Готовый перевод Among These, The Princess Must Have At Least One To Her Taste / Среди них принцессе должен понравиться хотя бы один: Глава 16

Глава 16. Красные глаза (4)

В комнате ожидания.

Продия и Иртис ждали вызова Верховного жреца.

Всё потому, что чуть ранее Папье категорически отказался участвовать в конкурсе по отбору мужа.

Чтобы убедить Папье, Верховный жрец попросил их ненадолго удалиться.

Как только они оказались в комнате ожидания, Иртис спросил Продию:

— У этого жреца есть другая личность, верно?

«Ну и проницательный же он».

Продия мысленно цокнула языком.

Раз он уже догадался, скрывать бесполезно.

Она кивнула.

— Да, верно.

— Сколько их всего?

— Пока я встречала две.

— Значит, один, который к тебе приставал, и другой — робкий. Получается, двое.

Пристающий и робкий.

Описание было настолько точным, что возразить было нечего.

— Да.

— Что будешь делать с предложением Верховного жреца?

— Придётся принять. Другого выхода нет.

При этих словах выражение лица Иртиса помрачнело.

— Я же ясно сказал, чтобы ты заключила контракт только со мной.

Продия была в недоумении.

— И из-за кого всё это случилось? Зачем было использовать магию внутри Великого Храма!

— Я что, для себя это сделал? Кто первый заставил меня волноваться?

— Но это не повод сбегать посреди обряда!

— А что мне было делать? Я думал, с ума сойду, как только услышал твой крик!

Иртис закричал, пыхтя от злости. И только потом спохватился.

Не слишком ли двусмысленно это прозвучало?

Но Продия выглядела невозмутимой.

Она твердо сказала:

— В следующий раз ставьте конкурс на первое место.

Вот же холодная женщина.

Иртис мысленно вздохнул.

«Зря я кинулся спасать. Она бы и без меня этого жреца заговорила до смерти».

Иртис не знал, что она его не заговаривала, а избивала.

— В любом случае, откажись от предложения Верховного жреца. Я сам всё улажу.

— Как?

— Раз всё случилось из-за того, что я использовал магию, я пойду к Верховному жрецу и… ха, чёрт. Просто один раз склоню голову.

Да, нужно просто один раз переступить через свою гордость.

Маги и жрецы никогда не кланяются друг другу.

Но он не кто-нибудь, а великий маг из Магической башни. Так что Верховный жрец должен простить его один раз.

Но Продия покачала головой.

— Самая большая проблема сейчас не в том, что вы использовали магию.

— А в чём?

— Я должна принять предложение Верховного жреца, чтобы вам разрешили пересдать обряд.

Официально Иртис считался отказавшимся от «Обряда клятвы» на полпути.

В обычной ситуации можно было бы попросить о втором шансе, но сейчас обстоятельства другие.

Если Продия не возьмет Папье в ученики, Верховный жрец, скорее всего, не даст Иртису шанса.

Иртис тоже это понимал, поэтому не мог больше спорить.

«Проклятье!»

Увидев тень на его лице, Продия сказала:

— Не стоит так переживать. Даже если я буду учить жреца, он всё равно не заинтересован в победе в конкурсе, верно?

Она имела в виду, что Иртис может, как и планировалось, в одиночку стремиться к победе.

Но Иртис покачал головой.

— У того красноглазого могут быть другие мысли.

А, точно.

«Там же ещё Лука?»

В этом был смысл.

«У Луки характер совершенно другой, чем у Папье. Хм, а вдруг он увидит портрет принцессы и загорится желанием победить?»

Принцесса ведь невероятная красавица.

Продия задумалась.

В одном теле борются личность, которая не хочет участвовать, и личность, которая хочет победить?

Она нахмурилась.

«От одной мысли голова болит. Не хочу брать на себя эту обузу. Что же делать?»

Продия невольно бросила взгляд на Иртиса.

Зачем он только устроил такой переполох в Великом Храме!

Тогда Иртис, который всё это время пристально наблюдал за ней, спросил:

— Почему ты так на меня смотришь?

— Не понимаю, о чём вы.

Продия попыталась перевести тему, притворившись невозмутимой.

Глаза Иртиса сузились.

— Только не говори, что ты… сейчас сравниваешь меня и того жреца?

Ой.

С чего вдруг такие выводы?

Но почему-то захотелось его подразнить.

Поэтому Продия ухмыльнулась и сказала:

— А что, боитесь проиграть жрецу?

— Чего-о?

Видя, как Иртис вспылил, Продия почувствовала легкое удовлетворение.

«Это расплата за то, что мучил меня со вчерашнего дня».

Тем временем в голове Иртиса творился хаос.

«Самым важным критерием при отборе участников для Продии определенно были не навыки».

Первое — характер.

А второе…

Иртис обратился к Продии:

— Скажи честно. Я или тот жрец…

Но Иртис не смог закончить фразу.

Задать этот вопрос своими устами было ударом по гордости.

Продия спросила:

— Что там? Договаривайте.

«А, чёрт. Спрашивать или нет?»

Но казалось, что это обязательно нужно выяснить.

В конце концов, он крепко сжал губы и спросил:

— Кто из нас двоих… сивее.

— Что? Что вы говорите? Я ничего не слышу.

— Я спрашиваю, кто красивее: я или тот тип!

— Чт-о-о?

Продия сделала вид, что услышала нечто невероятное.

Лицо Иртиса стало пунцовым.

«Чёрт, чёрт!»

Если бы здесь была мышиная нора, он бы сейчас же в неё спрятался.

Но не успел он опомниться, как Продия подалась вперед и переспросила:

— Я ведь не ослышалась? Вы спросили, кто из вас двоих красивее?

— З-зачем ты это повторяешь!

Лицо Иртиса горело.

Она хихикнула и ответила вопросом:

— Нет, ну надо же точно понять вопрос, чтобы ответить.

— Ты сейчас специально, да?

— Что я?

Иртис выглядел так, будто готов умереть от досады.

Продия с трудом сдерживала смех.

Ладно, хватит его дразнить.

«Может, пора ответить?»

Подождите, а ответ на вопрос «Кто красивее»… лучше вообще не озвучивать?

«Кто может победить это лицо?»

Папье и Лука красивее самого бога Айдо или как его там, можно сказать, у них божественная внешность.

Но нельзя же сказать это Иртису прямо в лоб.

Поэтому Продия в конце концов ответила так:

— Вы оба красивые.

— …Вроде не ложь, но ответ какой-то мутный.

Какой же он проницательный.

Продия выкрутилась уклончиво:

— Это правда. Вы оба красивы по-разному, как тут сравнивать.

— По-разному?

— Да. Жрец выглядит как ангел.

— А я тогда что, как дьявол?

— Честно говоря, добрым ваше лицо не назовешь, но…

Продия быстро подняла большой палец вверх.

— Сейчас такие лица, как у вас, в моде.

— Опять обращаешься с людьми как с товаром… Ха, ладно, проехали.

Его выражение лица почему-то казалось сложным. Но больше он ничего не спрашивал.

Продия успокоилась уже от этого.

Фух, слава богу. Спокойно пронесло.

«Прости, Иртис. Но центровой всё-таки Папье».

Или, может, Лука?

В любом случае, поставлю обе личности на сцену, посмотрю и выберу того, кто лучше.

В этот момент снаружи раздался стук.

Похоже, Верховный жрец и Папье наконец приняли решение.

Они оба встали со своих мест.

Несколько минут назад, кабинет Верховного жреца.

Папье был в шоке и потерял дар речи от слов Верховного жреца о том, что он должен участвовать в конкурсе.

«Это всё из-за моей болезни!»

Симптомы появились несколько лет назад.

Мало того, что он внезапно терял память, так ещё и бродил где-то с совершенно другой личностью.

К тому же в голове постоянно звучал голос Луки.

«Настоящий — это я».

После нескольких лет такой борьбы Папье сам начал путаться.

Кто настоящий: он или тот другой.

К счастью, Лука долгое время не появлялся.

Поэтому он думал, что болезнь отступила.

Но оказалось, что совсем нет.

«Верховный жрец разочаровался во мне из-за моей болезни. Поэтому он хочет выгнать меня!»

Забыв об этикете, он вцепился в одежду Верховного жреца и взмолился:

— Ваше Святейшество. Если вы действительно заботитесь обо мне, позвольте мне остаться здесь!

Но Верховный жрец заговорил о странном.

— Папье, ты когда-нибудь задумывался о том, какую жизнь ты хочешь прожить?

— Что? Конечно же, жизнь в служении Господу.

— Это была воля твоих родителей, а не твоё желание.

— Н-но…

— Если бы они отправили тебя не в Великий Храм, а в другое место, ты бы всё равно настаивал на том, чтобы стать жрецом?

А, и правда?..

Он никогда об этом не думал.

Хотя он пришел сюда не по своей воле, жизнь в Великом Храме довольно хорошо подходила характеру Папье.

Но если бы родители отправили Папье работать библиотекарем или в пекарню?

«Всё равно… было бы неплохо».

Невольно подумав об этом, Папье вздрогнул.

Верховный жрец посмотрел на него с добротой.

— Лука однажды сказал мне. Задумывались ли вы о том, какой жизни мы на самом деле хотим.

— Лука?

— Да. Услышав это, я тоже задумался. Почему к тебе пришел Лука. И пришел к выводу.

Появилось дурное предчувствие.

— Возможно, Лука — это проявление твоих подавленных желаний. Ты с детства жил только в Великом Храме, упуская многое из того, что должен был испытать в твоём возрасте, не так ли?

Папье был поражен.

Подавленные желания! У него никогда не было таких нечестивых мыслей.

Но разве он ни разу не думал о том, что хочет свободно играть, как сверстники?

Ни разу не испытывал интереса к чему-то, кроме служения Богу?

Действительно ни разу?

Папье не смог ответить на собственный вопрос.

Он тихо опустил голову.

Верховный жрец положил руку ему на плечо.

— Я не говорю тебе покинуть Великий Храм навсегда, Папье. Просто я хочу, чтобы ты увидел более широкий мир, воспользовавшись этой возможностью, которая, возможно, станет последней.

— Я хочу остаться здесь.

— Папье, это всё ради вас.

Голос был ласковым, но взгляд Верховного жреца был строже, чем когда-либо.

Но Папье всё равно не хотел покидать это место.

После того как его бросили родители, Верховный жрец был для него как отец.

Великий Храм был его единственным домом и убежищем.

Выход в другой мир был для Папье слишком пугающим.

Но решение Верховного жреца было твердым.

Папье спросил дрожащим голосом, едва сдерживая слёзы:

— Если после участия в конкурсе… я всё еще захочу быть жрецом? Можно ли мне будет вернуться тогда?

— Конечно. Это место всегда будет ждать тебя.

— С-спасибо. Ваше Святейшество!..

Глаза Папье покраснели.

Ладно, пока сойдет и так.

Сделаю вид, что участвую в конкурсе, а потом вернусь в лоно Господа.

Однако Верховный жрец ещё не закончил.

— Только… ты должен помнить одну вещь, дитя моё.

http://tl.rulate.ru/book/101831/9283943