Готовый перевод I Am This Murim’s Crazy B*tch / Я самая чокнутая стерва в этом мире боевых искусств: Глава 146. Возвращение Цин (7)

Глава 146. Возвращение Цин (7)

Женщина, одетая в изысканные шелковые одежды, поднялась на Гору У.

Ее наряд был не совсем подходящим для этого сезона.

Высококачественная зимняя одежда обычно изготавливалась из шелковых сортов, называемых «дан» или «джу», которые были сплетены так, чтобы ткань не сдавливалась и не скручивалась.

Однако самый тонкий и воздушный шелк назывался «цзинь», и его носили только весной и осенью в лучшем случае.

И женщина была одета в наряд как раз из этого самого шелка «цзинь».

Ее волосы были полны золотых украшений, кожа ее была припудрена качественным порошком, глаза обведены пурпурным пигментом, а губы окрашены киноварью в ярко-красный цвет.

Однако природные черты женщины и без всего этого были чрезвычайно манящими.

Поэтому, когда эта женщина появилась перед вывеской Секты Божественной Девы, ученицы Второй Степени, дежурившие на страже у главных ворот, тяжело сглотнули.

Этот наряд явно не подходил для посещения Даосского храма.

Более того, если она была гостьей, пришедшей в обеденное время, она должна была скромно извиниться, но она этого не сделала.

Две ученицы обменялись взглядами.

Старшая Сестра, к нам явилась выдающаяся соблазнительница. Что нам делать?

Откуда мне знать? Сама выясни.

Следуя иерархии внутри секты, Младшая Сестра подчинилась и принялась выяснять.

— Стоять. Далее находится священная земля Секты Божественной Девы. Вы пришли сюда для посещения Секты Божественной Девы?

— Ага. Похоже, я попала в нужное место. Именно так.

Внезапно, настороженность учениц Секты Божественной Девы полностью угасла.

Живя с женщинами день и ночь, ученицы Секты Божественной Девы легко прочитали личность женщины после этих слов.

Внешне она источала внушающую благоговение ауру, но ее голос и манера речи источали ауру неуклюжести.

Они думали, что перед ними оказалась соблазнительница, но на деле она казалась вполне покорной.

Секта Божественной Девы – это священное место, где мужчинам вход запрещен. С другой стороны, для женщин ее ворота были широко открыты.

Иногда они принимали женщин-паломниц, которые не были ученицами, чтобы те могли подработать.

— Добро пожаловать. Вы здесь, чтобы совершить какие-то обряды? Или вы хотите остаться в храме на некоторое время? Или, может быть, вы хотите оставить подношение?

— Нет, дело не в этом. Я слышала, что моя Названая Сестра находится здесь...

— Ах. Вы пришли навестить свою младшую сестру.

На вид женщине было двадцать с лишним лет, поэтому ее младшая сестра должна была иметь Третью Степень.

Потому что ученицы Второй Степени примерно знали семейные обстоятельства друг друга, и никто из подруг не упоминал о наличии Названой Сестры.

В связи с этим отношение учениц Секты Божественной Девы стало еще более расслабленным.

— Как зовут вашу сестру?

— Ее зовут Симэнь Цин...

— Прошу прощения?

— Что вы сказали?

— Ох. Неужели это не то место? Однако она сказала, что это Секта Божественной Девы. Она вот такая высокая, и ее грудь вот такая большая.

Женщина сделала жест руками перед своей грудью, указывая на большой размер.

Ученицы Секты Божественной Девы сразу поняли.

Ах. Речь точно идет о Младшем Великом Мастере.

* * *

Всякий раз, когда Цин обедала, она вела себя так, как будто обед был ее заклятым врагом.

Она так отчаянно хотела от него избавиться, будто не могла жить с ним под одним небом.

Для справки, ситуация с завтраком и ужином ничем не отличались.

Когда Цин поглощала вареные и жареные ингредиенты, которые в этом мире называются обедом, это и произошло.

— Названая Сестра-а-а-а-а.

— Э?

Цин широко раскрыла глаза, услышав знакомый голос.

— Названая Сестра, ты не должна одеваться так легко. На улице ведь холодно. Ты простудишься.

— Ах. Верно.

Цин, которая не была уверена, наконец поняла, кто к ней пришел.

Кто еще скажет нечто подобное, несмотря на собственный возмутительный наряд?

«Она стала красивее, а? Неплохо поработала над макияжем».

Несмотря на то, что она добилась некоторого прогресса после употребления эликсиров, полученных от Божественного Культа, макияж изначально был величайшим оружием женщины, не так ли?

— Ты обедала?

— Нет. Я немного заблудилась, поднимаясь в гору. Кхм. Так что я хочу есть. Хе-хе.

— Тогда тебе следует поесть. Наша еда очень вкусная.

— Оки!

А потом она с радостью отправилась за своей порцией.

— Кто это?

— Кто вообще приходит есть с таким тяжелым макияжем?

Цзинь Чанмён, сидевшая слева, и Тан Нана, сидевшая справа, удивились.

— Хм... Что-то вроде Названой Сестры, наверное?

Что значит «что-то вроде»? Либо Названая Сестра, либо нет.

Обе девушки пришли в недоумение от слов Цин.

А Цин не стала объяснять подробнее, потому что она тоже мало что знала об этом.

К этому моменту так называемая Названая Сестра вернулась с горой еды на подносе.

— Ах, кстати. Я решила оставить имя Кён Похи.

— А? Почему?

— Говорят, что это странно, когда у Названых Сестер одна и та же фамилия. А поскольку это такая редкая фамилия, люди сочтут это еще более странным. Кроме того, независимо от того, как мало родители сделали для ребенка, он не должен так небрежно отказываться от своей родословной.

— Так сказал Соль Ганом?

— Ага.

— Значит, так и есть, я думаю.

Если главный мудрец на районе, Соль Ганом, так сказал, то так и должно быть.

Среди друзей, которых Цин завела на Центральных Равнинах, он был самым надежным человеком, не считая ее учителя.

— Кстати, как я выгляжу? Разве я не хорошенькая?

— Ты сама делала макияж?

— Ага. Я научилась. Хочешь, позже сделаю и тебе? Или могу сделать прямо сейчас!

— Нет, спасибо. Его потом долго удалять.

— Это правда.

— Но почему макияж?

— Соль Ун... Я имею в виду, господин Соль сказал мне, что макияж поможет мне выглядеть внушительней.

— Ты называешь Соль Ганома «господином»?

— Ага. Но это звучит немного неподходяще. Мне кажется, что я должна называть его Соль Унни. Иногда я делаю это совсем неосознанно.

(Унни – обращение к старшим, применимое только от девушки к девушке).

— Что? Неужели Соль Ганом стал еще женственнее?

— Да! От него прямо исходит аура Унни, понимаешь?

— Что ты имеешь в виду под «аурой Унни»? Мне действительно стало любопытно...

Цзинь Чанмён и Тан Нана, сидевшие по бокам от Цин, подумали про себя:

Что происходит? Разве не пора было представиться? Неужели ее поле зрения настолько узкое, что она не видит людей рядом?

— Ах. Это тот самый вкус, который так нравится Названой Сестре. Хочешь, принесу тебе?

— Нет. Я уже наелась.

— Сестренка, кто это?

Чувствуя, что им придется вечно слушать этот разговор, Цзинь Чанмён вмешалась.

— Это Кён Похи, и, кхм, я буду немного великодушна. Так что она в некотором роде моя Названная Сестра. Она заботилась обо мне, когда я покидала секту ранее.

— М-м. М-м.

Кён Похи гордо кивнула.

— Это крошечное дитя – главная милашка нашей секты, Цзинь Чанмён, а рядом с ней Тан Нана, моя подруга. Она одна из Пяти Великих Красавиц Центральных Равнин.

— Ага. Но по дороге сюда я поняла, насколько простодушной я была. Господин Соль велел мне не говорить лишнего, поэтому я так и поступлю.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду. Я попросила Соль Ганома научить тебя здравому смыслу, и, похоже, он обучил тебя хорошо.

— Ух. Но он так раздражающе скрупулезен.

— Думай об этом, как о чем-то, что поможет тебе позже. В конце концов это станет частью тебя. Думаешь, легко найти такого хорошего учителя, как Соль Ганом?

— Ага...

Девушки по обе стороны от Цин прищурились.

Что это было? Разве обычно гость не должен представиться после этого? Но вместо этого она просто ответила «ага»?

Они думали об этом в унисон.

Эту девушку нельзя недооценивать.

Если бы Цин знала об этом, она бы просто хихикнула с мыслью: «Перед вами человек, с которым иметь дело проще, чем с кем-либо другим в мире».

* * *

У Кён Похи не получилось вступить в Секту Божественной Девы.

Проблемой стало ее происхождение, а также тот факт, что боевые искусства, которые она изучала, использовали как Сбор Ян, так и Сбор Инь техники Парной Культивации.

— Что ей делать в Секте Божественной Девы? Не станет же она отказываться от всех своих Внутренних Искусств и учиться с самого начала. Если она захочет, я могу написать рекомендательное письмо для Зала Небесного Цветка, но, похоже, ее это не интересует.

Более того, у Кён Похи не было особого желания вступать в секту.

После того, как она закончила трапезу и поинтересовалась блюдами Цин, она узнала, что в Секте Божественной Девы ученицы должны делать все сами, так что она не сможет ухаживать за Цин.

Поэтому она сказала, что поможет Соль Ганому в городе внизу и последует за Цин, когда та отправится в Мурим.

— Тем не менее, для кого-то из злого Демонического Культа ее природа довольно чиста. Но это все, что она собой представляет. Она чиста и не более того. Она действительно...

— Глуповатая, да?

Бах!

Легкий щелбан приземлился на лоб Цин.

— Даже если это правда, не следует небрежно говорить о недостатках других.

— Ага.

— Возьми ее с собой, когда отправишься в Мурим. Даже если этот старый Демонический Адепт заботился о тебе ранее, лучше все же чтобы женщина заботилась о женщине.

— Это правда. Она довольно полезна.

— Думай об этом как о воспитании прислуги.

Цин наклонила голову.

«Не слишком ли низко оценивают мою Названую Сестру? Конечно, Кён Похи этого заслуживает...»

— Это поможет в дальнейшем, когда моя ученица отправится в Кайфэн в следующем месяце. Я не смогу отправить с тобой этого старого Демонического Адепта.

— А? Почему?

— Альянс Мурима проводит великое собрание. Найдется немало тех, кто знает лицо этого старика. Разве можно будет сохранить достоинство великого старейшины Даосизма, если привести туда Демонического Адепта?

Целью великого собрания Мурима было укрепление единства перед лицом вторжения Демонического Культа на Центральные Равнины с помощью хитрого метода открытия своих дверей.

В такое время появление с бывшим Великим Демоническим Адептом из Демонического Культа было бы не просто бестактным, а откровенным идиотизмом.

Для справки, Симэнь Сурин, которая постоянно называла его стариком, была старше Чой Люна.

Хотя она выглядела как красивая женщина лет сорока, на деле она была великой старшей женщиной Мурима, сродни живой легенде.

— Но что это за великое собрание? Они устроят что-то вроде Величайшего Турнира Боевых Искусств Под Небесами?

— Думаю, тематики будут разные. Я бы хотела, чтобы ты приняла участие в Турнире Затаившегося Дракона.

— Хорошо, я готова.

Это был немедленный ответ без колебаний.

Симэнь Сурин мягко улыбнулась, восхищаясь такой ученицей.

— Вряд ли найдутся противники, которые продержатся даже десять ходов против моей ученицы, так что просто думай об этом как о повышении чести нашей секты. И не забывай быть красивой и элегантной.

Десять ходов означали десять базовых движений, поэтому это была явная насмешка над противниками.

Количество спаррингов с ее ученицей уже достигло такого уровня, что их приходилось исчислять днями, а не часами.

Условно говоря, ее ученица находилась на Высшей Ступени Пикового Царства, но если говорить о результативности в поединке, она уже была в состоянии одержать верх даже над теми, кто находился в Трансцендентном Царстве.

Более того, Цин достигла уровня, когда она ощущала меч как продолжение своего тела, поэтому, казалось, она скоро достигнет Единства Меча и Тела.

Единство Меча и Тела было просветлением, которое обычно достигалось на Высшей Ступени Трансцендентного Царства, после достижения свободного манипулирования Силой Меча.

Так что она неуклонно становилась сильнее, хотя и нарушая привычный порядок вещей.

В этот момент нужно было задаться вопросом, была ли хоть одна причина, по которой она не могла войти в Трансцендентное Царство.

Как будто что-то отчаянно мешало ей.

Ее Внутренние Искусства уже были на одном уровне с Мастерами Запредельного Царства, а ее Внешние Искусства были на уровне, который заставлял задуматься, была ли она вообще человеком. Тем не менее, она не могла пересечь эту, казалось бы, легкую и тонкую стену Трансцендентного Царства (по мнению Мастера Абсолютного Царства).

— Так мне просто нужно поехать туда и выиграть турнир?

— Пообщайся с детьми из Собрания Затаившегося Дракона. Не стоит ли тебе завести связи с будущими лидерами Ортодоксального Мурима?

Другими словами, она говорила ей, чтобы она хорошо провела время на светском мероприятии.

Хотя Цин была старейшиной на уровне Лидера Секты с точки зрения распределения и иерархии, она не была из той же эпохи, что и нынешние Лидеры Сект.

Более того, связи были особенно важны для китайского народа.

В то время как Секта Божественной Девы могла не иметь большого влияния по сравнению с Девятью Сектами и Единым Союзом и Пятью Благородными Кланами, если она покажет ошеломляющую боевую доблесть на Турнире Затаившегося Дракона, это оставит сильное впечатление.

— Переживать не о чем. Я эксперт в этом.

Глаза Цин ярко сверкнули.

В конце концов, как они могли не сиять, когда ей сказали пойти повеселиться?

http://tl.rulate.ru/book/103499/5684426