Перевод Вселенная Бездны / Вы призвали не того! (книга 7): Глава 60 - Последний этаж :: Tl.Rulate.ru

Вселенная Бездны / Вы призвали не того! (книга 7): Глава 60 - Последний этаж

Русский источник Перевод на русский

Сожалеем, но текст оригинала доступен только зарегистрированным пользователям.

Глава 60. Последний этаж.


 
-
(Кофеманка убежала в аптеку за припасами. Мне помогала Куро)
(Музыка: Maleficium Arungquilta – Холод и Боль)
-
Я почти успел отпрыгнуть.
Почти.
Та зубастая хуевина, в которую обернулась люстра, упала на меня в тот момент, когда я уже практически был вне ее зоны поражения.
Резкая боль пронзила ноги.
Блядь, блядь, блядь… ЭТА СУКА МЕНЯ ЖРЕТ!!!
Глядя на жадно заглатывающую мои ноги тварь, я ощутил, как в груди начал разгораться Гнев. Он начисто смыл весь страх и панику. Заткнул пасть боли. Выебал и выкинул прочь мое «белое и пушистое» я.
ЗА-Е-БА-ЛИ!
Удар.
Хрустнула рука. Кисть смялась, сломанная лучевая кость пробила кожу. Боль пробежала по сознанию. Но мне было плевать.
Удар. Удар. Удар.
Рука пробила тварь насквозь и та затихла.
Все. Мертва.
Но этого мало. Гнев все еще не утих.
Разжав широкую пасть твари более-менее целой левой рукой, я вытащил пожеванные ноги. На левой не обнаружилось ступни.
Ебучая сука. И я не про дохлого мимика. Я про того, кто все это устроил.
Честно, если тут не окажется грудастых тянок, то я выебу этого махинатора. Причем в самом буквальном смысле.
Подтащив к себе копье, я кое-как встал, опираясь на него. Тело крутило судорогами от боли, с хрустом вставали на место кости, с шипением зарастали раны. Жрать хотелось неимоверно.
Я глянул на зловонный труп мимика.
Нет, я еще не настолько ебанулся, что бы жрать такое.
Так, рука более-менее зарастает. А вот со ступней будет сложнее – отрастить конечность без вливания «исцеления» от Жанны намного дольше и больнее. Но часа за два организм должен справиться. Другое дело, что у меня нету этих двух часов…
Ладно, похуй, и так прорвусь.
И все же сильные твари, чтобы вот так просто выгрызать из меня куски. Будь на моем месте обычный воришка, вздумавший пробраться через этот «черный вход», то его бы разорвали на части даже не напрягаясь.
Опираясь на копье, как на костыль, я подошел ко второй закрытой двери. Толкнул ее.
Да вы, блядь, издеваетесь?!
Еще один чулан!
Но полностью пустой.
Я почувствовал, как задергалась щека.
Ну хорошо, выблядок. Думаешь, это меня остановит? Думаешь, я щас полезу вниз и буду, как положено, ползти по этажам твоей обители голоебицы?
А горчицы в хрен катеторно не хочешь?! Ща устрою!
Пробежался глазами по стенам. Так, там стена наружу. Там тоже. А вот эта стенка должна вести в другие помещения.
Подойдя поближе, я вставил острие гладиуса в щель между тесаными камнями, из которых была сложена башня. Поковырял. Вниз посыпался засохший раствор.
Я оскалился.
Эй, Граор! Ты там? Давай чего нить мрачного. И позабористей.
По ушам ударила тяжелая, мрачная и торжественная мелодия. О да, самое то. Как раз под мое настроение. Чтобы медленно и с наслаждением разрывать пердаки.
Отведя руку, я вогнал острие клинка точно в стык между камнями. Вошел неглубоко, но мне и не надо.
«Танец последний, во рту привкус яда. Ты мне даришь мгновение».
Выпустив рукоять, я вновь отвел руку и со всей силы ударил по рукояти основанием ладони.
«Но близки уже стены ада, И близко прозрение»
Клинок вошел по самую гарду. Взяв за рукоять, я с усилием надавил вниз. Только-только зажившие кости протестующе затрещали. Похуй.
«Свечи сгорают в предсмертном прощании. На губах твоих улыбка».
Клинок прошел как по маслу, полностью раскрошив крепящий раствор с этой стороны камня.
«Я умираю, а ты провожаешь, И мечты твои так близко».
Неторопливо повторив эту процедуру со всех сторон камня, я полностью лишил его креплений с кладкой. Сунув клинок в ножны, я довольно оскалился и примерился к камушку. Как говорится, самое сложное в разрушении стены – это выбить первый кирпич.
«Холод и боль пронзают мне тело. Я умираю, и выцвело тело».
Удар.
Боль выстрелила от запястья и пробежалась по всему телу… и увязла в бьющей по ушам мелодии. Оперный голос мягко окутывал сознание, полностью отсекая ощущения, нагнетая в кровь дикую смесь из неадекватности и Гнева, но, при этом, позволяя твердо видеть цель.
«Холод и боль пронзают мне душу. Я умираю, тобою задушен».
А моя цель была видна через образовавшуюся в кладке дыру. На высоком троне среди полутемного зала сидел высокий хмурый мужик в черной броне и смотрел на упавший к его ногам солидный каменный блок.
«Холод и боль вонзаются в тело. Я умираю, и выцвело тело».
Он поднял на меня взгляд полностью пустых, каких-то кукольных глаз.
Я приветливо помахал ему рукой и начал выбивать камни из стены один за другим, пока не образовался достаточно широкий лаз, чтобы я без проблем мог пробраться внутрь.
«Холод и боль пронзают мне душу. Я умираю, тобою задушен».
Шагнув через проделанный проход, я огляделся.
Пустой большой зал с окнами-бойницами под потолком. Мрачные темные колонны и гобелены. Из мебели только каменный и жутко неудобный на вид трон. Выхода всего три: ворота в одном конце зала, небольшая дверка за троном и проделанная мной дыра в стене. На счет звуков ничего сказать не могу – все наглухо заглушала бьющаяся в ушах музыка.
«Из бокала вина ты отпила, Нежным поцелуем меня проводила».
Мужик в доспехах встал с трона и что-то сказал. Взял прислоненный к подлокотнику двуручник с волнистым лезвием – фламберг, похожий на тот, которым орудует Кеске. Неспешно пошел ко мне.
А мои мозги начали окончательно отказывать под действием просто гипнотизирующей музыки.
«Холодной рукой глаза закрыла. Свечи погасив, ушла».
Левой ступни нет – маневренность никакая, стою, используя зажатое в левой руке копье как костыль.
«Глаза открыл, ты меня встречаешь. Руку подав, мое тело ласкаешь».
Правая рука до сих пор отходит от «стенобитных работ» - сейчас она тоже в минусе.
Энергии после боя с мимиками и всех регенераций осталось чуть меньше половины – я явственно ощущал сосущее чувство в районе пупка, еще пара таких трюков и все, асталависта, мой милый виста.
«Нежным поцелуем жизнь вдохнула. И сбылась твоя мечта».
А враг полон сил, закован в доспехи
Я ему ласково улыбнулся.
Все неважно. Все похуй. Музыка гипнотизировала. Музыка заставляла слегка раскачиваться в такт. Музыка будто шептала: «И что с того? Все нормально. Просто плюнь и забудь. Есть вещи важнее тела. Есть вещи хуже боли. Есть вещи страшнее боя».
«Холод и боль пронзают мне тело».
Наклоняюсь вперед.
«Я умираю, и выцвело тело».
Почти падаю. В последний момент мощно отталкиваюсь от земли ногой.
«Холод и боль пронзают мне душу».
Тело летит вперед стрелой. Враг успевает среагировать и выставить меч перед собой.
«Я умираю, тобою задушен».
Лезвие меча врубается в правое плечо, рассекая ключицу и ребра.
«Холод и боль пронзают мне тело».
Выброшенное вперед копье пробивает низ панциря противника, застревая у него в брюхе.
«Я умираю, и выцвело тело».
Он скалится. Я лежу перед ним, харкая кровью из прорубленного легкого. Из раны хлещет кровь. В голове оглушительно звучит вокал, вызывая отстраненное безразличие.
«Холод и боль пронзают мне душу».
Он с ухмылкой заносит меч, намереваясь отрубить мне голову. Мои пальцы намертво вцепились в торчащее у него из брюха копье.
«Я умираю, тобою задушен».
- Гей… Болт.
Копье пропало. Послышался отвратительный хруст. А глаза у уебка стали круглыми-круглыми.
«Возьми мою вечность. Дарю бесконечность».
Памятник «петушок на вертеле» стал медленно заваливаться на бок. Упал на пол уже труп.
Я с трудом дотянулся до конца копья и выдернул бедный артефакт из неположенного для него места.
«Теперь я навечно твоя».
Музыка еще играет, вымораживая все ощущения и заглушая лишние мысли. Это еще не конец. Слишком просто.
«Вкуси мою нежность».
Кое-как поднялся. Страшная рана начала закрываться.
«Возьми эту вечность».
Рука скользила по измазанному в крови древку. Я огляделся.
«С тобою мы навсегда».
Распахнулись ворота с одной стороны зала.
«Не думай о прошлом».
Вошла с ног до головы покрытая кровью девушка с черным массивным кинжалом в руке.
«Здесь нужно быть пошлым».
От нее вело холодом и безумием.
«Я тебе эту вечность дарю».
Мои ощущения упрямо твердили, что это Жанна.
«Вкуси мою нежность».
Распахнулась небольшая дверца за троном.
«Возьми бесконечность».
Вошла та самая крольчиха.
«Тебе я ее подарю».
Музыка наконец-то стихла.
 
***
 
Андрэ!
Он ранен.
КТО ПОСМЕЛ?!
Убить.
Убить.
Убить.
Вон она. Эта крольчиха!
Нужно исцелить милого.
Убить! Зарезать тварь!
- Жанна? – лицо милого было удивленным.
Почему? Он ожидал кого-то другого? Кого? Кого он ждал?! Кто еще?!
Убьем. Всех. Будем только мы. Только мы и он…
Успокойтесь! Дело в нашем виде.
И правда. Ой, мы ведь все в крови! Как мы могли показаться перед ним такими?!
По голове его! Пусть все забудет! А пока будет в отключке, прирежем зайчиху!
Сейчас не время об этом волноваться!
Правильно! Нужно прирезать! Или исцелить? Или вырубить? Я запуталась…
- Аптечка, энергия на лечение осталась? – хрипло спросил милый.
Да, да, да… ДА!
- Да, у нас еще есть! Сейчас полечим… Сейчас…
- Нас? – любимый удивленно на нас посмотрел.
- Ну да… нас. У нас еще есть энергия. Так ведь?
Да, так.
Как же от него пахнет кровью…
- Эм… ну ладно, похуй, потом разберемся. Главное вылечи мне ногу.
- [Аспрейблэн за дай лог]!
Да. Мы нужны! Мы лучшие! Кто еще сможет его исцелить?!
Следи за потоком. Кроме ноги у него еще и на плече рана. Хотя она и сама быстро затягивается.
Крольчиха… Крольчиха… Убить! Зарезать! Изрезать! Проткнуть! Выпотрошить! Иссушить! Ох, кровь, кровь, кровь, кровь… Как же от него пахнет!
-Все, мы справились… - мы убрали руки.
- Кхм… - раздался из-за спины голос.
Кто мешает?
Она!
Зарезать!
- Позвольте вас поздравить с…
Вот она. Она, она, она. ОНА!!!
Режь!
Режь!
Режу!!!
О, а она быстрая!
Шустрая тварь.
Но мы быстрее…
Какая хрупкая. Всего один удар.
Кровь. Сколько крови. Фонтан крови. Она прекрасна…
- Жанна! Т… Ты чего творишь?! Зачем?
- А? Что такое, милый? Мы что-то не так сделали?
- Да что за, блядь, «мы»?! Ты совсем ебанулась?! Ты зачем ей голову отхуячила?!
Он недоволен. Что делать? Что делать? Что делать? Мы же все правильно сделали? Это же она виновата!
Может, не нужно было отрезать ей голову? Хватило бы и удара в сердце.
Нет, мало, мало, мало… Выпотрошить… Выпотрошить… Разорвать… Он даже на ее труп смотрит чаще, чем на нас… Уничтожить, уничтожить, уничтожить…
- Она мешала… Да, она нам мешала… Тебе нужны только мы, так ведь? Только мы, да, да, да… Только ты и мы, так милый? Как раньше, так?
Что? Что, что, что?! Почему он так на нас смотрит? Мы все-таки что-то не так сделали?
Нет, мы все правильно сделали.
Да, все правильно.
Просто он еще не понял.
Скоро поймет.
Да, поймет… А если нет?
Мы объясним.
Да, мы объясним.
Мы ведь любим его.
Да, только мы.
Только мы и он.
И больше никто.
Да, больше никто…
 

The_Doll_House 6.11.16 в 14:56

Минутку...