Готовый перевод Вселенная ИКС / Вселенная ИКС: Глава 25. Тайный проход

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

– Ага, щас, – не согласился Жальник, настороженно вглядываясь во тьму. – Не торопись с выводами. Я, как и ты, люблю надеяться на лучшее, но предпочитаю быть готовым к худшему. Это полезно для выживания.

– Интересно, как выглядит этот страж? – Машта беспокойно мяла в руках ремень пращи, передумав его прятать после сообщения о предстоящем визите. – И что за допуск требуется?

– Вот как появится, так сразу узнаем ответ на все вопросы, – Жальник вложил кинжалы в ножны, прошел дальше на несколько шагов и встал вполоборота, чтобы контролировать взглядом и коридор впереди, и то, что происходит за спиной. Суккуба, тоже не дожидаясь указаний, звонко процокала по мрамору копытами и встала рядом с ним. Вдвоем они полностью перекрыли двухметровую ширину коридора, образовав надежный заслон для остальных.

Не долго думая, Кроха тоже решила принять вахту и зависла над их макушками светильником. Фейри уже без всякой боязни крутилась вокруг демонессы, не скрывая своего любопытства столь необычным спутником. Разве что на ее плечо пока приземлиться не рискнула для более тесного знакомства. Кстати, весьма горячее плечо – температура тела Мараны была невероятно высокой, исходивший от нее словно от печки жар ощущался в двух шагах, можно было подумать, что в ее жилах течет кипяток, или горит пламя. Может, так и было. До сих пор она не получила ни одной царапины, и не только потому, что Жальник первый удар старался брать на себя – шкура у этой дочери Хаоса обладала невероятной прочностью, вполне согласующейся с ее параметрами выносливости и жизни.

У Машты, присевшей рядом со мной на корточки, тревожно блестели глаза. Она поглядывала то на меня, то в темноту, клубившуюся за границей освещенной Крохой зоны. Да и Рырк себе места не находил – вся его мохнатая фигура прямо подергивалась от неистового желания броситься очертя голову хоть на разведку, хоть в бой. Волновались все. Жальник прикидывался невозмутимым, но его выдавали руки – он то и дело поглаживал пальцами рукоятки кинжалов. Марана, хоть и замерла живой статуей, но забыла приструнить хвост, обвивший голени и живущий собственной жизнью – костяной кончик непрерывно постукивал по копытам. Мне ничего не оставалось, как делать вид, будто мне известно больше чем кажется, и все идет путем. Рыба, как говорится, гниет с головы, и если лидер позволяет себе психовать в опасной ситуации, то и остальные, глядя на него, быстро пойдут вразнос. Не рвался к такой роли, но придется вживаться.

– Зуб, ты как, в порядке? – поинтересовался Жальник, нарушив тягостную паузу. – Сражаться сможешь?

– Дай мне пять минут, и хоть на танцы приглашай.

– Все шутишь… – Машта вздохнула, нервным движением ладошки взъерошив кудряшки на затылке. – Не факт, что они у нас есть, эти пять минут.

– Вот и используйте время с максимальной пользой, – с деланным спокойствием посоветовал я, сворачивая пробку у фляги. – Пока восстанавливаюсь, проверьте оружие и снаряжение, распределите характеристики, если есть что распределять.

Эффект от «Душелова», хотя и сработал лишь частично, позволил почти полностью затянуть полученные от гончих повреждения – багровые рубцы сквозь изорванные штанины выглядели все еще скверно, что на бедре, что на голени, но движений раны больше не стесняли. Легкое нытье, не более, Знак Алана и то прижигал куда сильнее. Но мне до зубовного скрежета надоел вид собственной крови, так что пока лучше воздержаться от самостоятельных вылазок без поддержки группы. Иначе в следующий раз все может закончиться гораздо печальнее. Хорошо еще, что не подвела интуиция в ситуации с гончими. Пожадничай я с крисами и займись распылением трупов − потерял бы десяток-другой невосполнимых секунд и отправился бы прямиком в Колыбель.

Сомневаюсь, что эту загадку с тайным входом смогут разгадать демоны, даже зная теперь, что решение есть. Придется им убираться несолоно хлебавши. Возможно, они будут поджидать снаружи, пока не закончится время фазы Пламени, но проблемы лучше решать по мере поступления. Сейчас же нужно сделать так, чтобы охранник не вышиб нас обратно за дверь, прямо в загребущие лапы преследователей.

Мысленно переключив режим синергетического эффекта на «Родство Душ: горячая кровь» и тем самым ускорив свое восстановление, я побрызгал из фляги на раны, помогая организму строительным материалом для восстановления клеток. Затем вгрызся зубами в кусок мяса из сумки. Пришлось угостить и Фурию – как только взялся за перекус, она сразу сунулась ко мне с вожделенным урчанием и жадным взглядом. Еще бы, энергии на «Метаморфа» она потратила прорву и кисуле тоже не помешал бы перерыв от бовки. Но Машта права, неизвестно, сколько времени у нас в запасе. Возможно, уже через считанные секунды снова станет горячо.

– Жаль, Зуб, запас прочности у твоих поделок уже на исходе. – Танк с нескрываемой досадой провел пальцами по правому наручу, пробитому в нескольких местах. Его панцирь тоже выглядел не лучше – посеченный и продырявленный когтями, а кое-где и с вырванными клочьями, он сейчас больше напоминал решето.

– Радуйся тому, что имеешь. – Я флегматично пожал плечами. – Иначе пришлось бы считать дырки не на панцире, а на себе.

– Справедливо, – нехотя признал разбойник. – Свое дело бронька сделала, но дальше придется осторожничать. Ну, не привыкать. А в следующий раз придумаешь что-нибудь попрочнее, твой уровень уже позволяет. Идея-то хороша. Как у тебя, кстати, дела с прокачкой «Плети»?

– Неплохо: 99 из 100. Не хватило удара для второго ранга.

– Вот сейчас и наверстаешь.

– Думаешь, не договоримся? – напряженно поинтересовалась Машта, когда я, завинтив фляжку, расслабленно откинулся на стенку. – Со стражем?

– Кто знает. Сам факт проникновения еще не дает нам права находиться здесь безнаказанно. А значит страж, которого должна прислать охранная система, может оказаться весьма недружелюбным.

– И чему тогда мы радуемся? – едва не вспылила Машта, взвинченная кажущимся спокойствием остальных. – Нас едва не раздавили демоны, а сейчас припрется страж, который может быть как элиткой, так и боссом этих подземелий…

– Потому что теперь мы знаем, в каком направлении копать, – веско ответил за меня Жальник. – Так что, еханый бабай, без паники, все путем.

– Верно, – поддержал я. – Как и вы, я понятия не имею, что подразумевается под допуском. Может, это предмет, вроде какого-нибудь ключа, или тайное слово, или еще что-то. Это не столь важно. Тут главное – сама информация. Ведь про этот проход никто в локации не знал и у меня только что появилось стойкое ощущение, что именно так можно преодолеть охранный периметр Цитадели Крика с минимальными потерями. А серпантин, как я и предполагал, всегда был тупиком. Непреодолимым препятствием. Я могу ошибаться… Но скоро мы это в любом случае выясним. И если не справимся сами, привлечем изгоев или ракшей. Как думаешь, Рырк, сумеем привлечь твоих родичей?!

– Ракшасы любить битва! – с горящим взором подтвердил тигроид.

– Честно говоря, глядя на этот чистенький коридор, хочется думать, что все трудности уже позади, – вздохнула Машта, поднимаясь с корточек и выпрямляясь.

– Отлично тебя понимаю, – я кивнул. – Но вряд ли так будет на самом деле. Чую, повозиться с подземельем еще придется. Постарайся все же успокоиться, твоя нервозность действует на остальных.

– Представь, как это было бы здорово… Убраться из этого вечного холода, подальше от проклятого снега, который давно похоронил этот мир. – Машта снова вздохнула, и в ее глазах проступила смертельная усталость, навеянная не столько этим походом, сколько ситуацией в целом. Она слишком долго здесь пробыла. И теперь, когда появилась надежда, ее душевные силы, похоже, оказались на исходе. – Если есть хоть один шанс из ста, что мы благодаря тебе на верном пути, то я с тобой до конца.

А если я ошибусь – она сломается. Не выдержит очередного разочарования. Невысказанное вслух, это ясно прозвучало в ее тоне, в ее взгляде.

– Ценю твое признание, – предельно серьезно заверил я. – Постараюсь сделать все, что в моих силах.

– И еще меня весьма интересует, почему нет никаких достижений, раз мы первые, кто сюда попал, – добавила Машта с неприкрытым сожалением, возвращаясь к насущным проблемам.

– Согласен, кое-кто зажал нам положенные плюшки, – Жальник в кои-то веки присоединился к мнению низуши. Похоже, рассказанная ею история о себе и своих сородичах наконец пустила в его душе корни, да и общие сражения начали подтачивать установившуюся между ними стену недоверия и вражды.

– Рырк думать, рано! – Ракшас взвился пружиной, размахивая своими кинжалами как крыльями ветряной мельницы. За эти минуты он от нетерпения уже успел присесть и вскочить раз двадцать, у этого парня явно шило в одном месте.

– Мохнатый верно говорит, – я подтянул поближе Пламень и убедился, что в замене усилителя пока нет необходимости, оголовье сияло ровным синим светом, хотя и не так ярко, как сразу после зарядки кристаллом-усилителем. – Мы лишь подобрались к решению квеста ближе всех, но сам квест еще не решен. Потому и достижений никаких нет.

– Если бы он еще и изъяснялся связно, то совсем стало бы сказочно, – проворчал Жальник, не первый раз уже подчеркивая, что мнение аборигена его интересует мало.

– Рырк говорить хорошо! – обиделся на выпад ракшас, сердито сдвинув мохнатые брови и встопорщив усы. – Человеки понимать Рырк! Рырк понимать человеки!

– Еще бы ты нас не понимал, – с тем же пренебрежительным тоном отмахнулся Жальник. – Мы-то говорим по-человечески. А ты – через пень-колоду.

Лично для себя я уже твердо уяснил, что взаимоотношения с местными народностями важны для нашего выживания, а значит, стоит их воспринимать всерьез, как и игроков из Крепости изгоев. Поэтому пришлось для общей пользы успокаивать обоих:

– Спокойнее, Жал, не обижай союзника. Сейчас потренируемся. Ну-ка, Рырк, повторяй за мной: ракшас любит сражаться.

– Рырк любить…

– Ты не торопись, я тебя никуда не гоню. Итак: Рырк любит битву.

– Любить… – с несчастным видом повторил тигроид.

– Мда, заело тебя, как испорченную пластинку. Попробуем иначе. Давай-ка от первого лица. Повторяй за мной: я люблю…

– Ррррырк любить! – ракшаса прямо перекосило от усилия сказать иначе, видно было, что старается, но это выше его возможностей.

Так, придется пока повременить с обучением.

Пока длилась пауза с отдыхом, в сторону плиты, перекрывшей путь преследователям, каждый из нас неоднократно бросал опасливые взгляды. Напряжение, вызванное неизвестностью и неопределенностью ситуации, сгущалось с каждой секундой бездействия. И так как ждали лишь меня, то пришлось подниматься, подхватив с коленей Пламень. Я сразу попробовал перенести вес на поврежденную голень, и оказалось, что наступать уже вполне терпимо.

– Вот что, дамы и господа. По пути и выясним, что же нас ждет впереди – ловушки, стражи, или то и другое вместе, так что…

– Рырк любит битву! – выпалил ракшас, ошарашенно вытаращив на нас оранжевые глаза – наверное, сам не ожидал, что получится.

[Новый навык] «Ментор», ранг 1 (1/100): твои наставления будут услышаны. Харизма + 1 (10).

О как. Вот и плюшка – нежданная-негаданная.

– Любит?! Ты смотри-ка, заработало, – с искренним изумлением хмыкнул Жальник. – Ты на него благотворно влияешь, Зуб, я его за месяц ничему не смог научить.

– Потому что ты и не учил, – довольно улыбнулся я, сам понимая, что отчасти лукавлю. Раз заработал прибавку к харизме, то харизма в первую очередь и повлияла на «обучение» ракшаса. И, соответственно, на получение навыка. – Видимо, недовольного брюзжания здесь недостаточно, нужно сознательное усилие. Марана, ты готова?

Суккуба весь привал простояла молча, внимательно прислушиваясь к нашему обсуждению. Услышав вопрос, она кивнула и сделала шаг вперед, демонстрируя готовность к продолжению приключений. Хотел бы я знать истинные причины, по которым она присоединилась к нам. Догадки о тяге к божественному покровителю – всего лишь догадки, высказанные, чтобы успокоить себя и спутников. Но кто успокоит меня самого? На данный момент эта суккуба для нас по-прежнему темная лошадка, хоть и скрепленная узами клана и аурой трубки, процедуру с которой, кстати, вскоре придется повторить…

Не знаю, что именно она уловила в моем взгляде, но видимо, сомнений у меня было больше, чем казалось самому. Суккуба вдруг сделала два быстрых шага в мою сторону, ее руки метнулись к моему лицу и острые коготки впились в виски…

Поток чужих мыслеобразов обрушился на сознание неукротимой стихией, выбросив в иную реальность. Не знаю, как долго это продолжалось, но когда стены коридора снова проступили перед глазами, я обнаружил, что едва стою и под руки меня поддерживают Жальник с Маштой. В голове стоял гул штормового прибоя, зрение расфокусировалось, словно при тяжелейшем опьянении, и встревоженные голоса спутников не сразу достучались до моего сознания, долетая, будто сквозь вату:

– Зуб?! Да приди в себя! Не время впадать в прострацию!

– Что она с тобой сделала?! Что вообще происходит?!

– Рырк любит сражаться! Рырк любит убивать!

– Никого ты убивать не будешь, – через силу ответил я. – Все в порядке.

Отыскав взглядом Марану, я облегченно перевел дух. Она в напряженной позе стоявшую в сторонке, куда ее отогнали соклановцы. Фурия встала между нами непреодолимой преградой, грозно порыкивая на демонессу. Кроха с возмущенным видом вилась над головой дочери Хаоса, словно бомбардировщик, готовящийся к сбросу ядерного боеприпаса. А ведь пока я был не в себе, могли и напасть, если бы сочли ее действия действительно враждебными. Вероятно, лишь воздействие умиротворяющей ауры трубки не дало ситуации сорваться в штопор и непоправимо все испортить.

– Но что это было? – продолжала выпытывать Машта. – Зачем она это сделала?

– А как… это выглядело со стороны? – я с силой встряхнул головой, чтобы прогнать тонкий противный звон из ушей. Вроде получилось.

– Да она будто вскрыла тебе когтями череп, – озадаченно пояснил Жальник. – Но следов вроде нет.

Я сдержал усмешку. Она и вскрыла. Только не физически. Но об этом лучше умолчать, чтобы не нагнетать обстановку. Теперь стало понятно, что суккуба может овладеть нашим языком, но произойдет это нескоро, а обмен информацией был необходим именно сейчас. Способ не самый приятный, но видимо, другого не было, чтобы показать мне, что именно она чувствует и думает. При таком тесном контакте ложь невозможна и теперь я мог с полной уверенностью не опасаться удара в спину. Если вычленить из лавины образов и мыслей то, что она пыталась до меня донести, то вкратце суть в следующем.

Никогда раньше не складывалось такой уникальной ситуации, когда Сердце уничтожалось раньше Хранительницы. Суккубы – всего лишь слуги, безликие рабы сил Хаоса, стоящие на довольно низших ступенях существования и служения, и очередь возрождения, в которую они попадают после гибели, велика, если не сказать – бесконечна. Если им выпадает шанс воскреснуть дважды за столетие, то и это великая милость Хаоса. Избавив Марану от рабства логова, сам того не ведая, я подарил ей настоящую свободу. Шанс на совершенно другую, лучшую, осознанную жизнь. Потому что любая жизнь, как бы она не сложилась, лучше забвения. Демонесса останется со мной, пока не погасит этот долг. И только после этого будет вольна выбирать путь самостоятельно.

Именно поэтому, а не ради божественного покровителя, она так упорно старалась меня найти. Трубка лишь послужила приятным бонусом к ее поискам в подземельях, путеводным маяком, связующей нитью. Как бывшая Хранительница Сердца, она все еще имела влияние на чужие логова, и сумела воспользоваться системой их взаимодействия, буквально прорастив нужные ходы туда, где она меня ощущала. Ей это путешествие стоило немалых сил, на пределе возможностей.

Но контакт с ней оказался столь силен, что я не хотел бы его повторения ни в ближайшем, ни в отдаленном будущем. У демонессы не было опыта в подобных вещах, и она не рассчитала усилий. В мозгу все еще вспыхивали картины иного мира и для человеческого существа в этом мире было слишком много разрушительного огня. Оттуда пришли крипуары, вторглись в Лунную Радугу, чтобы уничтожить локацию и на ее осколках воздвигнуть новую, превратив ее в часть своей огненной вотчины. Демоны проделывали это уже бесчисленное множество раз, только так и возможно было расширение их Великой Бездны, и отряды вторжения крайне редко терпели поражение. Им и здесь вторжение почти удалось, если бы не Феникс Крик… Хотя из-за него все и началось. Но это уже давняя история.

– Ты точно в порядке? – переспросила Машта, прервав мои лихорадочные раздумья.

– Да. – Я выпрямился, усилием воли заставляя вернуться к настоящему. – Марана? Не делай так больше.

Суккуба, поколебавшись, виновато кивнула.

– Что именно ты сейчас узнал? – Жальник изучающе прищурился, смекнув, что произошло.

– Неважно. Нам пора двигаться дальше.

– Дождались, – вдруг выпалила Машта, хватаясь за кармашек со снарядом.

Фурия зашипела и попятилась. Я резко повернул голову, глядя, как из тьмы коридора примерно в метре над полом выплывает светящийся шар.

«Элементальный страж Цитадели Крика»: 30-й уровень, энергетический голем.

Размером с футбольный мяч, он напоминал сгусток темно-синей энергии, выпускающий красные искры и выбрасывающий короткие черные протуберанцы. Система выделила название моба желтым цветом, что говорило о его нейтральном отношении к гостям, но в любой момент отношение могло измениться на враждебность. Например, если мы нападем первыми или не подтвердим некий допуск.

Страж замер в воздухе, не долетев метров пять, на зыбкой границе света и тьмы.

– Только не дергайтесь, – я невольно понизил голос. – Никаких резких движений. У кого есть идеи, что делать?

– Вообще-то мы думали, что идеи есть у тебя, – тоже шепотом ответила Машта.

– Вот-вот, – поддакнул Жальник. – Включай котелок, Зуб, это ты у нас генератор новых решений.

– Вам мозги тоже никто не отключал, – огрызнулся я. – Так что нечего отлынивать.

– Рырк любит думать, надо атаковать! – едва сдерживаясь, возбужденно прорычал ракшас.

– Да кто бы сомневался, тебе лишь бы подраться… – Жальник осекся и удивленно добавил. – Эээ… Что это было?

Повисев в воздухе, страж развернулся и медленно поплыл в темноту обратно. Метра через три снова остановился.

– Что-то я тоже не поняла, – нахмурилась Машта, не забывая держать пращу наготове. – А как же допуск?

– Может, мы ему просто понравились, вот и допуска не потребовалось? – не менее озадаченно хмыкнул Жальник. – Кстати, мне одному кажется, что эта штука приглашает следовать за собой?

– Не только тебе, – кивнул я. – На всякий случай держим дистанцию. Ближе чем на пять метров не приближаемся. Жальник, вперед!

Как только разбойник осторожными шажками двинулся в сторону стража, тот так же неторопливо устремился дальше. Так что о дистанции беспокоиться не пришлось – страж поддерживал ее сам.

Вскоре выяснилось, что подземных коридоров тут невесть сколько. Ну кто бы сомневался. Это, похоже, общая тенденция всех подземелий Лунной Радуги. Ходы все время закручивались и пересекались в самых причудливых комбинациях, и если бы не наш проводник, мы бы давно запутались в этой подземной паутине. Почему-то неотступно преследовало ощущение, что стоит заговорить, нарушить звенящую тишину неосторожным звуком, и это путешествие бесславно и скоропостижно закончится нашей смертью.

Видимо, так казалось не только мне – молчали все. Под сводами коридора затихающим шелестом разносился лишь звук шагов и нашего дыхания. Порядок движения сложился с самого начала и уже не нарушался: Жальник двигался первым, с фонариком фейри над головой, за ним – Машта, затем я в паре с Фурией, в спину мне хрипло дышал Рырк, а замыкала наше шествие цокаящая копытами Марана. А так как затылок Машты все время маячил перед моими глазами, я не мог не задуматься о ее рассказе снова, просто чтобы хоть чем-то занять мысли, пока не разрешится эта неизвестность.

История Машты… Нехотя выданная по пути, история Машты оказалась довольно прозаичной и… паскудной по сути. Неудивительно, что меня держали в неведении – о таком не рассказывают первому встречному. Да и вообще не рассказывают без серьезных причин. О таком стараются стыдливо забыть, словно этого и не было. Вычеркнуть эту черную страницу из жизни.

Проблема взаимоотношения полов… Именно в этом и было все дело.

Для таких чужаков, как далрокты и охтаны, женщины, не принадлежавшие к их расе, не представляли интереса абсолютно. Поэтому на данный период существования этой проблемы в Крепости не было, тишь да гладь. Меня это тоже не особо беспокоило. Сказать, что Машта, несмотря на мелкую комплекцию, не привлекала меня именно как девушка – погрешить против истины. Очень даже привлекала. Хотя бы из-за прозаического отсутствия выбора, пусть это и звучит грубовато. Глубинные природные инстинкты, усиленные самой сутью аватара, ведь никуда не денешь, не отключишь, как ненужные опции. Но есть несколько немаловажных обстоятельств, помогающих не зацикливаться на этой теме. Во-первых, Машта и Чупа уже имели своих защитников, а я всегда старался в таких случаях вести себя разумно и не встревать в чужие отношения. По крайней мере мне кажется, что в прошлой жизни я себя так и вел и пока меня не тянуло изменять привычкам, являющихся частью моей натуры. Во-вторых… Да, умом я понимаю, что эти две симпатичные низуши – взрослые существа, но их рост… он соответствует росту восьмилетнего ребенка с Земли! Уже одно это коробило при мысли об ухаживании и инстинктивно включало что-то вроде родительской заботы вместо влечения. И еще. Когда все вокруг внове, а каждый неправильный шаг может дорого обойтись, то заботишься в первую очередь о выживании, а не о сексуальных приключениях. Это роскошь, которую уместнее отложить на потом, для более подходящей ситуации, места и времени.

Увы, не все такие сдержанные, как я. Сколько людей, столько характеров. Стоит предположить ситуацию, когда две очень даже симпатичные «самочки» обитают среди четырех десятков не слишком сдержанных на желания «самцов»… И поневоле задумаешься о последствиях.

Вообще, неприятно осознавать, что из представленных в Лунной Радуге рас только люди в сексуальном плане оказались совершенно «всеядны». Даже как-то обидно за нас, человеков. Но чего уж тут удивляться, если даже на Земле, где женщин в избытке и выбор весьма широк, и то не переводятся извращенцы всех цветов и оттенков, на овец и то находятся любители. А если так получается, что нет никаких моральных запретов, и большая часть социума состоит из выродков, то ситуация рано или поздно становится взрывоопасной и неуправляемой.

Именно так и обстояли дела месяц назад, когда в Крепости верховодил клан «Ночные тени». Тогда проблема полов и их неравного соотношения стояла крайне остро, ведь спрос многократно превышал предложение, и Чупе с Маштой буквально не давали проходу. Девушкам постоянно приходилось ходить в сопровождении своих парней, чтобы не случилось беды. Их группа именно поэтому как можно чаще вызывалась дежурить на охотничьей стоянке, лишь бы находиться подальше от основной массы изгоев.

Но эти меры срабатывали лишь до поры до времени.

Да, не все люди были откровенными подонками, кто-то просто оставался в стороне. Слабость, трусость, равнодушие, недомыслие или извращенный интерес – весь спектр низменных причин для самооправдания, лишь бы не вмешиваться в происходящее. Плюс полное отсутствие таких сдерживающих общество факторов, как органы правопорядка, общественное неприятие и порицание, тюремное заключение. Они и так в Лунной Радуге считали себя на каторге, только вот полагали, что надзирателей здесь нет, можно творить все, что вздумается, потому что прав тот, кто сильнее, а значит можно без всяких последствий гнобить всех, кто не согласен с выбранным курсом. Не всем это нравилось, напряжение постоянно возрастало и катастрофа неизбежно приближалась.

Низуши в тот роковой день разделились. Оставив Колина на охотничьей стоянке досиживать смену, остальные отправились в крепость поучаствовать в загодя объявленном боевом аукционе. Их не насторожило, что этот аукцион против обыкновения проводится в отсутствие рейдовых игроков, которые в тот день были заняты Цитаделью Крика. Показалось, что напротив – меньше народа, меньше проблем. И зря. Именно рейдовики, с наибольшим числом адекватных личностей, и сдерживали до поры накал страстей, а без них в Крепости осталась одна лишь шваль.

Фаге был убит первым, едва низуши вступили в общий зал крепости. Просто попытался заступиться за Чупу. А дальше было бегство. Понимая, что им не оторваться от длинноногих преследователей, низуши решили воспользоваться тайным ходом, который открыли недавно и не успели сообщить о нем остальным. Как я понимаю, они придержали его для себя на всякий пожарный, но эта хитрость не сработала, так как сбежать в долину ракшасов не удалось. Открыв проход, они на свою беду столкнулись с проходившим мимо «мохнатым» рейдом из двадцати элитных воинов. И рейд ракшасов, чрезвычайно воодушевленный такой удачной оказией, по их трупам ворвался в крепость…

Когда Колин, не дождавшись смены, решил выяснить что происходит и обнаружил, что в Крепости уже хозяйничают ракшасы, то с риском для жизни в режиме скрытности проник к терминалу Усыпальницы. Весь запас кридов находился именно там и пока его не забрали ракшасы, запас можно было или унести или использовать на месте...

В ходе этих признаний я узнал очередной важный нюанс, о котором мне не сочли нужным рассказать раньше. Сейвы – не панацея. Неконтролируемое воскрешение нередко ведет лишь к новой смерти, а то и к окончательной, так как у тех, чье время возрождения выпадает в фазу крипуаров, имеются все шансы быть стертым из списка Усыпальницы навсегда: демоны поглощают души. Процесс автоматической активации сейва можно обойти лишь одним способом – если скорректировать время воскрешения через терминал Усыпальницы. А для этого нужен дополнительный крид. И само собой, крид должен соответствовать игроку по рангу, чтобы не потерять уровни. Минимальная поправка времени кратна четверти суток, поэтому допустимые отсрочки можно вводить на 6, 12, 18 и так далее часов.

Именно это Колин и сделал первым делом. Но, позаботившись о своих, он решил пойти дальше. Чтобы такой ситуации больше не повторилось, нужно было изменить расклад сил на будущее. Увы, изучив весь список Усыпальницы, он так и не нашел в нем душ сородичей, кроме тех, кто уже входил в их пятерку. Возможно, коротышки вообще не должны были попадать в Лунную Радугу и лишь какой-то роковой сбой системы повинен в том, что они здесь все-таки оказались. Так же обстояло дело и с далроктами. Умерших не было и у них. Весь список Усыпальницы заполняли души сотен охтанов и людей.

И тогда Колин совершил то, за что впоследствии охтаны и далрокты, опираясь на свои представления о доблести, стали презирать всех низуши, сочтя всю их расу двуличной, коварной и трусливой. Они навсегда исключили их из списков рейда и отстранили от любых обязанностей, кроме права дежурить на охотничьей стоянке.

В Крепости имелась куча бесполезных кридов первого ранга. Этот запас Колин пустил на возрождение людей, и мало того, что сбил им характеристики до нижнего предела, так еще и загнал момент их возрождения в фазу Пламени, сознательно обрекая на смерть. Жестокая месть сработала почти безукоризненно: большинство «теневиков» сгинуло бесследно, без повторного возрождения, все их сейвы сгорели синим пламенем. С теми, кто все же сумел выбраться из системной ловушки, сперва расправлялся лично Колин, как единственно выживший из низуши. Затем подоспели с Колыбели сородичи и к Колину в праведной мести присоединился Аркуш. Каждый из них действовал в одиночку, по очереди, чтобы не привлекать внимания охтанов и далроктов, а остальные низуши для отвода глаз как и раньше занимались повседневными обязанностями на охотничьей стоянке. К тому времени, когда далрокты разгадали их мстительную игру, спасать было уже некого, да и незачем. Людской клан «Ночные Тени» исчез полностью, до последнего человека, и состав крепости бесповоротно изменился, что так или иначе устроило всех. Не пожелав принимать чужаков в свои ряды, люди сами себе подложили свинью.

Вот почему кланы в крепости после этих событий оказались под запретом. Своего клана далрокты не имели, в «огрызки» чужих вступать не собирались и другим объединяться не позволили, чтобы избежать усиления чьей-либо власти в дальнейшем.

18-й уровень Машты являлся банальной и весьма досадной ошибкой Колина. Когда действуешь в лихорадочной спешке, когда тебя возле терминала в любую секунду могут спалить захватчики, то ошибиться немудрено. Для возрождения подруги Колин нечаянно зарядил крид первого ранга и девушке пришлось подниматься вновь с десятого уровня. Вот почему она так не желала отдавать кристалл Чупы – чтобы подруга не повторила ее участи, ведь далрокты не станут ради них тратить запасы крепости.

И еще кое-что.

Жальник начала ссоры людей с низуши не видел, так как когда он вернулся с проводниками от Колыбели, куда его водили засейвиться, как и меня, сражение с ракшами в Крепости уже кипело полным ходом. Он с ходу ввязался в драку, но шансов у него тогда, новичка, не было ни малейших, так что его скрутили в момент.

Думаю, что и сейчас Машта не стала откровенничать до конца. Подозреваю, что когда низуши схлестнулись в крепости с отморозками, простым убийством дело не ограничилось. «Ребятишки» успели позабавиться или с ней, или с Чупой, отсюда такая ненависть к людям… В общем, история паскудная. Месть коротышек, возможно, чересчур жестока, ведь не все люди были подонками, но понять их можно. Не исключено, что я и сам бы поступил аналогично в схожей ситуации, чтобы избавить друзей от проблем с чужаками. Но я все-таки человек и мне не безразлична судьба людей, как бы плохи они не были. Ведь далрокты и охтаны со своим загадочным менталитетом до сих пор остаются для меня личностями темными и непонятными. В общем, я еще не пришел к какому-то определенному мнению, не знал, как именно теперь относиться к коротышкам. Но хотя бы мое сочувствие девчонки заслужили. Теперь же людскую диаспору нужно возвращать и низуши мне в этом помогут, никуда не денутся. Уж пара десятков достойных возрождения личностей найдется даже на их предвзятый взгляд…

– Да неужто пришли?!

Голос Жальника прервал мрачные раздумья.

Длившийся не менее часа и показавшийся невыносимо долгим путь и в самом деле наконец куда-то привел. Метров через десять коридор обрывался и на этой границе ярко сиял свет, легко затмевая фонарик-Кроху. Именно туда и отправился страж. Больше не дожидаясь нашей группы, он увеличил скорость и канул в ослепительно освещенную зону, попросту исчезнув из виду.

– Стоп! Ни шагу дальше!

– Опять твоя интуиция? – не без скепсиса поинтересовался Жальник. – Но за всю дорогу у нас не было ни одной стычки.

– Именно поэтому осторожность стоит удвоить.

– Рырк любит ходить на разведка!

– Ты бы его еще парочке новых слов обучил, что ли, а то задолбал своим «любит», – хмыкнула Машта.

– У меня есть идея получше, – я пропустил ее реплику мимо ушей. – Кроха, посмотри, что там. Только осторожно.

Фейри заработала крылышками, подлетела к границе света и сунула в нее золотоволосую голову. Словно в замочную скважину заглянула. Видимо, не обнаружив ничего опасного, Кроха вновь вжикнула крылышками и… юркнула в это ослепительное марево целиком, исчезнув, как и страж. Я запоздало чертыхнулся. Останется жива, я ей устрою… бурю в стакане. Ничего я ей не сделаю. Но хоть бы предупредила, егоза беспечная. Секунды текли одна за другой, а фрейм здоровья фейри оставался в полном порядке. На мысленный зов она не откликалась скорее всего из-за свойств светового барьера, но и назад почему-то не спешила..

– Ладно, давайте глянем, – решил я, не в силах больше терпеть неизвестность, судьба Крохи меня беспокоила не на шутку.

Стоило шагнуть сквозь сияние и оно померкло. Я медленно двинулся вперед, а спутники, преодолев барьер следом, разошлись по сторонам, настороженно оглядываясь. Мы оказались в просторном цилиндрическом помещении диаметром около десяти метров и примерно такой же высоты. Светильники здесь уже были без надобности, так как ровный свет сочился сквозь сами стены, облицованные медово-желтым янтарем и украшенные резными барельефами танцующих крылатых женских фигурок, поразительно похожих на...

Угу. Фейри.

Грациозные фигурки застыли в разных танцевальных позициях и если быстро пройтись взглядом по всей окружности зала, то возникает ощущение отплясывающего вокруг нас хоровода.

Но наши взгляды сейчас были прикованы не к ним, а к статуе из такого же сияющего изнутри янтаря, которая стояла посреди зала. Высотой в человеческий рост, статуя была выполнена столь искусно, что казалась одушевленной, живой. Полупрозрачная ткань невесомого воздушного одеяния, совершенно не скрывая очертаний прекрасного тела, казалась именно тканью, а не все той же поделкой из янтаря.

За спиной этой фейри-переростка широко распахнулись полупрозрачные крылья, а в поднятых на уровне плеч изящных ладонях неподвижно замер страж, тот самый, что привел нас сюда.

Здесь же обнаружилась и Кроха, целая и невредимая.

Простая душа, она уселась верхом на стража, который успел потускнеть и превратиться в гладкий стеклянистый шар, и завороженно уставилась в лицо янтарной копии.

http://tl.rulate.ru/book/17119/356790

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)
Сказали спасибо 37 пользователей

Обсуждение:

Еще никто не написал комментариев...
Чтоб оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода
Инструменты
Скрыть инструменты     Ночной режим