Готовый перевод Вселенная ИКС / Вселенная ИКС: Глава 13. Новый договор

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Пробежка по туннелям не запомнилась.

Думал лишь о том, чтобы не переломать в темноте ноги и успеть добраться до Крепости раньше, чем ракша прикончат любители кровавых развлечений. Без сопровождения я петлял по извилистым проходам первый раз, но карта помогла сориентироваться и не заблудиться. Кроха работать фонариком отказалась, она даже летать не смогла – сидела на плече с таким видом, словно ее вот-вот стошнит, явно надорвалась, бедолага. А зажигалка похерилась с остальным добром в логовище. Но удивительное дело: темнота уже не была такой полной, как раньше, и даже без фонарика дорога просматривалась довольно сносно. Похоже, ночное зрение каким-то образом развивалось, надо будет потом глянуть на изменения в наборе навыков, если они, конечно, есть. На бегу этим заниматься было не с руки, не хотелось спотыкаться и терять драгоценные секунды. Да и Фурия помогала ориентироваться, острое звериное зрение уверенно вело ее вперед, указывая дорогу.

Все-таки успел. Почти успел.

Нарастающий с каждым шагом гул голосов послышался задолго до того, как я выскочил из туннеля на простор и остановился, стараясь отдышаться и оценить ситуацию.

Да что б вас!

Знакомая картина: все население крепости собралось поглазеть на Поединок Доблести. В воздухе стоял дикий гвалт, от которого закладывало уши – полсотни изгоев азартно издавали резкие вопли и махали мечами в задранных над головами руках. Впрочем, резвились аккуратно, не задевая друг друга.

За эти дни я уже успел понять, что если бой касается непосредственно охтанов, то они превращаются в образец хладнокровия. Но будучи зрителями, они дают волю чувствам без оглядки на приличия. Даже увидев толпу, я все еще надеялся, что развлекаются они не с ракшем, а между собой. Увы. Взгляд выхватил именно ракша: его мохнатая четырехрукая фигура носилась в кругу внутри толпы, сражаясь с одним из охтанов. И противник у Рырка оказался двадцатого уровня, хотя сам он – шестнадцатый. Для поединка было принято подбирать равных по силе бойцов, но, видимо, меньше просто не нашлось.

Понять такие развлечения я вполне в состоянии. Кроме ремонта снаряжения, примитивной игры в кости и участия в розыгрыше допущенных к аукциону вещей, здесь по вечерам и заняться-то больше нечем. Тоска зеленая, а не жизнь. Поэтому боевой аукцион пользовался особенной народной любовью. Но ракш мне нужен живым! И вот что теперь делать? Пренеприятная ситуация, когда не знаешь, как себя вести, а ошибка может быть чревата... Вот как можно отобрать развлечение у такой толпы и надеяться, что тебе после этого не переломают кости? Как минимум? Пока добирался сюда, надеялся, что успею придумать какой-нибудь волшебно-сногсшибательный способ разрулить ситуацию в свою пользу, так чтобы и овцы остались сыты, и волки целы… тьфу, то есть наоборот. А сейчас, глядя на вопящих чужаков и мелькающие мечи, понимаю, что морально к такому повороту не готов и в усталой голове ни одной путной мысли.

Мохнатому, кстати, вернули его четыре клинка, позволив сражаться привычным стилем, охтан же бился двумя мечами. Так что не так все плохо… Но было видно, что ракш уступает противнику в мастерстве и разница в уровнях сыграла в этом не последнюю роль. Рырк прыгал, вертелся, наносил выпады из немыслимых для человека позиций, но его натиск бессильно разбивался о клинки охтана, который, казалось, просто стоит на месте и приходит в движение лишь в последний момент, чтобы отразить удар. К тому же вся «одежда» тигроида состояла лишь из широкого пояса дубленой кожи с гроздью ножен и набедренной повязки, именно в таком виде он появился в крепости, а охтан был затянут в кожу и металл. Рырк сражался отчаянно и храбро, но шерсть на груди и лапах ракшаса уже слиплась от крови, а его противник на вид был цел и невредим. И это равная схватка? Вот так они тут понимают справедливость?!

Фурия глухо зарычала, чувствуя мое паршивое настроение и нарастающий гнев. Как назло, низуши в толпе не видны, а ведь можно было как-то повлиять на ситуацию через них, все-таки они хорошо известны изгоям и хоть какой-то авторитет имеют. И не факт, что окажутся в своей комнате, если рвану на их поиски, лишь потеряю драгоценное время.

Взгляд выхватил фигуру далрокта, которая с дальней от меня стороны возвышалась над толпой, как ледокол среди айсбергов. Чжер. Тот, кто заведует сервис-центром в оружейке. Сейчас, видимо, именно он присматривал за порядком, пока остальные его соплеменники отдыхали. Пора было на что-то решаться: либо плюнуть на безнадежное дело и убраться в свою комнату, чтобы рухнуть на пол и забыться тяжелым сном, либо как-то вмешаться. Страшновато, черт побери. Машта явно сгущала краски насчет нрава охтанов, но…

Я оценивающе глянул на Фурию. Внешне она лучше выглядеть почти не стала, ребра проступали сквозь драную шерсть, но подкормка на стоянке и пробежка налегке по туннелям все же пошли ей на пользу – тонус поднялся до 80%. На нее можно рассчитывать… Но не стоит. Лучше уж рисковать самому, иначе и ее порвут на ленточки. Если что, дам команду вырваться из Крепости без боя и ждать снаружи, пока вернусь с точки возрождения. Ей и без меня найдется чем заняться – охотой, например. Главное, чтобы изгоям на глаза не попадалась…

Но пока я малодушно тянул время, ситуация из просто скверной за мгновенье превратилась в катастрофическую. Очередной звон клинков оборвался воем ракшаса, пронизанным нестерпимой болью. И видимо, я потерял контроль над своими нервами. Воплощая мое подспудное желание, Фурия молнией рванулась вперед, сквозь цепочку болельщиков, в прыжке принимая боевую форму. Шерсть на ее теле буквально взорвалась, с костяным перестуком вздыбилась длинными иглами от загривка до хвоста, превратившись в колючую броню.

Из попавшихся на ее на пути охтанов кто успел отпрыгнуть, а кто, задетый тяжелым стремительным телом, отлетел в сторону, едва удержавшись на ногах. Приземлившись в центр арены между бойцами, Фурия завертелась исчадием ада, оскалив жуткую пасть с длинными изогнутыми клыками. Дымчато-серый окрас ее тела потемнел до угольной черноты, морда покрылась треугольными чешуйками с выгнутыми наружу заостренными краями (словно проступили звенья кольчуги из зачерненного металла), костяные дуги выступили из верхней челюсти, утолщаясь к надбровьям и переходя в длинные шипы мгновенно ороговевших ушей. Не было больше ни тощих ребер, ни проплешин, проеденных кислотой, ни заживающих шрамов: боевая форма сбросила все повреждения, как змея сбрасывает кожу при линьке. На арене очутилась могучая зверюга крайне опасного вида и в ее глубоко утопленных глазницах свирепой угрозой вспыхнули изумрудно-зеленые глазища, высматривая того, кто посмеет напасть первым. И тут уже неважно, что у нее всего лишь двенадцатый уровень – выглядела она на все двадцать.

Я и сам не заметил, как оказался рядом – не бросать же своего питомца в беде. Толпа настороженно замерла, не понимая, что происходит. Шум заметно стих. Противник ракша озадаченно опустил мечи, с его клинков капала кровь. А ракшас с заметным усилием поднялся с колен. Его верхняя пара рук по-прежнему сжимала мечи, но вторую пару ему пришлось бросить, чтобы зажать освободившимися пальцами кровоточащий обрубок нижней левой конечности. Кисть отсекло с частью руки на пару сантиметров выше запястья. На удивление, фрейм здоровья Рырка пока оставался на высоте, его рана вовсе не смертельная, но его поражение теперь неизбежно. И опасная пауза, своим напряжением наэлектризовавшая окружающий воздух, грозила вот-вот закончиться. Первый же негодующий крик сметет тишину и события понесутся вскачь. Мой взгляд снова метнулся к далрокту. Раз Чжер тут главный, то и действовать нужно было через него, причем сразу, но я слишком отупел от усталости и упустил нужный момент для вмешательства. А теперь остается лишь попытаться хоть как-то сгладить ситуацию.

– Чжер, есть важная информация для выживания Крепости. – Хотел сказать громко и отчетливо, но голос хрипел, как раздолбанный динамик. – Но ракшас должен выжить. Поединок нужно отложить.

Далрокты недаром считались прирожденными командирами, в этом Машта не соврала. Чжеру понадобилось всего пара секунд, чтобы принять решение. Он повелительно махнул рукой и рокочущим голосом отдал распоряжение:

– Ракшаса в клетку. Следуй за мной, человек.

Не веря, что все получилось так просто, я украдкой перевел дыхание и поспешил по живому коридору – охтаны расступились, пропуская мощную фигуру Чжера. Негромко, но многообещающе порыкивая, Фурия замкнула процессию для охраны тыла. Недовольный гул голосов стал затихать, когда мы скрылись в оружейке и только тогда напряжение меня слегка отпустило.

– Ты сумел привлечь внимание, человек, – Чжер опустился на табурет за единственным столом, отодвинул увесистый том Летописи, сложил на столешнице громадные руки и уставился на меня сверлящим взглядом горящих изнутри глаз. – В первый день появился здесь с питомцами, с уникальным мечом. Низуши тебя не тронули. Теперь устроил представление в Крепости. Что позволило тебе думать, что охтаны тоже тебя не тронут? Или это обычная для людей самонадеянность?

– Низуши не тронули? – Непонимающе переспросил я, нахмурившись – что-то многовато за эту ночь слышу про полуросликов и все в неблаговидном контексте. – Что это значит?

– Выкладывай, в чем дело, – Чжер проигнорировал вопрос. – И побыстрее. Постарайся доказать, что действительно знаешь нечто стоящее – иначе бой возобновится. Нельзя отбирать у игроков простые и понятные зрелища.

Показалось, или в глазах великана мелькнуло веселье? Ну, мне сейчас не так забавно, как ему, он здесь представитель власти, а я – никто. И что-то этим никем мне уже быть порядком надоело.

Я оглянулся, почуяв, что с Фурией что-то не так. Зверюга легла на пороге, чтобы перекрыть вход. И, уронив голову на лапы, смотрела в нашу сторону каким-то потухшим взглядом. Боевая форма уже уходила из ее тела, вытянув при обратном процессе жалкие остатки энергии, которая и так почти вся убилась на превращение. Не собирался ведь использовать, но так уж вышло. Дикоше было чертовски больно и эта боль зудящим отголоском плескала по моим нервам. Но зверюга терпела, лишь дышала тяжело, с надрывом. Я мысленно поклялся, что как только выпадет свободная минутка, сделаю все, чтобы накормить ее до отвала, даже если самому придется голодать.

Не дожидаясь приглашения, я опустился на предназначенный для посетителей табурет, такой же неказистый, как и тот, на котором восседал далрокт. Приличными столярами и плотниками Крепость явно не могла похвастаться. Кроха спикировала на Летопись, бесцеремонно уселась голой попой на край книги, толщина которой позволяла ей спокойно болтать ногами над столешницей, и беззастенчиво уставилась на великана васильковыми глазищами. Чжер скосил на нее взгляд – видно было, что фейри вызывает у него любопытство, но воздержался от замечаний. И изучающе прошелся по моим лохмотьям, заставив внутренне поежиться. И снова ничего не спросил. Понятно – мои доморощенные доспехи его интересуют куда меньше, чем охтанов. Как назло, стоило только об этом подумать, как тело принялось зудеть под панцирем именно в тех местах, куда я не мог дотянуться. И особенно почему-то под правым наручем. Пот и грязь разъедали кожу не слабее кислоты главоглазов, а о помывке оставалось только мечтать. От доспехов точно придется избавляться в ближайшее время, иначе сойду с ума от чесотки. Панцирь снять еще куда ни шло – достаточно срезать ремни и стянуть через голову, а вот наручи и поножи, закостеневшие насмерть, придется вскрывать как консервную банку.

В общем, я сидел и мучительно пытался подобрать подходящую для начала разговора фразу. После которой меня выслушают, а не отправят пинком наружу, как нашкодившую собачонку. Но ничего в голову не шло. Увы, сейчас из-за вяло соображающих мозгов я был не в том состоянии, чтобы разводить тонкую дипломатию и блистать остроумием, так что есть справедливое опасение, что ляпну что-нибудь лишнее. Доказывай потом, что хотел как лучше, или имел в виду совсем другое.

– Мне нужна минутка… отдышаться, – хмуро обронил я. – Собраться с мыслями. Пробежка... далась тяжко. Едва успел к поединку.

– Минутку я тебе дам, – далрокт, к счастью, почему-то решил проявить терпение. – Твой вид является следствием прохождения логова?

– Низуши доложили?

– Доложили, – подтвердил далрокт. И бесстрастно добавил: – Что ты там сгинул.

– Неудивительно. – Мне захотелось заступиться за Машту и ее компанию, все-таки немало хорошего для меня сделали, и приняли по-доброму. – Все так и выглядело. Я бы и сам так решил, окажись на их месте.

– Рассказывай, – властно велел Чжер. – Кратко.

– Хорошо. Охотились на крокоедов. Я выманивал их с лежбища, забирался на камни и изображал приманку, низуши их отстреливали с безопасной дистанции. – Общаясь с Чжером, поневоле заражаешься его манерой говорить короткими рублеными фразами. Да и вдаваться в подробности у меня не было ни сил, ни желания, хотелось закончить все побыстрее и свалить на отдых. – Метод проверенный, но последний раз произошла осечка. Нарвались на рейд дионисов…

– Как ты оказался в логове? Выбрал неверное направление при бегстве? Или действовал сознательно?

– Бегство? – я оскорбленно усмехнулся. Это обвинение в трусости, что ли? – Не было никакого бегства. Улетел вверх тормашками прямо с камня, когда дионисы пустили в ход пращу.

– Камень, где отплясывал перед крокоедами, сам выбирал, или низуши подсказали?

– Низуши… А есть разница?

– Уник остался в логове, человек? Сейвы еще не все истратил?

– Да… – прямо какой-то допрос с пристрастием. Поневоле начинаю чувствовать себя виноватым, хотя и не понимаю, в чем именно.

– Если так, то не советую торопиться на перерождение. Пока есть сейвы, сможешь рассчитать момент смерти самостоятельно. Но сперва подрасти в уровнях, легче будет вернуться в отведенный для изгоев период суток.

Будничный такой совет, как за чашкой чая на кухне. Всего-то дел – самоубиться с максимальной пользой, чтобы вернуть привязанный к душе предмет. Как подумаешь – вздрогнешь.

– Спасибо за пояснение, но я и не собираюсь…

Видимо, далрокт подумал о том же – что пора вернуть разговор к причине, по которой он состоялся.

– Так зачем ты прервал Поединок Доблести, человек?

– Я здесь недавно, Чжер, – я выдел имя далрокта интонацией, намекая, что оно есть не только у него. – Многого еще не знаю, но кое-что понять успел. Сколько уже рейдов в Цитадель Крика окончилось ничем? Впрочем, цифра не важна. Если делаешь то, что делаешь всегда, то и результат будет одинаковый.

– Выражайся яснее.

– Должны быть другие пути для решения проблемы. Не стоит переть по протоптанной дорожке лишь потому, что она так очевидна. Дело вот в чем… До того, как я попал сюда, у меня была работа, связанная с поиском решений именно для таких проблем: сложные или невыполнимые задания. Мне необходима лишь свобода действий. Если я буду торчать на вахтах с низуши, то ничего так и не изменится, под лежачий камень вода не течет. А еще мне нужна группа добровольцев…

– И откуда такая уверенность, что ты это решение найдешь?

– Если я попробую, Крепость ничего не потеряет. А вот если что-то получится, выиграют все.

– А ракшас тебе нужен, чтобы наладить переговоры с аборигенами? – откровенная усмешка Чжера неприятно царапнула в душе. Такое ощущение, что все мои мысли и чаяния, лихорадочно барахтающиеся в сознании, он видит будто на ладони. Да уж, он определенно не глуп.

– Что, я не первый такой гениальный, кто предлагает подобное? – я осторожно усмехнулся в ответ.

– Придется тебе кое-что объяснить, человек, раз этого так и не сделали низуши. Аборигены не общаются с изгоями. Коби не в счет, эти существа созданы для обслуживания остальных, выполнение эпика от них не зависит. Переговоры через них провести невозможно, их интересуют только торговля и ремесло. Ракши и дионисы нас не переносят. Нападают всегда, если видят возможность победить.

– Вообще-то об этом Машта мне как раз говорила. А каких еще вы ожидали результатов, убивая их при малейшей возможности? Но есть у меня одна мысль. – Я глубоко вздохнул, как перед прыжком в воду. Отчаянно не хотелось выкладывать информацию о квесте, поэтому я решил зайти с другого бока – вдруг выгорит. – Когда игрок только попадает в локацию, его личная репутация с аборигенами нейтральна…

– Пробовали, – перебил Чжер, мгновенно сообразив, что я имею в виду. Вот черт. И с чего я взял, что мое предложение будет свежо и оригинально? Только идиотом себя выставил. – Мы посылали для переговоров тех, кто еще не убивал местных. Напрасная трата времени и бойцов. Несколько раз специально отлавливали их молодняк, что у ракшей, что у дионисов, со стариками разговаривать уже бесполезно, ненависть не способствует взаимопониманию. Мы перепробовали все, человек. И методом проб и ошибок остановились на рейдах. Да, мы проигрываем. Но с каждой вылазкой мы продвигаемся все дальше, собирая и анализируя информацию. У тебя все?

– Значит, мое предложение о самостоятельной группе не подходит? – угрюмо уточнил я, упав духом. – Но я по-прежнему думаю, что мой опыт и есть та самая ниточка, которая размотает ваш гордиев узел.

– Умники неистребимы, – Чжер пожал широкими плечами, заставив кожу доспехов скрипеть. – Им самое место в Усыпальнице. Каждая смута из-за таких, как ты, дорого обходится Крепости.

– Смута? – непонимающе переспросил я. – Что ты имеешь в виду?

– Ложные надежды и передел сфер влияния. В последнюю такую смуту Крепость потеряла человеческую диаспору, что не улучшило положения.

– Машта рассказывала, что людей истребили во время прорыва в Крепость…

– Это лишь следствие, – отрезал далрокт заметно похолодевшим тоном. – А причина – разлад. Низуши плохо объясняют. Не справились с обязанностями. Подставили. Солгали о твоей смерти. Скверно. Придумаю наказание.

Мда. Чем дальше в лес, тем гуще туман. Похоже, Машта рассказала о том событии далеко не все, что знала.

– Что значит – подставили?

– Сам поймешь, когда проспишься. Вот что, человек…

– Зубоскал, – хмуро поправил я. – Зуб. Можно – Алекс, это мое настоящее имя.

– Не советую перебивать еще раз, – огонь в глазах Чжера вспыхнул ярче, поглощая зрачки. Выглядело это настолько жутко, что я сразу заткнулся, дав ему договорить. – Если захочешь уйти из Крепости в самостоятельный поиск, то никто тебя не держит. Но выживать будешь на свой страх и риск. И помни – Усыпальница имеется только в Крепости. А чтобы заслужить право возрождения, нужно немало для Крепости сделать.

Шах и мат. Открытым текстом – если сгину по собственной дурости, истратив сейвы, то это исключительно моя беда, а не Крепости. Поговорили, называется. Но пока имелись соломинки, за которые можно было ухватиться, я продолжал упорствовать:

– Есть еще кое-что. Насколько я понял, здесь нет регистратора кланов. Так получилось, что у меня клан есть. Это могло бы принести нам всем пользу. Дополнительный опыт, клановые бонусы на способности…

И снова Чжер перебил, не дав закончить мысль:

– Здесь около десятка представителей разных кланов. Отрыжка песочниц. Есть договоренность – никто не будет усиливаться за счет других, пока не откроется выход из локации. Предупреждены все. Никто не примет твоего предложения. Не посмеют. Были печальные прецеденты.

Чжер поднялся из-за стола, ясно давая понять, что прием окончен. Мне поневоле тоже пришлось подняться. Да что за засада – куда ни кинь, всюду клин… И ведь ничего особенного не сказал, но чем дольше я находился рядом с далроктом, тем меньше мне хотелось здесь оставаться. Его манера вещать отрывистыми фразами и психологическое давление, которое он оказывал на меня одним своим присутствием, вызывали дикий дискомфорт и вгоняли в депрессию глубже, чем опустошающая усталость. Проклятая харизма…

Так что, ничего не остается, как рассказать о квесте? Вот же гадство. Личные квесты вообще штука почти интимная, а исходя из взаимоотношений между ракшасами и изгоями, сброс квеста при разглашении произойдет почти наверняка. Возможно, я делаю из мухи слона и это задание ровным счетом ничего не значит. Но с тем же успехом, учитывая, что в Лунной Радуге к решению эпика никто даже близко не подобрался, этот квест может оказаться, образно говоря, тем самым ключиком, который откроет тайную замочную скважину. Рискнуть? Или убраться несолоно хлебавши?

В сильнейшем раздражении я с такой силой дернул правый наруч, что он развалился на куски, словно яичная скорлупа (вот тебе и прочность!), и сквозь оставшиеся от рукава куртки лохмотья принялся яростно расчесывать ногтями нестерпимо зудевшее место. И попытался еще раз воззвать к разуму далрокта, решив хранить тайну до последнего:

– Дай мне ракша на один день, я все равно хочу попробовать. Пока у меня с ним нейтральная репутация, есть шанс до него достучаться. Еще успеете его прикончить! Прошу тебя!

И тут этот великан вдруг резко наклонился над столом и схватил меня своей лапищей за правое запястье. Сердце едва не выпрыгнуло из груди. Я инстинктивно дернулся, вообразив, что сейчас он кисть мне просто оторвет. Но хотя хватка у далрокта оказалась стальной, ничего отрывать мне он не собирался. Протянув другую руку, он рванул лохмотья, отодрав рукав по самое плечо. И увидев, что привлекло его внимание, я изумленно замер. На внутренней стороне локтя серебристо тлела знакомая паутина. Та, что раньше украшала ладонь, а потом якобы исчезла.

– Почему ты не сказал, что у тебя есть знак божественного покровителя?! – рявкнул далрокт, зловеще оскалив клыки.

Честно говоря, я не знал, как на это реагировать. Поэтому обескураженно замер. Фурия, тяжело вскочившая на лапы, когда этот здоровяк схватил меня за руку, снова послушно улеглась, выполняя мысленную команду. Кроха взмыла в воздух, не сводя с нас испуганного взгляда. Мы все перед ним – словно детишки перед разъяренным взрослым. Полнейшее ощущение бессилия.

– А это что-то меняет? – осторожно поинтересовался я, не пытаясь вырваться – все равно невозможно, а разозлить – разозлю.

– Единственное, что может изменить расклад сил в Лунной Радуге – это появление божественного покровителя, – медленно проговорил Чжер, не сводя горящего взгляда с паутины. – Местная легенда о Цитадели Крика тебе знакома?

– Да, Машта говори…

– Здесь нет богов. До сих пор не было. Не знаю, как тебе удалось…

«Ни черта мне не удалось», – мелькнула мрачная мысль. Я ведь отказался от покровителя, кто ж знал, что в нем здесь такая необходимость. И хорошо, что Чжер не знает о потерянном артефакте. Иначе, нисколько в этом не сомневаюсь, тут же отправит меня на перерождение, чтобы вернуть цацку. Попробуй еще докажи, что она – пуста. Погоди-ка… А так ли это? Знак не исчез. Он лишь сместился по руке от ладони к внутренней локтевой впадине. И зудит так, что хочется содрать кожу… Так Алан все еще со мной?!

– Имя? Назови имя покровителя! – потребовал Чжер.

Я вздохнул и послушно отрапортовал:

– Алан Темный. Бог боли и коварства. Это все, что я о нем знаю. И его присутствия я до сих пор так и не ощутил. Даже в логове, когда мне пригодилось бы любое преимущество, он так и не объявился. Ты уверен, что этот знак – не пустышка?

– А ты уверен, что действительно старался его призвать? – вопросом на вопрос прорычал Чжер. Я и не подозревал, что эти гиганты способны так разволноваться. – Доступ к божествам в Лунной Радуге закрыт. Но этот Знак ясно говорит о том, что ты – его единственный связующий канал с этой реальностью. Чтобы усилить Его присутствие здесь, ты должен призвать это божество. Должен развить способности, данные этим божеством. И набрать неофитов. Нам нужна Его сила, чтобы взять Цитадель Крика и вырваться отсюда!

– Послушай, Чжер. Я понятия не имею, как это должно работать. И по-прежнему думаю, что эта паутина – пустышка…

– Молчи, человек. За тебя говорит невежество. Первая способность, которую ты получил от Него – ты должен ее развивать в первую очередь. Все остальное приложится само собой.

– Да нет у меня никаких способностей от Алана! – взорвался я. – Потому и говорю – пустышка!

Озадаченный сверх меры, далрокт наконец выпустил мою руку и выпрямился. Задумчиво заговорил, сдвинув кустистые брови:

– Но Знак… Он должен был сгинуть, как у всех остальных… Все лишились своих покровителей…

И тут я сообразил – как. Артефакт. Я буквально пронес покровителя в локацию с помощью «Молчаливой подруги», как черта в табакерке, заставив системную «таможню» дать сбой. Причудливое стечение обстоятельств. Так значит, Алан Темный действительно все еще здесь?! И что же получается, перерождения мне не избежать? Ведь теперь нужно вернуть уже две вещи… И срочно.

– Хорошо, – далрокт с силой хлопнул ладонью по столу, заставив массивную столешницу вздрогнуть. – Я организую тебе группу. С этого дня освобождаю тебя от вахт, займешься прокачкой. Снаряжение получишь за счет Крепости, теперь одеть тебя – в наших интересах. Твоя же задача – приложить все силы, чтобы установить связь с божеством, дать ей окрепнуть.

– Да как, черт возьми?! Как я это сделаю?!

– Завтра решим. А теперь иди, отдыхай. Нам, далроктам, нужно подумать.

– Мне все еще нужен ракшас, не забыл?

– А ты отчаянный малый, – Чжер усмехнулся, блеснув клыками. – Ракшас твой. Выметайся!

http://tl.rulate.ru/book/17119/354033

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)
Сказали спасибо 43 пользователя

Обсуждение:

Еще никто не написал комментариев...
Чтоб оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода
Инструменты
Скрыть инструменты     Ночной режим