Где бы это ни было, если рядом находилась Бани, это место становилось его убежищем.
Демиан тихо выдохнул и прижался головой к груди Доа.
Но только после того, как он успокоился, он заметил, что маленькое тело Доа, прижатое к нему, тоже дрожит.
Не так сильно, как у него, но всё же.
"......Почему ты дрожишь?"
"А, просто......"
"Просто что?"
"Всё ещё это делаю."
Доа, краснея от смущения, ответила.
"В детстве я боялась тесных и темных мест, думала, что преодолела это."
Когда она входила в подземелье Паука, всё было нормально, так что она думала, что всё в порядке.
Но когда она сама зашла в шкаф, она вдруг осознала, что пространство подземелья Паука было довольно просторным.
Она тоже не преодолела всё.
"Я действительно не люблю тесные и темные места."
"Ты боишься?"
"Я сказала, что мне это не нравится."
О, кажется, она уже говорила это.
Доа была недовольна тем, что её собственные слова были использованы против неё.
Это был момент, когда она должна была успокоить его с достоинством взрослого, но что это за нелепая ситуация?
Она вздохнула и сказала:
"Да, я боюсь. Смешно, что я, заявившая себя твоим защитником, боюсь..."
"......"
Демиан без слов схватил её руку и вывел из шкафа.
Только тогда Доа смогла глубоко вздохнуть, как будто ей стало легче дышать.
Дрожь тоже скоро утихла.
"Ты тоже ребенок. Осознай это."
Демиан упрекнул Доа.
"Да, и ты тоже ребенок. Осознай это."
Так что Доа тоже не уступила и упрекнула Демиана.
И вскоре они оба поняли, что этот спор бессмысленен. Оба они просто дети.
'Ребенок... но ни разу не вела себя как ребенок, потому что должна была стать взрослой.'
Доа должна была взрослеть. Она интуитивно чувствовала, что если не станет взрослой как можно скорее, она не выживет.
То же самое, вероятно, было и с Демианом. Это была неизбежность.
Чтобы ребенок мог вести себя как ребенок, нужен настоящий взрослый, который может его баловать.
На самом деле, если бы Доа была взрослой, все проблемы были бы решены.
Но ей было всего десять лет.
"Нам обоим пришлось стать взрослыми слишком рано."
В любом случае, обоим пришлось самостоятельно преодолевать кризисы.
Доа - кризис проклятия. Демиан - кризис убийства.
"Давай будем детьми только друг для друга."
Доа сказала это.
Она решила принять себя как ребенка, чтобы Демиан мог беззаботно вести себя как ребенок рядом с ней.
"Я побегу к тебе, когда гремит гроза, а ты - когда я одна в темноте."
Этого достаточно, не так ли?
Доа слегка подняла артефакт на своей шее, улыбаясь и показывая зубы, как будто спрашивая.
Внезапно вспыхнул свет за окном.
Доа, как будто это был сигнал, раскинула руки и крепко обняла его.
Бах-бах-бах-бах!
Снова прогремел гром, на этот раз самый громкий из всех.
"Долго празднуем, правда?"
Доа шепотом и с улыбкой в голосе произнесла это на ухо.
Демиан, который раньше дрожал от страха перед громом, как будто был гипнотизирован её словами.
Теперь гром звучал для него как фейерверк благословения.
* * *
На следующее утро.
Демиан внезапно открыл глаза.
Он почувствовал тепло рядом и обернулся, чтобы увидеть Бани, которая провела с ним всю ночь под гром, спящей.
Она д
ышала тихо и равномерно.
"......"
Она не должна была здесь спать. Прежде чем слуги заметят её исчезновение, ей нужно вернуться.
Но Демиан, по какой-то причине не желая будить её, просто смотрел на неё.
Золотые лучи солнца освещали её волосы.
Демиан невольно протянул руку к её волосам, которые сверкали и переливались, как будто были усыпаны золотой пылью.
Это было удивительно. Все говорили, что её цвет волос проклят, настолько отличный от его собственных чёрных волос.
В отличие от его цвета, поглощающего весь свет, её цвет волос отражал и впитывал весь свет.
Даже цвет волос был полной противоположностью ему.
"......Что ты делаешь, котёнок?"
Тогда Доа пробормотала сонным голосом.
"Что?"
Что она только что сказала?
Когда Демиан сомневался в своих ушах, Доа улыбнулась и сказала:
"Не играй с моими волосами."
Он не играл. Просто хотел потрогать...
Он почувствовал, как будто попался на чём-то, что не должен был делать, и его щеки покраснели.
Хотя сама Доа, похоже, совсем не беспокоилась об этом.
"А, уже утро."
Доа зевнула, растягиваясь, и потянулась.
Она называла его котёнком, но сама вела себя как настоящий кот.
Она сонно и лениво смотрела в окно.
Небо было невероятно ясным. Как будто вчерашняя гроза была просто сном.
Демиан почувствовал неожиданную свежесть, глядя на Доа, которая с удовольствием смотрела в ясное небо.
Чувство потери и пустоты, которое темнило его разум, как будто смыло.
На самом деле, он думал, что ему всё равно, если он умрёт.
Поэтому, когда Сальвьер подошёл к нему с вопросом "что ты такое", он вызывающе предложил убить его.
Он просто хотел взорвать свою гниющую душу. Просто исчезнуть из этого мира без следа.
У мальчика, который просто плыл по течению жизни, появилась новая цель.
'Я хочу стоять рядом с тобой с гордостью.'
Он не хотел оставаться для Доа просто мальчиком, которому она спасла жизнь.
Он не хотел жить беспомощно и умереть, оставшись в истории как несчастный принц, забытый всеми.
"Выживу до конца."
Он выживет, как она сказала.
Он выживет, чтобы уничтожить всех, кто был причастен к убийству его матери, и сядет на кровавый трон императора.
И тогда...
Он не знал. У него не было достаточно знаний, чтобы представить что-то большее.
Если бы у него было желание, он хотел бы, чтобы она была рядом с ним, когда он станет императором.
Он хотел удержать её любыми средствами.
'Ты сказала, что станешь моей.'
Она обещала остаться с ним навсегда.
Даже если он не станет сияющим солнцем, если он станет императором и выведет её из этого замка...
Тогда всё будет хорошо.
Этого было достаточно, чтобы жить.
* * *
'Чтобы оставить Демиана рядом со мной, мне нужна причина.'
Но подходящей причины не было.
Он был слишком молод, чтобы быть её телохранителем, и слишком низкого происхождения, чтобы быть её игровым товарищем.
Если оставить его без причины, он может быть изгнан из замка в деревню.
Реакция стражников у ворот и Руби была достаточно ясной.
Когда она сказала ему, что ему нужна причина, Демиан ответил, что попробует решить это сам.
"Ты уверен, что справишься?"
"Попробую. Должна быть причина, по которой герцог Кредель так легко впустил меня в замок."
Это правда. И это была проблема, которую нужно было решить прямо сейчас.
Жить или умереть.
Доа взяла Демиана и попросила встречи с герцогом Кределем.
И вскоре они смогли встретиться с ним.
"Я согласился на вашу просьбу, потому что скоро уезжаю на север."
Когда они пришли, герцог Кредель готовился к походу на восточную границу.
Он был занят из-за участившихся нападений монстров по всему континенту.
Конечно, это не было его обязанностью, но если бы он не вмешался, многие невинные люди погибли бы, поэтому он был занят.
Доа внимательно осмотрела его в серебряных доспехах.
С виду он был настоящим героем из иллюстрации, что вызывало раздражение.
'Разве он не уехал на юг?'
Он был главой семьи, но его было трудно увидеть.
Конечно, он не пренебрегал своими обязанностями как защитник севера.
Север был мирным и никто не голодал.
Хотя сама Доа голодала.
'Он так много путешествует, что внутренними делами занимается его жена.'
Ангелус был занят до смерти.
Уже десять лет как на континенте наступил мир, но герцог всё ещё ведёт войну.
Бесконечную войну.
"Выйдите на минутку."
Пьетро коротко приказал ожидающим рыцарям.
И вскоре они остались втроём.
http://tl.rulate.ru/book/69665/3626012
Сказали спасибо 8 читателей