозной вере переключилась на охоту на ведьм. — А какая же тогда основная вера в магическом мире? — спросил он, ведь нигде не встречал текстов о магической вере. Из всего, что он знал о христианстве, ведьмы считались союзниками дьявола.

— Все люди разные, — осторожно ответила Дафна, проявив неожиданную дипломатичность. — Но большинство магов не верят в бога так, как маглы. Охота на ведьм, сожжение на костре — тому подтверждение. Большинство придерживается смеси языческих и христианских верований, воспринимая магию как первородную энергию, Силу, подобно тому, как маглы верят в своего монотеистического бога. — "Немного похоже на "Звездные войны", — подумал Гарри, вспомнив слова Оби-вана о Силе, связывающей все живое воедино. Естественно, это привело к вопросу о призраках и духах, ведь замок был полон ими.

Дафна, заметно оживившись, ответила: — Призраки — это отпечатки магических энергий души, как эхо. Эти отголоски остаются по неизвестной причине, но часто считается, что они связаны с незавершенными делами, которые человек не смог завершить в жизни. Например, эхо жертвы убийства остается до тех пор, пока убийца не будет пойман или пока они не добьются справедливости. — Конечно, это лишь породило еще больше вопросов, но Дафна остановила его: — Ты сам должен узнать, во что веришь, я не могу тебе сказать. Все это — лишь теории, передаваемые прошлыми волшебниками и ведьмами. Если хочешь обсудить это, найди теолога или почитай книгу. — Он признал, что она права, ведь она не могла диктовать ему его веру, да и он не позволил бы ей.

У него был еще один вопрос, касающийся ее личных убеждений, но он колебался, не решаясь задать его. Дафна, отвечая коротко и по существу, сказала: — Я следую верованиям и практикам своих предков. Можно сказать, что я друид или натуралист. Это одна из причин, почему мою семью некоторые считают темной. —

— Потому что мы не следуем современным идеям и все еще участвуем в традиционных друидических ритуалах, которые некоторые "светлые" семьи считают темными. — Он кивнул, соглашаясь с этим разумным объяснением. В конце концов, никто никогда не имел окончательного ответа, когда речь заходила о подобных вещах. Возможно, именно поэтому он больше склонялся к холодной логике и науке в своих действиях, хотя открытие магии этим летом, которое не поддавалось рациональному объяснению большую часть времени, нарушило его привычный баланс. Теперь перед ним встала новая проблема: что делать с Пенни и Гермионой и их "долгами жизни"?

Ведь, как объяснила ему Дафна, получается, что они обе задолжали и ему, и Невиллу, а в случае с Пенни, возможно, еще и Рону. Поскольку он не был причиной того, что Пэнни оказалась там и, следовательно, ее жизни угрожала опасность, возможно, возник "долг жизни"; Пэнни была там, пытаясь успокоить Гермиону в силу своих обязанностей школьного префекта. Рон не был уверен, что у Невилла есть свой собственный жизненный долг перед Гермионой, поскольку его действия, или их отсутствие, могли привести к тому, что Гермиона вообще попала в эту опасную ситуацию.

http://tl.rulate.ru/book/103804/3617716