鬼咒 / Заклинатель духов: Глава 1

Китайский источник Перевод на русский

Сожалеем, но текст оригинала доступен только зарегистрированным пользователям.

Глава 1. Живой ребенок в могиле
12 лет назад, на плато в Цзяннань, в одной деревне, под названием «Тихий Водоем» в нижнем течении реки Юэя, произошло событие, поразившее людей своей странностью.
Тихий Водоем находился в нижнем течении реки Юэя. На западе, на расстоянии более 300 метров от поселения располагалась речная дамба.
В деревушке проживало более 100 семей, почти все они носили фамилию Му и имели общие корни.
И только одна семья, которая держала хозяйство ближе всех к реке, носила фамилию Дин.
Глава семьи – Дин Чжимин был честным мужчиной старше тридцати лет. Его жена – Му Цуйчжэнь, ее родительский дом тоже в этой деревне. Супруги растили двоих сыновей, старшему было 10 лет, младшему – 7. Отец Дин Чжимина – дедушка Дин Югуй все еще был в добром здравии. Ему было 70, но он не был ни глухим, ни горбатым, его тело было крепким. Они все жили в достатке, и семья была дружной.
Если говорить о финансовом положении, то семья Дин могла считаться первыми богачами на деревне. К этому моменту они уже закончили строительство малоэтажного дома, с четырьмя комнатами вверху и внизу. Снаружи дом был облицован белой плиткой, крыша покрыта красной черепицей. Перед домом широкая бетонная терраса, неизвестно, как много восхищенных взглядов она притягивала.
Но когда люди довольны жизнью, небеса посылают им испытания. Только минуло зимнее солнцестояние, как младший сын семьи Дин - Дин Эрмяо, неожиданно, умер от болезни!
Дин Эрмяо было всего семь лет, он не отходил в школу даже одного семестра. Этот ребенок был очень красивым: большие глаза и густые брови, белые зубы и алые губы, розовенькие щечки, будто его щипали. Что касается молчаливого старшего сына, сметливый и подвижный Дин Эрмяо, очевидно вызывал больше симпатии.
Поскольку в семье Дин многие поколения был только один наследник, а у Дин Чжимина, наконец, родилось два сына, этому ребенку он дал имя Эрмяо. Оно было характерным для девочек. Когда ребенку дают женское имя, говорят, что он будет здоровее.
Однако, когда Дин Эрмяо исполнился год, один проезжий гадатель-физиогномист осмотрел его лицо, после чего сказал, что лицо Дин Эрмяо очень странное, и он столкнется со множеством угроз. Отныне ему нельзя изучать буддизм, а следует изучать даосизм, иначе, он, определенно, не выживет.
Эти слова очень расстроили Дин Чжимина, и он без колебаний прогнал гадателя. Однако он и подумать не мог… Что, в конце концов, Дин Эрмяо настигнет судьба!
Вечером, на второй день после зимнего солнцестояния, Дин Эрмяо взял в руки чашку с рисом и еще не начал есть, как неожиданно раздался звон, чашка из его рук упала на пол. Дин Чжимин обернулся посмотреть и увидел, что Дин Эрмяо лежит на полу без движения, уставившись в потолок.
Дин Чжимин немедленно доставил ребенка в больницу, врач рукой попытался проверить дыхание и пульс Эрмяо, а потом медленно покачал головой.
С момента, когда разбилась чашка до смерти прошло, примерно, 1-2 часа.
Этот несчастный случай стал большим ударом для семьи Дин. Дин Чжимин принес труп ребенка домой и всю ночь сидел около него на коленях и плакал. Что и говорить о Му Цуйчжэнь, она уже давно рыдала в голос.
Один лишь дедушка Дин Югуй вздохнул, глядя в небо: «Воля Небес, воля Небес!»
На следующий день, все люди деревни по фамилии Му пришли выразить соболезнования. Они будто бы сами чувствовали скорбь семьи Дин, каждая семья, каждый двор подари по 200 юаней в помощь.
У Дин Чжиминна не было финансовых трудностей, по характеру он был очень прямолинейным человеком, потому не захотел принимать финансовую помощь от односельчан. Но односельчане твердо стояли на своем и хотели, чтобы Дин Чжимин принял ее.
Обе стороны отнекивались и не уступали друг другу.
Дедушка Дин отозвал своего сына в сторонку и, вздохнув, сказал: «Возьми. Если не возьмешь эти деньги, то все семьи Му в этой деревне не смогут успокоиться».
«Это, это… Что это значит? Почему все люди могут не успокоиться?» - Дин Чжимин нахмурил брови, не понимая, к чему ведет дедушка.
«Ах, это… Подожди пока пройдет несколько дней и я тебе расскажу. В общем, смерть Эрмяо – это воля Небес, уготованная судьбой». – Дедушка вздохнул и продолжил. – «Волю Небес нельзя превозмочь, возьми ребенка… И похорони».
Дин Чжимин был образцовым сыном, хоть на душе у него была тоска, но он не стал докапываться до сути слов дедушки, а прислушался к нему и взял деньги у односельчан.
В тот же день до обеда, при помощи односельчан, маленький деревянный гроб вынесли из дверей. На склоне, на расстоянии около километра от деревни располагалась маленькая могила. Эта могила была похожа на круглую точку, которая завершала недолгую жизнь Дин Эрмяо.
После похорон Эрмяо, Дин Чжимин стоял на пороге свое дома и оцепенело смотрел на южный склон горы. Вчера в это время, Эрмяо еще резвился, однако прошел лишь миг, и он уже оказался в могиле!
Сзади к нему подошла его жена Му Цуйчжэнь с опухшими глазами и сказала хриплым голосом: «Отец моих детей, взгляни, небо темнеет, ты… Ты отнеси ребенку фонарь. На склоне южной горы только сосны да сорняки, ребенок будет идти… А ночью непроглядная тьма, он… Он, определенно, испугается».
Ее слова еще не отзвучали, а Му Цуйчжэнь снова разрыдалась.
У Дин Чжимин из глаз тоже полились слезы, он сказал задыхаясь: «Я понимаю, я понимаю. Я приготовлю для Эрмяо лампу и отнесу ему…»
В этой области Дашань была такая традиция. В первый вечер, к только что умершему человеку родные приносят лампу и устанавливают на могилу - это фонарь указывающий дорогу на тот свет.
Этот указывающий дорогу фонарь делают из тонкого бамбука. Палку, примерно три метра длиной, расщепить с концов, стянуть в кольцо диаметром с чашку. Затем кольцо натереть свечой, после чего сделать фонарь из красной бумаги.
Дин Чжимин изготовил фонарь уже в сумерках, взял его и, проливая слезы, направился на юг.
Перед могилой Эрмяо Дин Чжимин зажег несколько бумажных листов, установил фонарь на могилу Эрмяо и снова зарыдал в голос. Он убивался долгое время.
Небо уже давно почернело. Поскольку сейчас была первая половина месяца, месяц висел в небе, прячась за верхушками деревьев. Лунный свет просачивался сквозь листву и падал на неровную землю.
Порывистый ночной ветер дул «ву-у-у» в листве. Вдалеке закаркала ворона «кар-кар-кар», заставляя сердце дрожать.
Эта картина заставила Дин Чжимина немного испугаться. В этом безлюдном месте он боялся, что может неожиданно столкнуться с призраком. В итоге, еще раз бросив взгляд на могилу Эрмяо, Дин Чжимин вытер слезы и повернулся, чтобы идти.
Однако в этот момент у него из-за спины раздался низкий голос: «Стой!»
От страха у Дин Чжимина задрожали ноги, он поспешно обернулся и увидел человека, который вышел из-за карликовой сосны.
Этому человеку было около 70 лет, тощий, на щеках редкая борода, за плечами вещевой мешок. Он был одет в ярко желтое даосское одеяние, на голове такой же желтый головной убор. На головном уборе имелась эмблема изображающая рыб инь и ян.
«Ты, ты… Человек или призрак?» - голос Дин Чжимина слегка дрожал. Он прожил уже более 30 лет, но никогда не видел человека, одетого так. Хоть, судя по одежде, этот человек был даосом, каких показывают по телевизору, но в окрестностях Тихого Водоема нет даосских храмов. Дин Чжимин не знал, откуда взялся этот человек.
Даос прошел по освещенной лунным светом земле и остановился в полуметре от Дин Чжимина, посмотрел на него и спросил: «Тебе кажется, что я похож на призрака?»
Когда даос открыл рот, Дин Чжимин сразу учуял от него запах табака и тут же понял, что это не призрак, а человек.
«Ты – даос?» - робко спросил Дин Чжимин.
«Моя фамилия Цю, полное имя Цю Саньпинь. Ты можешь звать меня монах Саньпинь». – Даос кивнул, окинул взглядом Дин Чжимина и все вокруг, затем указал рукой на могилу Дин Эрмяо и спросил. - «Кем тебе приходится человек, который похоронен в этой могиле?»
«Мой сын - Дин Эрмяо, ему было только семь, он… Умер из-за болезни».
«Чепуха!» - повернув голову, яростно закричал монах Саньпинь. – «Твой сын еще не умер, а ты его уже похоронил? Жестокий отец!»
Тело Дин Чжимин затряслось, будто в него ударила молния.

Arugula 5.03.17 в 12:25

Минутку...