Готовый перевод I Become a Martial Arts God in the Chaotic Demon World / Я становлюсь богом боевых искусств в хаотическом мире демонов: Глава 41

– Прошу прощения, прошу прощения, запоздал я, ик!

Линь Вэньчжэн, кланяясь и извиняясь, громко рыгнул, и в воздухе тут же появился отчетливый запах алкоголя.

Выражение лица Сун Канюаня стало слегка недовольным. Он чувствовал, будто потерял всякое достоинство перед Цянь Сунъюанем.

В глазах Цянь Сунъюаня мелькнуло презрение, но он все же произнес: – Уважаемый Линь, вы и правда человек с характером, но ничего страшного, ничего страшного. Прошу, присаживайтесь.

Следовавший за Линь Вэньчжэном Чжан Тяньян оставался невозмутимым, но Хань Чжэн ясно чувствовал, что в этот момент Чжан, вероятно, хотел одного: проткнуть Линь Вэньчжэна насквозь.

Отношения между государственным двором и школами боевых искусств никогда не были особенно дружелюбными.

Герой, использующий боевые искусства, может легко совершить преступление.

Такие герои были нежеланными гостями для двора. Что уж говорить о крупной школе, подобной Мечу Горы Цан, которая контролировала целый регион.

Сам Линь Вэньчжэн не чувствовал, что потерял достоинство. Но Чжан Тяньян, как член Бюро Очищения Демонов, ощущал в этот момент жуткую потерю своего собственного достоинства.

Если бы ему не нужно было скрывать свою принадлежность к Бюро Очищения Демонов, Чжан Тяньян наверняка вышвырнул бы Линь Вэньчжэна вон.

Сун Канюань хлопнул в ладоши, призывая прислугу подавать блюда.

На стол выставили череду редких деликатесов, некоторых из которых Хань Чжэн в своей прошлой жизни даже и не пробовал.

И пусть в уезде Чёрного Камня росли цены на зерно, это никак не мешало этим высокопоставленным чиновникам уездного центра наслаждаться роскошными шелковыми одеяниями и пышными пиршествами.

Все вокруг рассыпались в комплиментах Цянь Сунъюаню, щедро расхваливая, сколь удивительна школа Меча Горы Цан.

Особенно возбужден был главный писарь Линь.

Он всегда мечтал отправить сына за пределы уезда Чёрного Камня, не желая, чтобы тот прожил свою жизнь впустую в маленьком уездном городке.

Он никак не ожидал, что Линь Цин не только поступит во внешнюю секту, но и что это будет именно Секта Меча Горы Цан – одна из главных и самых значимых сект Южной Горы!

Чжан Тяньян смотрел на поведение собравшихся и ощущал лишь глубокую горечь.

Секретарь Линь был важным государственным чиновником, но все его мысли занимало лишь то, как отправить ученика в секту, а не служить Двору императора.

Когда Секты Боевого Мира, подобные Секте Меча Горы Цан, открыто принимали учеников и собирали к себе талантливых героев, в ранние годы Великой Чжоу такие действия считались строжайшим запретом.

«Вы, как секта, так открыто собираете таланты? Что, планируете восстание?» – думали тогда.

А что сейчас? Теперь никто даже бровью не ведет.

Даже такие люди, как Секретарь Линь, с готовностью отправляли своих выдающихся учеников в секту, вместо того чтобы направлять их на службу государству.

Линь Чжэнвэнь, уездный управляющий, казался совершенно безразличным к таким вещам; напротив, он был занят непрерывными тостами, будто пришел сюда исключительно, чтобы выпить.

В этот момент Шэнь Чэншань, старейший предок Семьи Шэнь, поднял чашу, обращаясь к Цянь Сунъюаню:

– Старейшина Цянь, на этот раз в уезде Чёрного Камня вы приняли двух учеников во Внутренний Круг. Вас ведь не затруднит взять ещё одного?

Цянь Сунъюань улыбнулся и ответил:

– Конечно, не затруднит. Наша Секта Меча Горы Цан всегда рада принимать талантливых людей, чем больше, тем лучше.

Шэнь Чэншань потянул к себе стоявшего рядом Шэнь Цуньхая, давая ему знак встать.

– Это мой прямой потомок из Семьи Шэнь, младший брат Шэнь Цунъюня, лучшего среди молодых бойцов Секты Тяньган, который недавно достиг Врожденного Царства Совершенства. Я вас попрошу, Старейшина Цянь, проверить его врожденный талант и телосложение, чтобы узнать, сможет ли он тоже присоединиться к Секте Меча Горы Цан.

Шэнь Цуньхай был на несколько лет старше Хань Чжэна и Сун Тяньцина, ему было примерно двадцать четыре или двадцать пять лет.

Хотя для столь юного возраста достижение Врождённого Царства, несомненно, свидетельствовало об исключительности личности, но, учитывая его прямое происхождение из семьи Шэнь, этот возраст в сочетании с уровнем культивации казался несколько натянутым.

К тому же, Хань Чжэн заметил, что когда Шэнь Чэншань представлял его, лицо Шэнь Цунхая светилось довольством. Однако стоило Шэнь Чэншаню сначала упомянуть Шэнь Цунъюня, а затем назвать Цунхая его братом, как выражение лица Шэнь Цунхая тотчас помрачнело, хотя он и пытался выдавить из себя подобие улыбки.

В стороне Пан Фэйянь, дочь Пан Хэйху из Банды Чёрного Тигра, незаметно подняла большой палец вверх, указывая на Шэнь Цунхая, её глаза сияли, выдавая глубокое восхищение. Однако Шэнь Цунхай в тот момент даже не взглянул в её сторону, целиком устремив свой взгляд, полный надежды и ожидания, на Цянь Сунъюаня.

Хань Чжэн погладил подбородок, словно постигнув мысли Шэнь Цунхая.

… Иметь гениального брата, который постоянно висит над головой, и с самого детства быть объектом сравнений – было бы странно, если бы это не влияло на его состояние духа, – подумал он.

- Это тот самый Шэнь Цунъюнь из Секты Тяньган, который при вступлении во Внутренний Круг немедленно постиг истинные наставления, а в течение месяца развил одну из четырёх великих Энергий Ган Секты Тяньган – Божественную Энергию Ган Ледяной Души Бэйчэнь?

Секта Тяньган и Секта Меча Горы Цан обе были ведущими сектами Южной Горы и входили в число Пяти Семей и Семи Сект. Поэтому об их выдающихся учениках все знали как на ладони.

- Именно так, - ответил Шэнь Чэншань с оттенком гордости.

Семья Сун из Восточного Города являлась ветвью могущественной семьи Сун Небесного Клинка, семья же Шэнь из Западного города не могла похвастаться столь глубокими корнями. По сути, она была лишь кланом практикующих боевые искусства из захолустного уезда. Лишь с появлением Шэнь Цунъюня они по-настоящему прославились за пределами своего городка, обретя известность во всём мире боевых искусств.

— Значит, нужно взглянуть поближе, — произнес Цянь Сунъюань.

Он крепко взял Шэнь Цунхайя за запястье, и поток Истинной Ци устремился в его тело.

На самом деле, проверка таланта и физической конституции – довольно простая процедура: достаточно лишь проследить за скоростью циркуляции и усиления Истинной Ци в теле.

Один и тот же поток Истинной Ци движется внутри тела; у одних его сила едва удваивается после завершения одного цикла Циркуляции, тогда как у других она возрастает в сто, а то и в тысячу раз.

Один будет трудиться целый год ради прорыва, в то время как другой достигнет его за один день; столь огромной может быть разница в таланте и конституции.

Хотя сила практика боевых искусств не может всецело основываться на таланте и конституции – свою роль играют такие факторы, как темперамент, проницательность, упорство, удача и даже практические боевые навыки.

Однако все эти качества слишком расплывчаты и неосязаемы; лишь талант и конституция являются конкретными и стандартными критериями для Сект и знатных семей при выборе учеников.

Мгновение спустя Цянь Сунъюань отпустил его руку и тщательно подбирал слова.

— Будучи братом Шэнь Цунъюня из Секты Тяньган, он, разумеется, обладает похвальным талантом и конституцией. Однако, учитывая, что его брат является истинным учеником Внутреннего Двора Секты Тяньган, я полагаю, ему будет лучше присоединиться к Секте Тяньган, где за ним присмотрит его родня.

Услышав это, Шэнь Чэншань тут же понял истинное положение дел.

Талант Шэнь Цунхайя был весьма посредственным, более того – настолько посредственным, что не позволял ему даже вступить во Внешний Двор Секты Меча горы Цан.

Эту же Врожденную культивацию, взращенную посредством целебных ванн и пилюль духа, они откровенно презирали.

Это было сказано лишь для того, чтобы сохранить лицо семье Шэнь, будто он больше подходит для Секты Тяньган.

На самом деле, можно было выразиться иначе: будучи учеником семьи Шэнь, если бы Шэнь Цунхай и впрямь обладал выдающимся талантом, он бы, вероятно, давно отправился культивировать в Орден Тяньган. К чему же ему было тогда оставаться в уезде Чёрного Камня?

Шэнь Цунхай не смог выдавить из себя даже натянутой улыбки, и лицо его мгновенно исказилось.

Опасаясь, что тот скажет что-то неуместное, Шэнь Чэншань поспешно поблагодарил их, а затем усадил.

Пан Фэйянь прильнула к Шэнь Цунхаю и принялась утешать его:

- Братик Хай, не отчаивайся. Да кому нужен этот Орден Меча Горы Цан? Мы непременно присоединимся к более могущественному Ордену в будущем.

Шэнь Цунхай раздражённо махнул рукой, никак не реагируя на её слова.

Он даже в Орден Меча Горы Цан не смог попасть, что уж говорить о каком-то более великом Ордене?

В этот момент Го Кай также взволнованно подвёл Го Минъюаня.

- Могу ли я попросить старейшину Цяня взглянуть, улыбнётся ли моему сыну удача присоединиться к Ордену Меча Горы Цан?

Осмотр одного ничем не отличался от осмотра другого, и Цянь Сунъюань не стал возражать.

Однако, осмотрев его, Цянь Сунъюань прямо заявил:

- Путь боевых искусств тернист и полон опасностей. Советую вам не отпускать сына по этому пути. Вполне неплохо прожить жизнь и богачом.

Шэнь Цунхай был братом Шэнь Цунъюня, поэтому Цянь Сунъюань всё же сохранил ему лицо и выразился более тактично.

Но с Го Каем, видным собаководом в городе, Цянь Сунъюань не стал церемониться. Он прямо заявил, что данные Го Минъюаня совершенно не подходят для культивации боевых искусств.

В одно мгновение лицо Го Минъюаня стало ещё мрачнее, чем у Шэнь Цунхая.

В этот момент Ли Цзинчжун также поднялся:

- Это Хань Чжэн, ученик нашей Академии боевых искусств Чжэньвэй. Он не имел никакой изначальной основы в боевых искусствах, но достиг Врождённого Царства менее чем за год; его восприимчивость отнюдь не слаба.

Цянь Сунъюань окинул взглядом возраст Хань Чжэна и изумлённо поинтересовался:

- Неужели он действительно достиг Врождённого Царства за год? И это без помощи целебных ванн или иных ресурсов?

Рядом с ним Чэнь Байцин произнёс:

- Могу ручаться. Все целебные ванны в Округе Чёрного Камня поставляются через мой Зал Шэнхэ. Хань Чжэн воспользовался целебной ванной лишь единожды, уже после того, как достиг Врождённого Царства; до того момента никакой внешней помощи ему не оказывалось.

- Дайте взглянуть.

Цянь Сунъюань внезапно проявил живой интерес. Для выходца из незнатной семьи достичь Врождённого Царства в таком юном возрасте было весьма непросто. Он не ожидал встретить столь незаурядные способности среди молодых учеников в таком захолустном месте, как Округ Чёрного Камня.

Хань Чжэн протянул руку, позволяя ему провести проверку. Он не беспокоился, что Цянь Сунъюань обнаружит, что он изучал иные Техники Культивации, или заметит какую-либо аномалию внутри его тела. Проверка таланта заключалась лишь в пропускании Истинной Ци по телу по замкнутому циклу и не являлась глубоким исследованием. Если же кто-то попытается проникнуть в меридианы и акупунктурные точки тела Мастера боевых искусств, то немедленно столкнётся с отторжением.

Спустя некоторое время Цянь Сунъюань отпустил его руку, слегка нахмурившись.

- По правде говоря, ваши способности можно описать как… весьма посредственные, до чрезвычайности. Среди обычных Мастеров боевых искусств вас, возможно, сочли бы достаточно сносным, однако в нашей Секте Меча Горы Цан вы находитесь где-то в самом низу, не годитесь даже для внешнего круга учеников. У вас есть реальный боевой опыт?

На это Ли Цзинчжун вмешался:

- Да, есть. Хань Чжэн силён в бою. Он охранял торговый караван, будучи ещё в Постнатальном Царстве, и даже сумел одолеть демона-кабана поздней стадии Постнатального Царства.

Цянь Сунъюань кивнул:

- Теперь всё понятно. Мастера боевых искусств, как правило, быстро преуспевают в Культивации на ранних этапах, а сражения способны стимулировать меридианы и акупунктурные точки, способствуя прорывам.

Прорываться вперёд быстрее всего получается в смертельных битвах, но это относится лишь к Уровню Приобретённого и Уровню Врождённого.

Талант и телосложение — это не про сейчас, это про будущее.

Сун Тяньцин, стоявший рядом, был потрясён, узнав, что Хань Чжэн на самом деле прорвался до Уровня Врождённого. Став наследником семьи Сун, он никогда не испытывал недостатка в ресурсах, таких как лечебные ванны. И всё же, он оставался в шаге от Уровня Врождённого. Как Хань Чжэн мог так быстро его превзойти? Теперь, услышав слова Цянь Сунъюаня, он наконец почувствовал себя в равновесии.

— Моя благодарность, старший Цянь.

Ли Цзинчжун потянул Хань Чжэна, усаживая его обратно, и прошептал:

— Не падай духом. Хотя пути в боевых искусствах и отличаются, кто может быть уверен в будущем?

— Не волнуйтесь, учитель. Подобные вещи меня не сломят.

Хань Чжэн ничуть не переживал.

— Талант?

Ему хотелось рассмеяться, когда кто-то упоминал талант в разговоре с ним — игроком, у которого были свои козыри.

После оценки способностей все снова начали общаться и выпивать.

Цянь Сунъюань, однако, умел общаться, расхваливая по очереди учеников каждой семьи, включая и Хань Чжэна. Он говорил, что хотя врождённый талант и телосложение Хань Чжэна были не так уж велики, его сообразительность достойна похвалы; в будущем он мог бы даже превзойти своего учителя.

Он также похвалил Ли Цзинчжуна за его высокое мастерство преподавания, сказав, что двое его учеников были достаточно квалифицированы, чтобы присоединиться к Секте Меча Горы Цан, и что даже оставленные в Мире Боевых Искусств, они будут высоко цениться.

Остальные тоже присоединились к похвалам и комплиментам, но всё внимание было приковано к Линь Цин и Сун Тяньцину.

Хань Чжэн спокойно сидел и ел, почти невидимый, как воздух.

В тот год, в восемнадцать лет, в Доме Пьющей Луны, он казался чем-то совсем незначащим.

http://tl.rulate.ru/book/138450/6830242