Повернувшись, чтобы посмотреть, кто стоит за ними, он втайне усмехнулся про себя, увидев, что панки начали дрожать и трястись от грозного оранжевоволосого брата их так называемой жертвы, стоящего позади них. Должно быть, он произвел на нее неизгладимое впечатление, потому что с того дня она ни разу не пожаловалась. Даже некоторые другие девочки в ее классе хотели узнать, как получить такой цвет. Он заметил, что каждый раз, когда он высаживал ее, его ждала новая группа девушек-фанаток, а Конеко - парней-фанатов. Она не возражает, а он возражает.
После спарринга для него и для всего дома все стало обыденным. Каждый день он просыпается с копной ее малиновых волос перед лицом, она даже сдержала свое слово носить одежду в постель, но с каждым днем она становилась все тоньше и тоньше. Скоро ей будет все равно, что надевать, она будет там, где хочет быть.
Он улыбается, проходя на кухню: большинство персонала уже спит или находится в своих комнатах, так как подростки начали делать большую часть работы по дому и готовить сами. Риас и Акено собирают большую часть обеденного бенто, а они с Конеко постепенно учатся готовить лучше. Юто часто приходит к ним поужинать, особенно если клуб задерживается допоздна, а для особо поздних ночей у него даже есть своя комната. Что касается его самого, то его ночные пробежки увеличились с шести до восьми миль в день. К счастью, он выучил большинство улиц города и знает многих владельцев магазинов в лицо, ведь почти каждый раз он получает текстовые сообщения с просьбой забрать у девушек различные вещи, в основном сладости.
Придя на кухню, он включает свет и чуть не пугается, увидев сидящую за стойкой Венелану. С бокалом вина в руке и улыбкой на лице, встретившись с ним взглядом, она невинно спрашивает.
— Что-то случилось, Ичиго?
— Венелана, тебе никто не говорил, что нельзя сидеть в темноте, как проклятый жуткий маньяк?
Ответом ему стал ее заразительный смех.
— Ичиго, не вежливо называть старших такими именами.
— Извини, но, черт возьми, ты можешь дать призраку фору, — Он открывает холодильник и достает сок для Риас и воду для себя. Увидев пакет с виноградом, он выбирает и его.
Повернувшись к женщине, он замечает, что она все еще сидит там и наблюдает за ним через край своего бокала. Она следит за ним, пока он обходит кухню, собирая стаканы и две миски. Наконец, убедившись, что у него все есть, он поворачивается к хозяйке Гремори и кивает.
— Спокойной ночи, Венелана.
— Ичиго.
— Да, Венелана.
— У тебя все получится.
— А? Венелана?
Она встает с табурета и скользит к Ичиго, а когда проходит мимо него, берет его за подбородок и шепчет ему на ухо.
— Спокойной ночи, Ичиго, — Она целует его в щеку, после чего оставляет его стоять в оцепенении.
'Что за...'
Он медленно разворачивается и роботизированной походкой возвращается в свою комнату, его мысли отключены, кроме одной.
'Что за...'
Входит в комнату, на его лице, должно быть, все то же выражение после стычки с матерью Риас. Он оцепенело подходит к кровати, протягивает Риас питье и миску, а сам ложится на бок. Все это время Риас наблюдала за ним с обеспокоенным видом, а потом нарушила молчание.
— Ичиго, что случилось?
Он поворачивается к ней и рассказывает, что случилось.
— Твоя мама сказала, что у меня все получится, а потом поцеловала меня в щеку.
— Она... поцеловала... твою... щеку?
— Да.
После этого до конца ночи никто не произносит ни слова.
***
На следующее утро на холодильнике лежит записка для детей от Венеланы.
'Риас, Ичиго, Акено, Конеко.
У нас с Хьюго деловая встреча. Увидимся через несколько недель, и я останусь до конца учебного года. Пожалуйста, не отставайте в учебе, хорошо питайтесь и заботьтесь друг о друге. А также веселитесь.
С любовью,
Венелана.'
— Ну, думаю, мы снова сами по себе, — говорит Ичиго, готовя для Конеко и для себя бенто на день.
— Ара, ара Бучо. Венелана-сама останется до конца года. Необычно.
Риас грызет ноготь большого пальца, рассматривая записку. Она знала, что мать поддерживает Ичиго, но смогла бы она это сделать? Сможет ли она, когда придет время, найти в себе силы изменить его, захочет ли вообще? Глядя на него, как он собирает бенто для Конеко, добавляя в него то, что ей нужно на день, она задается вопросом, что подумает его дядя о том, что она пытается сделать его частью своего сословия. Да и разрешил бы он это? Все, что она знала, - это то, что когда-то его семья служила клану Наберия в том или ином виде, но как и чем - она не знала.
Ичиго знал о дяде и его бизнесе только то, что он много путешествует и что они собираются вместе только на несколько праздников, по словам Аминтаса. В остальное время они живут отдельно друг от друга. Ичиго сказал, что, должно быть, не возражал, потому что теперь у него есть они, чтобы составить ему компанию, а не чужие люди. Риас смотрит на него и видит, что он смотрит на нее с улыбкой на лице. Она улыбается в ответ, потому что за эти недели его хмурое лицо постепенно исчезло, сменившись счастливым лицом, которое сейчас смотрит на нее.
'Я думаю...'
— Бучу, Ичиго, нам пора идти. Конеко, ты сегодня останешься с друзьями на учебу, а мы с Бучо останемся с клубом на ночь в доме с привидениями в соседнем городе. Так что пойдемте, пока не опоздали, — Акено начинает выпроваживать их из кухни.
— Ичиго, что ты собираешься делать сегодня вечером? — спрашивает Риас, идя впереди.
— Я должен закончить проект по английской литературе, а потом мне нужно сделать конспекты по математике и истории. После этого, думаю, я просто посмотрю несколько фильмов. Ну, ты знаешь, что нужно делать.
Он понимает, что совершил ошибку, когда черная голова Акено останавливается, и она медленно поворачивается, ухмыляясь.
Ичиго паникует, пытаясь найти Конеко, пока она не услышала его сексуальный комментарий.
Увидев за спиной Риас белую голову, он отчаянно указывает на нее, но уже слишком поздно.
— Фуфуфу, Ичиго, мальчик один дома, смотрит кино, а его симпатичная соседка по кровати ушла на ночь. Думаю, завтра нам придется проверить и убедиться, что белых пятен нет.
— АКЕНО!
— Они-сан?
— Черт возьми!
***
— Они-сан, что господин Акено имел в виду под белыми пятнами? — Подросток спрашивает покрасневшего мужчину, провожающего ее в школу.
Глядя на девочку, он отчаянно пытается придумать ложь, но не может придумать ничего, что сработало бы, поэтому опускает руки.
— Твоя ни-сан - очень непослушная особа, Конеко, и я предлагаю игнорировать ее, когда она заговорит со мной о чем-нибудь. Так будет безопаснее, и я не уверен, насколько Риас хочет, чтобы ты знала о... ну, об этих вещах.
— О каких вещах? — невинно спрашивает она. Она внутренне усмехается, потому что, несмотря на свою внешность, знает истинную сущность садиста, но забавно, когда Они-сан пытается увильнуть от разговора.
— Как насчет того, чтобы оставить это на время, когда Риас будет рядом, потому что, ну, потому что мне некомфортно, понимаешь?
— Нет, я не понимаю Они-сан.
— Конеко. Ах, черт возьми, почему ничего не может быть простым
— Онии-сан.
— Да, Конеко.
— Я уже прошла курс сексуального образования за год, так что если тебе нужно что-то объяснить, я с радостью научу тебя, онии-сан, — Она сохраняет свое обычное стоическое выражение лица, даже когда ее старший сопровождающий спотыкается и падает ниц.
— Я живу с... с...
— Вставай, Они-сан, а то я опоздаю.
http://tl.rulate.ru/book/103476/4556488
Сказали спасибо 4 читателя